Комиссии хозяйственного содействия в РККА. Нужное дело или "вредительство"?

Здравствуйте, уважаемые читатели!

Сегодняшний, предлагаемый для обсуждения, приказ, на мой взгляд, может послужить иллюстрацией понятия «ложный демократизм». С одной стороны – самоуправление, контроль с самого низа, взаимодействие командования с рядовыми бойцами, итогом которых должно было стать непременное улучшение жизни, быта, условий службы красноармейцев. С другой – снятие ответственности с начальников служб, отвечающих за материально-бытовое обеспечение, перекладывание их обязанностей на курсантов и красноармейцев, избранных коллективами военных училищ, военных школ и воинских частей. А это уже и вовсе ни в какие ворота не лезет.

И началась эта история даже не в 1938 году, а раньше. Когда точно – сказать не могу. В приказе Наркома обороны 20 23 мая 1938 г. № 141 «С объявлением Положения о комиссиях хозяйственного содействия (КХС)» сказано только: «Восстановить во всех войсковых частях, военных училищах и военных школах РККА комиссии хозяйственного содействия». То есть, они существовали и ранее, но в какой-то момент были отменены.

Пожалуй, одно из немногих положений, не вызывающий возражения, это подпункт «б» пункта 5 по организации дежурства в красноармейской столовой и кухне, и то с оговорками. Если КХС должно занимать позицию наблюдателя, то зачем они такие красивые нужны? Если же личным примером вдохновляют столово-кухонный наряд – то это только в «плюс». Наслышан, сколько копий сломано по привлечению военнослужащих срочной службы к этому наряду. В ход идут аргументы от «наряд по столовой срывает боевую подготовку, солдат не получает необходимых знаний и навыков», до «тяжелой работой нагружать детей - нельзя». Вот только кто в поле будет картошку чистить, да котелки драить? Тётя Маша из городка приедет? Компания, оказывающая услуги по аутсорсингу? Нет, на учения организация, оказывающая услуги для армии может своих представителей и пришлёт, а на передовую поедет? 

Зато остальные пункты сомнений не вызывают – ерунда полная. Совещаниями по обмену опыта, общественными смотрами подразделений интендантского снабжения, а тем более, проработкой годового хозяйственного плана обязаны заниматься соответствующий начальники служб, а не общественная организация. По большому счёту, и КХС за всё переживает, но ни за что не отвечает, в то время, как у интендантов есть свои, утверждённые обязанности и ответственность (в том числе и уголовная), за их невыполнение или же халатность при исполнении.

Можно ещё согласиться с тем, что КХС должна участвовать в работе комиссии по проверке хозяйства части, но, опять же – в какой роли? Если в составе внутрипроверочной комиссии, собственноручно пересчитывая материальные ценности, то это – правильно, если же наблюдателями и контролёрами, то и здесь роль КХС – сомнительна и она не нужна.

Проверки заявлений красноармейцев о правильной выдаче личного денежного довольствия, это уже подмена командиров взводов и рот, чьими обязанностями это и является. Похоже, авторы приказа отводили взводным и ротным роль безынициативных созерцателей, чья задача – реагирование на требования КХС

Здравое зерно в идее – всё же есть, курсантов и красноармейцев приучают относиться к своему училищу, школе, воинской части, пусть и не как к дому, но хотя бы неравнодушно, подмечая все недостатки и упущения командования и принимая меры к их исправлению и устранению. При этом, не знаю, согласятся ли читатели, но по большей части, это вредный приказ, расхолаживающий командный, политический и начальствующий состав. 

Похоже, к тому же выводу пришёл и Нарком обороны маршал Советского Союза С.К. Тимошенко, и 29 декабря 1940 г. подписал приказ НКО СССР № 484 «Об упразднении в частях, училищах и академиях комиссий хозяйственного содействия». Так что, даже реинкарнировавшись, КХС просуществовали менее трёх лет. 

На этом на сегодня всё.

С искренним уважением ко всем, кто читает мои заметки, пишет или нет ответы и комментарии, Александр.