Взрывчатка для воздушной «Цусимы».

«Меня заинтересовало описание взрыва устройства, которое вы именовали «телескопом». По вашим словам, верстак был уничтожен почти полностью, фрагменты корпуса «телескопа» разлетелись на значительное расстояние, дыма было немного, запах пороха отсутствовал или был слабым. Присутствовавший при взрыве мистер Грориссон, как вы указали, предположил использование «гремучего студня».»(с)Чудеса в раскрутке.

Тема взрывчатых веществ, особенно для всяких флотских изделий, любима многими альтернативщиками и не только. «Всем известно», что в Цусиме «коварная англичанка» руками япошек подло стреляла по русским кораблям страшной шимозой, в то время как русские снаряды с чересчур сырым пироксилином вообще не взрывались. Отсюда логичный вывод:  заменить в снарядах негодный пироксилин на правильный тротил, по японскому флоту даже стрелять не придется – от ужаса сам сделает себе харакири прямо в гавани Сасебо. Робкие голоса отдельных заклепочников, что еще точно неизвестно, кому шимоза доставила больше проблем, обычно никто не слышит.

Я от себя могу лишь добавить, что родные русских моряков должны бы ставить свечку тем адмиралам, которые даже не пытались загрузить на флот меленитовые снаряды. Если уж у островных маньяков с их тягой все завернуть-запаковать снаряды сами по себе рвались то в стволах орудий, а то и вовсе в артпогребах, то при «качестве» казенных заводов, есть подозрение, 2-я ТОЭ могла бы до Цусимы и не доплыть. В общем, не было бы счастья, да несчастье помогло – после подрыва на мелените капитана Панпушко желающих продолжить процесс внедрения пикринки особо не нашлось. Да, если что, «Согласно показаниям единственного выжившего, взрыв был вызван грубым нарушением техники безопасности: по ключу для завинчивания дна снаряда били.» Это вам даже не простые заводские работяги или матросы, а подчиненные самого Панпушко с главного артиллерийского полигона. 

Вообще мода на «фугасный град» в морском деле, как принято считать, пошла с расстрела недобрыми британцами своего старого броненосца «Belleisle». Впечатлительные дамочки морские офицеры всех стран разглядывали фото и восхищенно шептали: «да-а, новые фугасы – это сила!». Впрочем, более внимательные товарищи обратили внимание, что новейший броненосец в ходе безнаказанного расстрела все-таки не смог утопить старую и не очень удачную изначально калошу (« Беллеизль» изначально строился по заказу турок как броненосный таран и «не считался пригодной для службы в качестве британского военного корабля до тех пор, пока не был проведен ряд масштабных и дорогостоящих модификаций.») впоследствии проданную на металлолом в Германию. Кстати, учитывая, что производство лиддита в городе Лидде, графство Кент, началось аж 1888 году, а старый броненосец расстреляли только в 1900-м, возникают вопросы уже к британскому Адмиралтейству. 

К началу прошлого века перед боеприпасниками стоял камень на стыке двух дорог.

1. Совершенствовать бронебойные снаряды – так, чтобы они точно дошли до чего-то ценного в тушке супостата и уже там сделали ух. Собственно, это как раз тот путь, по которому шли российские адмиралы (привет, трубка Бринка) и немцы. Судьба британских линейных крейсеров в Ютланде и их собрата «Худа» при встрече с «Бисмарком» как бы намекает. С другой стороны, излишняя тугоухость не всегда полезна – несколько невзорвавшихся снарядов с «Бисмарка» второй британский линкор благополучно привез домой.

Вообще основная проблема с этим подходом в том, что рассчитывать надо не просто на попадание (а их в линкорном бою в принципе немного), а на т.н. «золотое попадание» - так чтобы бах и ух. При этом, в отличие от танка, которому и делают больно и подкалиберным «ломиком» и струей кумы линейный корабль – тварь большая, тыкать в него можно долго. А в бронебойный снаряд, таже большого калибра, много ВВ не запихаешь по определению, тонкостенным он быть не может.

1. Больше фугасности богу фугасов. Тут стоит отметить, что все-таки сильнее всего Цусима сказалась как раз на русских кораблестроителях с их «проектом напуганных», оно же «плавбатареи для маркизовой лужи», построившие корабли, защищённые от града среднекалиберных фугасов. 

В мире же люди, ответственные за утопление коябликов, осознали, что ковырять фугасами надводный борт – занятие малоперспективное и сосредоточились на причинении им больно ниже пояса – бронепояса, а не то, что некоторые могли бы подумать. Делать это удобнее всего торпедами, хотя самураи пытались что-то там химичить с ныряющими снарядами, чтобы те шпыняли врагов ниже того самого бронепояса. Вроде бы даже один раз такой снаряд сработал как надо, поразив в ходе боя при Лейте эскортник «Гамбиэр Бэй» после недолета. Правда, эскортник в любом случае  пробивался снарядами «Ямато» с любой дистанции.

Но основные усилия были направлены на совершенствование торпед. Поскольку кораблестроители тоже не дремали, начав подло и коварно добавлять в конструкцию противоторпедную защиту из отсеков с топливом, торпедистам пришлось наращивать как вес боевой части торпеды, так и мощность. Характерным примером стал британский «торпекс» ( torpedo explosive)

Но вернемся/перенесемся в Аранию. В случае летающих кораблей соревнование брони со снарядом приобретает особо интересные формы. С одной стороны, бронировать летающую посудину надо со всех сторон, тут одной бронепалубой точно не отделаться, так что всяких «Варягов» ждать не стоит. Но при этом и вода в пробоину от фугаса захлестывать не будет – только внутренняя вентиляция улучшится. То есть если ковырять такую штуку фугасами, желательно, фугасами помощнее, так чтобы отламывалось большими кусками.

При этом по части взрывчатых веществ пока что «все грустно». В нашей реальности извращённой любовью ко всяким пневматическими пушкам занимались вовсе не от хорошей жизни. Тот же помянутый в начале поста «гремучий студень» (он же гелигнит, динамитный желатин) очень чувствителен к механическим воздействиям. Настолько, что «из-за опасности обращения в военной практике не применялся» хотя бахает здорово. То есть даже в снаряды для пневмопушек или боеголовки пихать такую хрень лично я бы опасался – и, рискну предположить, военные химики в Арании тоже жить хотят.

С другой стороны, у этих ребят из-за необходимости промышленного производства кейворита и химия может быть развита покруче, чем в реальности. То есть в своих поисках они могли бы добраться и до пентрита (у нас впервые был получен в 1894 году, но как взрывчатка, стал интересен только после ПМВ) и до гексогена (первоначально получен в тех же 1890-х как лекарство). Вряд ли они могли бы получить в заявленных масштабах октоген, хотя воск в качестве флегматизатора использовался и там – советский окфол, например, это, по сути, и есть флегматизированный воском октоген.

Странно, конечно, что до тротила не додумались…

«Теперь-то что – купил тротил

И Фермопилы своротил

к такой-то маме,

к такой-то маме.

Изобрести бы динамит -

и выгребал бы Леонид,

и выгребал бы Леонид

двумя руками.»(с) the-mockturtle.