О географическом

Положа руку на Святое Писание, Гримберт не мог назвать себя опытным путешественником или большим знатоком географических наук, однако за все свои полные двенадцать лет, пожалуй, посетил больше городов Туринской марки, чем некоторые купцы.

Монферрат, Ивреа, Асти, Верчелли, Новара, Казале-Монферрато…

Разумеется, ему не позволялось путешествовать самостоятельно, хоть он отчаянно и грезил об этом, лишь в отцовской свите, когда его светлость маркграф собирался с очередной поездкой к кому-нибудь из своих вассалов. И даже так это стоило огромных трудов – отец, переживший по меньшей мере две дюжины покушений, очень серьезно относился как к собственной безопасности, так и к безопасности своего наследника, оттого крайне неохотно брал его с собой.

И что? Аривальд, вон, вообще никогда не бывал дальше Риволи…

Монферрат – гигантская фабрика, пышущая дымом и жаром, гремящая, ухающая и вопящая на тысячу стальных голосов, даже приближаться к ней было жутковато, казалось, будто прикасаешься к механизму, который врезан в земную твердь и является частью гигантской фабрики, что управляет самим мирозданием. Отец запретил ему покидать карету, надежно защищенную сложной системой фильтров, оттого Гримберт лишь догадывался, что творилось там, среди исполинских труб, воткнутых в небо, точно гигантские копья, и гудящих цеховых громад. Отец отсутствовал несколько часов, а когда вернулся в карету, снимая с себя комплект химической защиты на бархатной подкладке, еще долго выглядел отстраненным и холодным, словно сам сделался механизмом…

Асти показалось ему премилым местечком на холмах с весьма живописным видом. Местный князек, бывший отцовским вассалом, по всей видимости, где-то крупно провинился, потому что ублажали гостей так, словно они были посланниками самого императора. В их честь придворный оркестр беспрестанно играл дивертисменты и порпурри – уморительное зрелище, учитывая что он почти целиком состоял из механических сервусов – преступников с частично выжженным мозгом, превращенных в запрограммированных сомнамбул. Они так потешно тыкали друг в друга инструментами, едва не вышибая пустые глаза, и так отчетливо фальшивили, что Гримберт хохотал до слез. А уж хозяйский повар разбился вдрызг, силясь угодить им. Аньолотти с тушеной олениной и мускатным орехом, жареный поросенок с семнадцатью разными соусами, ризотто из риса, тыквы и сыра, какой-то необычайный сорт вина, от которого в голове возникали звенящие весенние ручейки… На десерт им подали нежнейшую сливочную панакотту с ванилью и пироги с айвой. 

Верчелли запомнился только запахом оружейного масла и стали. Отец получал большую партию бронзовых бомбард из Генуи и так пристально изучал каждый ствол, что даже Гримберт, с детства обожавший пушки, успел заскучать. В Ивреа аккурат к их приезду полыхнул крестьянский мятеж. Дороги из города были запружены телегами со скарбом, которые мрачные отцовские телохранители-квады хладнокровно крушили колесами своих бронированных трициклов. В палаццо царила паника – по мраморным лестницам метались потерявшие спесь дворцовые евнухи, похожие на беспокойных попугаев, и фрейлины с охапками драгоценных ожерелий, смешно спотыкающиеся на каждом шагу – для вящей соблазнительности их ноги были модифицированы до такой степени, что почти потеряли способность сгибаться. В Казале-Монферрато отцу подарили жеребца, и такого роскошного, что у Гримберта перехватило дыхание – дымчато-серый, с тяжелыми, будто из стали, копытами, горделивой осанкой и необыкновенно умными глазами. Отец принял дар с благодарностью, а вернувшись в Турин, повелел снять с жеребца шкуру и отправить тушу на псарню – пробы выявили какие-то там проблемы с геномом… 

Были и более мелкие города, которые он почти не запомнил. Лишь отдельные фрагменты, образовавшие в памяти пеструю неоднородную амальгаму. Безумный проповедник, кричащий, что третьего дня сам Святой Павел подошел к нему на улице и подарил пуговицу. Уличные мальчишки, изумившиеся при виде маркграфской кареты настолько, что даже перестали играть – у половины из них лица были выпачканы печной сажей, они изображали лангобардов… Пьяный мельник, попытавшийся отвесить низкий поклон, как заправский придворный, и смешно шлепнувшийся в канаву. 

Еще он помнил казнь разбойника, но смутно, больше в виде разрозненных звуков и запахов, память милосердно не сохранила четкой картинки. Деловитый гул разогревающейся гидравлической дыбы, возбужденное дыхание толпы, презрительный осекающийся смех приговоренного – а после влажный треск и женские крики и отцовская рука, неумело пытающаяся прикрыть Гримберту глаза… Где это было? Кьери? Суза? Карманьола?.. 

Да, это то, о чем вы подумали.

Обратно в Турин! Юный Гримберт, наследник маркграфа Туринского, закрывает свои незавершенные дела, попутно превращаясь в того, кого еще много лет в тех краях будут звать Пауком. Много интересного запланировано, много интересного откроется - как в прошлом, так и в будущем юного рыцаря. Мало того, обнаружатся подвязки к другой моей книге этой же вселенной, а кое-какие ее персонажи явственно мелькнут в тексте. Многие уже догадались, да он и не прятался, но... Интересная должна выйти коллаборация. 

И, конечно, спасибо за награды! Несмотря на то, что вывод средств с А.Т., как и раньше, сопряжен для меня со всякого рода сложностями, этот ручеек доходит до адресата, мало того, порой здорово выручает. В данный момент моя цель номер один - установить солнечные панели и все сопуствующее оборудование для дома, чтобы хоть немного подстраховаться к зиме и очередному энергетическому коллапсу. Так что да, я искренне благодарен за каждый рубль в виде награды для любой из книг. Это тот случай, когда читательская любовь греет в самом прямом смысле слова. Спасибо!