Флешмоб про поцелуи

Присоединяюсь с огромным удовольствием к флешмобу про поцелуи! Это дело важное, это дело верно! Ради поцелуев я вообще пишу

Мия и Даня из "Сказок Новой Москвы"

спойлер (показать)

В комнате было темно, она едва-едва освещалась от серого окошка так, что был виден лишь стол со стулом в углу. Мия поплелась к лучине, держась за стену, чтобы не упасть. Даня, видимо тоже решивший зажечь свет, сделал шаг рядом и оказался совсем близко к ней.

Мия видела его лицо: веселое, доброе, бесконечно родное и милое ей. Она посмотрела ему в глаза, замирая, а Даня не отвел взгляд. Он шагнул еще ближе к лучине, оказавшись прямо напротив Мии, и тут его ноги запнулись о неровный пол, мокрые подошвы скользнули по камню, и Даню качнуло так, что он врезался в Мию и прижал ее своим телом к стене.

Мия запрокинула голову, всматриваясь в его лицо. Даня застыл, напряженный.

Ее рука, выученным уже за этот день жестом, как будто сама собой скользнула вверх, обнимая его за шею. Жесткие, влажные пряди защекотали пальцы.

Даня тяжело, рвано выдохнул. Одна его рука двинулась по мокрой ткани платья, ложась ей на талию, вторая оказалась в ее волосах.

Они прижались друг к другу теснее. Мие стало тяжело дышать, а затем и вовсе невозможно, когда Даня наклонился и коснулся своими губами ее рта.

Даня не был ни осторожным, ни мягким. Поцелуй был сразу глубоким, почти отчаянным, жадным. Ее ноги задрожали, и она упала бы, если бы он не держал ее. Ее рука на его шее сжалась сильнее, и Мия ответила на поцелуй, первый настоящий поцелуй в ее жизни. И она повторяла за ним, пыталась поймать хоть немного кислорода, но не отпускала его, не позволяла остановиться.

Она не чувствовала смущения или стыда. Тело взяло свое, заглушив любые мысли, оставив лишь одно острое до невыносимости желание получить то, что она так давно хотела.

Ее свободная рука опустилась ниже и дернула его рубашку, вытаскивая заправленные в пояс края. Даня на секунду остановился, а затем резко втянул воздух, оторвался от ее губ и ткнулся ртом в шею, несдержанно прихватывая ее кожу зубами и заставляя ее тихо вскрикнуть от прошедшей по всему телу горячей волны.

Витя и Зоя из "Колесницы и четверки ангелов"

спойлер (показать)

Зоя внимательно всмотрелась в его лицо, ища признаки боли или слабости, но увидела то, чего не замечала в пылу происходившего в доме.

Витя выглядел плохо, и не только из-за непривычной бледности. Под глазами залегли темные круги, как будто он не спал всю ночь, а на лице была легкая щетина, которую Зоя никогда до этого у него не видела.

Она провела рукой по колким волосам на его скуле.

— Решил отрастить бороду? — выдохнула она дрожащими губами.

— Тебе не нравится? — хмыкнул Витя, — да я уберу. Я… я немного проспал, побежал к девочкам на праздник, думал в машине побреюсь, а у меня и там бритва сломалась.

— Бритва? У тебя есть бритва в машине?

— Ну да, от прикуривателя, маленькая такая, — Витя показал свободной рукой, какая именно, и немного поморщился от движения.

— А ты кажется зануда, ты знаешь?..

— Зна…

Витя не смог договорить.

Зоя прижалась к нему совсем близко, заглянула ему в глаза, а затем, и понимая, и не понимая, что делает, прикоснулась губами к его рту.

Витя резко выдохнул сквозь нос. Приоткрыл губы, медленно ответил на поцелуй, словно не сразу осознав, что происходит. Рвано вдохнул, стиснул плечо Зои, а потом поцеловал еще раз, сам, несдержанно и жадно.

Зоя не думала ни о том, где они находятся, ни о том, как это выглядит со стороны: она на пороге дома серийного убийцы прижимается к мужчине, прошитому пулей, и целует его так, как будто они работают на съемках блокбастера с сентиментальной любовной линией.

Сейчас для нее было важно только, что мужчина рядом жив, и что жива и она. Страх и адреналин нагнали ее и воплотились в этом порыве. Витя обнимал ее, проводил рукой по волосам, снова находил ее губы и целовал то коротко, то глубоко и откровенно, и Зоя отвечала тем же, беспокоясь лишь о том, чтобы не задевать его рану.

А потом она затихла: снова обвила его шею двумя руками и спряталась на его плече.

Мир постепенно возвращал себе внешние звуки.

спойлер (показать)

В помещении было тихо и пусто. Авенир прошел в подсобку и тихо позвал Софью.

С той стороны, где был ее кабинет, раздался шум, на него он и пошел. Он уже несколько раз был в той комнатке: стол да пара стульев, несколько полок с документами, сейф. Софья и правда была там — сидела за столом, перебирала документы.

— Привет! — сказал Авенир, закрывая за собой дверь, — прости, я задержа…

Рука Софьи взметнулась с чем-то темным, зажатым в ней. Авенир нагнул голову скорее инстинктивно, чем осознавая, что делает. Степлер, который, как оказалось, в него метнули, с металлическим звоном отлетел от стены.

— Ты совсем уже?! — Авенир выпрямился.

— Пошел нахер! — заорала Софья.

— У меня просто теле… — на этот раз ему не дала договорить подставка с ручками.

Он увернулся и от этого снаряда, совсем не мужественно отпрыгнув в сторону, а потом сделал шаг к столу.

— Съебывай! — снова заорала Софья.

— Соня, уймись! — крикнул Авенир в ответ.

— Какая я тебе Соня! — женщина фурией взвилась со своего места, замахнулась и со всей силы залепила ему пощечину. Авенир на секунду замер, шокированный таким пылом, но быстро смахнул оцепенение. Сделал шаг вперед, оттесняя своего яростного противника к столу.

— У меня просто сел телефон, — твердо сказал он.

Щеку покалывало, но он решил не обращать на это внимания и не обижаться. Слишком ярко горели глаза Софьи — и не только злобой. Он видел в них необъяснимый, непонятный ему страх, такой, который заставляет загнанного в угол зверька огрызаться на любого хищника.

Он хищником не был, но продолжал теснить Софью к столешнице, пока она наконец не уперлась в ее край, зажатая между его рук.

— Прости, — как можно более спокойно сказал Авенир, пытаясь успокоить ее своим голосом, — я не мог уйти со встречи, а телефон у меня сел. Я не ожидал, что так опоздаю.

Софья молчала, тяжело дыша носом и не сводя с его лица ожесточенного взгляда.

— Прекрати, — продолжил он, — это случайно. Я не хотел. Прости.

Почему она так реагирует?

— Соня, я бы никогда… — попробовал он снова, — я всегда буду приходить, ты же понимаешь?

Софья замерла при этих словах и отвела взгляд.

— Не дури, пожалуйста.

Она все еще не смотрела на него, но и не вырывалась, не пыталась уйти. Просто облокачивалась о стол, замкнутая с обеих сторон его руками.

А вот он смотрел: на ее раскрасневшееся, но все равно очень красивое лицо, на поджатые губы. На бьющуюся на шее жилку. На ее красное платье, которое застегивалось от ворота до низа на большие золотые пуговицы.

Внезапно эта их близость сейчас оказалась куда интимнее, чем все те моменты, когда он прижимал ее к себе в танце. Сейчас они впервые были одни, и мысли Авенира медленно, но неуклонно начинали путаться. Ему стоило уйти, прямо сейчас, пока та его часть, которую он старательно сдерживал все это время, не взяла над ним контроль. Но ему все еще было важно прежде всего успокоить Софью.

Авенир осторожно провел рукой по ее плечу. Она вздрогнула.

— Я не хотел так тебя расстроить.

— Мне все равно, — отрезала та, кто еще недавно швырялась в него канцелярскими приборами.

— А вот мне нет, — Авенир покачал головой.

Софья скривилась и еще сильнее отвернулась от него, так, что ее тонкая шея оказалась вся перед его глазами.

Между ними стало очень тихо. Авенир чувствовал столько грусти и скрытого, затаенного отчаяния от Софьи, столько тяжелых, натекающих мазутом мыслей, о которых он не имел ни малейшего понятия, что да, он не смог остановить себя, не смог сдержать порыв.

Он наклонился и тихо коснулся губами ее шеи.

Софья на мгновение сжалась, но не оттолкнула, не ударила и даже не попыталась отодвинуться, только как будто еще немного открыла шею, безмолвно позволяя ему повторить то, что он только что сделал. А у него от этого движения закружилась голова.

Он опять наклонился и поцеловал, и в третий раз.

— Соня… Сонечка… — зашептал он.

Софья на него по-прежнему не смотрела.

— Знала бы ты… — забормотал он в ее шею между поцелуями, — знала бы… я никогда…

Ему так хотелось что-то для нее сделать. Показать, что он не просто всегда будет рядом. Что он восхищается ей, что он готов быть там, где она разрешит ему быть, быть тем, кем она разрешит ему быть рядом с собой.

Софья все так же оставалась неподвижной, но вместе с этим словно отзывалась на любое его движение, разрешала его, как если бы хотела посмотреть, что еще он предпримет. А Авенир почти и не помнил себя от сбивающего его, кружащего возбуждения. Но не такого, когда хочется брать, совсем другого.

Руки его скользнули вниз по ее телу, пальцы начали расстегивать низ ее платья. Софья выдохнула сквозь нос, резко, а потом наконец повернула к нему голову. Но Авенира уже не было рядом. Он медленно опустился на пол на колени. Немного подрагивающими руками стянут с нее туфли. Приблизился еще ближе, отодвигая подол платья. Услышал, как Софья задышала громче, как будто начала шептать возражения, но не продолжила, замолчала.