Флешмоб Сложные сцены

Решил отметиться во флешмобе от BangBang

https://author.today/post/871736

Про самые сложные сцены в тексте для автора.

Эту сцену, вернее, эпизод из двух сцен, я задумал еще когда работал над первой книгой цикла Ласточки из стали. Я где-то год точно знал, что эта сцена будет. Потом еще недели две оттягивал, чтобы все это написать, и еще два вечера неспешно над этим эпизодом работал.

Тема для меня очень тяжелая, так что и писалось все ровно так же. Читать на свой страх и риск. Привожу в сокращенном виде оба отрывка, в книге это одна глава.

По замыслу ГГ эвакуирует детский приют и примечает двух девочек, а когда решается их удочерить, то узнает, что приют медицинский и все девочки серьезно больны, но решение не меняет. И фактически год ждет неизбежного. 

Сложный отрывок (показать)

А потом случилось то, чего весь год так боялась Лориэль.

То, что настало неизбежное, она поняла сразу. Почувствовала.

Девочки играли и бегали. Не сильно, скорее, быстро ходили. Пира вдруг встала, закусила нижнюю губу. Глазки у нее потухли и помутнели. Она вся неестественно сжалась. Дрожащей рукой потянулась к лавочке, не устояла на ногах и повалилась на землю. Лориэль кинулась к ней и подхватила раньше, чем девочка упала. Малышка Орси все поняла, вскрикнула и в ужасе зажала рот.

Скорая была рядом и прибыла через четыре минуты, а через час девочку на каталке уже везли в реанимацию. Вскоре врач вышла из палаты, выражение на лице такое, что объяснять ничего не надо.

- Больно ей не будет, - сказала врач.

Лориэль впустили в палату. На каталке под одеяльцем с крошечными белочками недвижимо лежала маленькая девочка. Вокруг нее все эти темные провода, стойки с мониторами и оборудованием, на лице маска, во рту толстый шланг. Тишина и только мерный звук датчиков. Тонкие руки поверх одеяла лежат совершенно безвольно. Малышка угасала на глазах, системы точно зафиксировали тот миг, когда она уже не могла дышать сама.

Лориэль вдруг поняла, какая маленькая у нее девочка. Пира занимала едва ли треть каталки, даже одеяло, явно детское, было очень большим. Один только монитор с жизненными показателями куда больше самой девочки, а тихая дежурная медсестра на скромной табуретке рядом с кроватью казалась настоящим великаном.

В этом огромном, исполинском мире маленькая смертельно больная девочка стала настоящим героем. Взрослые с таким диагнозом угасают от ужаса неизбежного конца гораздо раньше, а крошечная девочка просто жила. Жила и радовалась каждому дню. Настоящий боец.

Всю ночь Лориэль просидела, держа дочку за маленькую руку. На рассвете в короткий миг, когда Пира ушла, ее пальчики дрогнули, вырвав Лориэль из задумчивости.

Становился рассвет. За окном куцая толстая ветка странного дерева. Три больших листа словно руки гладили восходящее снизу солнце. Красиво.

Через секунду запищали тревожно системы, а Лориэль уже все знала. Дежурная медсестра подскочила к девочке и сразу вызвала врача. Случилось неизбежное, реанимационная группа сделала что могла. С полчаса Лориэль ждала в коридоре, пока не вышла врач и не сказала:

- Мне очень жаль.

*** 

У нужного места Лориэль со всем почтением передали небольшую, еще теплую урну. Вслед за сотрудницей погребальной службы все прошли по длинной дорожке через ряды молодеющих с каждым метром деревьев, пока не оказались у аккуратной ямки. Рядом с горкой темной земли лежал саженец, готовый к посадке.

Присев на колени, Лориэль с помощью местных опустила урну на дно ямки. Землю она засыпала руками, пока урна совсем не скрылась под ней. Чуть придавила ладошками, снова почуяв в руках какую-то странную легкость. Хранитель Дарамден придержал саженец, пока остальные присыпали корни землей, приминали землю и поливали. Все вокруг будущего деревца выложили снятым ранее дерном и полили еще раз. В последнюю очередь на двух тонких длинных ножках воткнули в землю небольшую световую панель, такую же, как и остальные в этом огромном лесу. Когда панель включили, на ней появилась надпись:

«Эскпира из дома Циэллины. 6 лет».