«Забытые из Астролуны»: когда самое лучшее — это Мэри Сью

Самое большое богатство этого мира — люди.

«Забытые из Астролуны», Лора Даргелос

Начнём с того, что книга ещё не началась, а опечатка уже есть. А что вы хотели? Это не какие-то там «Качели», это наш монополист печатал, ему можно.

У меня есть несбыточная розовая мечта, связанная с полётом на дирижале. Поэтому, увидев книгу, в первом же предложении аннотации которой есть дирижабль, я, конечно, её купила. Мне было надо.

Так вот. Дирижаблей тут не будет. Ну то есть как… Он будет, ажно в одной главе ажно адын штук, но и тот наколдованный, причём криво, отчего сам по себе был скорее магически склееной развалюхой, а не дирижаблем.

Да-да, спойлеры, всё такое.

Текст

Знаете, что иронично? Автор — корректор. И её текст так ужасно перевели на русский язык, что Фикбук оскорбится, если с ним сравнить. Знаете, насколько всё плохо? Вот настолько:

«Пробираясь сквозь толпу торговцев, ему на глаза попалось зеркало в полный рост […]»

(подчёркивание моё) «Молчаливая от природы, она создала свой собственный мир, королевство, где стала своим собственным другом, где не было ни Лиз, ни Эми, напоминающих ей о том, что её бросил собственный отец»

И вот как будто даже говорить больше не о чём. Жёлтые стикеры улетали только в путь. И тут не как с «Нарузой», где я выделяла совершенно не грубые ошибки. Тут всё очень однозначно. Накидаю ещё примеров, потому что меня слишком бомбило. Книжка. За деньги. Переведённая и отпечатанная. Над ней работало три редактора и один корректор. Корректора точно надо в шею гнать — И.Федорову, если что.

«Это студенты, будущие абитуриенты», — наверное, там было слово «étudiant», но кто такие переводчик и корректор, чтобы учитывать контекст?

«Платье нежного, бледно-зеленого цвета», — однородные, неоднородные определения… какая разница-то?!

«А то, что он невиноват, это неважно», — как и правописание «не»

«— Э-э-э…

Неопределённое мычание как нельзя лучше описывало душевное состояние Сью», — ну, знаете, эти мычащие коровки, которые ходят и э-э-экают.

«В т же секунду», — крректура потому что.

«Холли штормило», — внезапно ничего очевидного. Но герои в этот момент на борту корабля в море. Надо как-то оценивать уместность слов. Надо, но зачем? Кстати, ещё одно восклицание от капитана корабля:

«он будет вставлять нам палки в колёса».

И в копилку того же капитана. Слова про корабль:

«— Не похитили, а реквизировали», — нет, это не мило, нет, это не вызывает улыбку. Это убого и неуместно. И бессмысленно.

(подчёркивание моё) «Как Джейкоб Эшвуд мог гордо позировать в очках, если они могли послужить причиной госпитализации его владельца?» — помимо общей косячности предложения, переводчик на пару с корректором ещё и в заместительных запутались.

«Замужняя жизнь наполнит её жизнь новым смыслом», — а мы потеряем смысл слова «жизнь».

«Холли ничего не видела, кроме сплошной темноты», — увидьте темноту.

«Сью вновь осталась одна в комнате, а рядом с ней спящая старушка», — посчитайте людей в комнате, если старушки — не люди.

«Сью судорожно сглотнула слюну», — произнесите вслух и освойте Парселтанг.

Есть ещё ряд проблем под кодовым названием «читатель не тупой»:

«Необыкновенное прошлое, выходящее за рамки обычного», — плюс тавтология, конечно.

«Исподволь направляя её, можно было заставить двигаться её в нужном направлении», — опять же, плюс тавтология.

И куча мест, где автор не определилась с выбором слов из ряда синонимов:

«Её тётушки скрывали какую-то тайну, мистерию»

«Черты его лица были искажены, изуродованы болью»

Есть ли плюсы в тексте? Ну конечно! Один. Субъективный — ёфицированность. Но! Видимо, ёфицировали автоматически, потому слова типа «всё» и «все» не ёфицированы ни в одном случае.

Естественно, это не все прелести этого текста. Их куда больше. Я ещё не выписыввала те, где надо объяснять контекст, или просто слишком длинные цитаты. И пробежала хорошо если треть книги. Так что сказать, что текст плохой, — ничего не сказать.

…и розовый рояль выехал, ломая кусты

В этой книге любой сюжетный поворот начинается с рояля.

В этой книге даже те сюжетные повороты, которые зыждятся на экспозиции, начинаются с рояля, потому что автор вводит экспозицию ровно в тот момент, когда героям она неожиданно нужна.

Все герои верят другим героям с первых слов. Даже если знают их пять минут или если только что разоблачили их же враньё.

Когда главные герои кому-то верят, эти кто-то их не обманывают. Ни разу. Всё, что разоблачалось, было или как бы фоновым «само собой разумеется», или случилось до начала истории.

Любая идея, любая догадка, даже самая невероятная, с первого раза попадают в цель.

Даже самые фантастические истины принимаются героями слёту, без отрицания и рефлексии.

В какой-то момент герои сознают, что они могут менять мир силой мысли — собственно, так они создают дирижабль. И именно первым таким изменением была эта злосчастная махина. Герои — ойкакудобно — вовремя осознали, что так можно, и почти сразу — ойкакудобно — создали дирижабль. А вот потом они пытались-пытались, но у них — ойкакудобно — больше не получалось. 

Нельзя сказать, что это плохо. Это просто наивно. Этот текст до интернет-площадок не то чтобы дорос, а до издания в бумаге и перевода — даже близко нет.

Сюжет

Сюжет в реальном мире:

Девочка по имени Сью приезжает на лето к тётушкам. В доме также живут давно впавшая в вечный сон старушка Фрина, очень странный дворецкий и дальше по тексту приедет дядя Бартоломью. Вскоре Сью выясняет, что её семья — хранители древней магии, которая передавалась по крови из поколения в поколение.

Однако в этом мире магия передаётся не только по крови, но ещё и по земле. Поэтому рядом с их семьёй некогда появились другие волшебники, унаследовавшие магию через землю. И вот между одними и другими разгорелась война, в ходе которой была сделана волшебная шкатулка, дарующая вечную жизнь владельцу путём поглощения других жизней.

Привести её в действие должна была Фрина, однако в последний момент она смогла противостоять и, вместо того, чтобы убить врагов своей семьи, заперла их в своём сознании вместе с почти всей магией. И теперь все силы её сознания на протяжении плюс-минус полутора сотен лет направлены на поддержание этого мирка.

Но жизнь Фрины должна вот-вот закончиться. Это значит, что её сознание угаснет — и все заточённые люди умрут. А ещё что магия освободится.

Однако у Сью с Фриной есть пусть слабенький, но контакт. Благодаря этому она может достучаться до жителей её сознания, и рискуя жизнью, спасти их. А чтобы вообще иметь такую возможность, она, в том числе с помощью дворецкого и его знакомой Клары, разгадывает тайны поместья, прошлого, семьи и остатков магии. А ещё противостоит дяде Бартоломью, который хочет поймать момент высвобождения магии, чтобы использовать свою волшебную шкатулку и получить вечную жизнь.

По итогу дядю Бартоломью побеждают, всех жителей переселяют в особенно вместительную сферу воспоминаний, в которой хранятся только воспоминания об их родных краях. И будут они там жить вечно. Фрина умирает.

Сюжет в Астролуне

Он весьма запутанный, потому в двух словах.

Холли — экскурсовод в местном музее. Он старый и разваливающийся, никому не нужный, но Холли им просто болеет.

В начале книги пропадает её сестра Клара. Причём пропадает полностью: исчезают её вещи, о ней никто не помнит.

В поисках сестры Холли раскрывает всё, что было описано про реальный мир. Ну как раскрывает… ей инфодампом всё это вываливает начальник. Потому что музей — это основа мира, созданного сознанием Фрины, там хранилось всё, что она помнила о мире реальном. Так как сознание Фрины слабеет, музей рушится, а всякие детали пропадают. Так пропала Клара — она была рождена воспоминаниями Холли, потому что настоящую Клару не засосало в сознание и она в реальном мире помогала Сью.

Именно Холли в итоге выходит на связь и вместе со Сью переселяет себя и всех остальных настоящих людей, живущих в этом мирке, в сферу.

В момент переселения у неё есть совсем немного времени, чтобы увидеть настоящую Клару.

Идея

Сразу скажу: нет, книга написана раньше, чем вышла Clair Obscur.

Я упустила линию с примирением Сью и матери в реальности и множество линий в Астролуне. Их правда вагон: помимо Холли, там ещё два главных героя.

Тут стоит сказать, что мир Астролуны во многом создаётся сознанием тех реальных людей, которые в нём поневоле живут. Он существует в таком себе безвременьи, а люди создают себе этакие жизненные циклы, основанные на их предыдущем опыте, травмах, привязанностях. Начиная новый цикл, они почти полностью забывают старый, ибо было бы очень странно, если бы человек, сознающий себя как самого обыкновенного человека, помнил последние 150 лет жизни и ни капельки не постарел.

Один из главных героев — пират Бальтазар. В реальной жизни он любил Холли и ради потенциальной мирной жизни с ней бросил своих друзей на смерть прямо в разгар боя. В мире Астролуны он снова и снова создавал себе корабль и команду и снова и снова их бросал.

Вот он, задел для перерождения и роста персонажа!

Ага, как же. Его линию закрывает Холли словами типа: «вот я свою сестру любила, а она всё равно исчезла. Так что ты не виноват так же, как не виновата я».

Но есть разница же! Холли сестру любила и лелеяла, она сразу же бросилась её искать, по возможности — спасать, а Бальтазар из раза в раз предавал своих людей и сбегал в новый виток жизни. С чего он заслужил прощение, если даже раскаяния не было?

Третий герой — Алистер, адвокат. Он вообще частичка Тени, которая обрела самосознание. А Тени — это такие порождения сознания Фрины, которые, собственно, поддерживают работу всего этого мира. И они то Тени, то «Тени», потому что корректура великолепна.

У этих героев есть свои истории, есть ещё глубоко второстепенные герои со своими историями. Двое из них ещё попадают в местное посмертие и чисто интуитивно по аккомпанемент рояля с первого раза выбираются… Много всего намешано, короче.

Мир Астролуны пытался в прописанность, но дыры в нём просто зияющие. В конце они слегка нивелируются тем, что мозг Фрины слабеет, кроме того, её сознание конца XIX века пытается уложить ошмётки осознаваемой реальности веков XX-XXI, да ещё сказок. Потому всё это, очевидно, мешается в лютую кашу и какие-то дыры неизбежны, но они не ощущаются как изюминка мира, как что-то задуманное изначально. Тем не менее, я ругаться не буду, потому что, чисто технически, всё можно списать на путающееся сознание Фрины.

А где же Мэри Сью?

А она там была. Нет, герои — Сьюхи, конечно, но это побоку.

Я напомню, что автор — профессиональный корректор.

И вот её героиня двенадцатилетняя Сью (уже хорошо) между делом и сюжетными событиями пишет свою историю про прекрасную леди Сьюзен Блэквуд. И, так как Сью читала эти истории Фрине, то её подсознание воссоздало Сьюзен. И когда троица героев из Астролуны добираются до подсознания на многострадальном дирижабле, они встречают Сьюзен.

И она такая, какой должна быть селфинсёрт двеннадцатилетней закомплексованной девочки, которая конфликтует с мамой. Вот как Сьюзен себя описывает:

«Бедная сирота, которая может путешествовать в параллельных реальностях, а ещё я — наследница сама не знаю чего».

Это уже забавно.

Она, конечно, язвительная — ой, извините, острая на язык. Она, конечно, жуёт жвачку и лопает пузыри из неё.

Она добрая и героям помогает, но, конечно, постоянно на всё ругается. Она всегда недовольная. Её шутки прекрасны в своей наивности, её попытки оскорбить идеальны в своей упоротости, её манера общения феерична в том, как она копирует манеру общения типичных суперкрутых Сьюх, написанных двенадцатилетними девочками.

Наверное, сказалась насмотренность автора-корректора. И это было чудесно. Читать те несколько десятков страниц, где появляется и активно действует Сьюзен, было невероятно приятно. Именно эта героиня вывела мои впечатления из глубокого минуса в просто минус. Не обманули бы меня с дирижаблями, был бы ноль.

Итог

На полке оно вам не надо. Никому не надо. Сьюзен — милая, конечно, но наивность сюжета, прорехи в лоре и абсолютный пофигизм переводчика и корректора она не перекрывает.

Книга не плохая, но очень, очень слабая. А после выхода Clair Obscur она потеряла свой единственный весомый плюс — интересную задумку: мир, созданный в голове творца, сознание которого угасает, а вместе с ним исчезают и наименее важные части мира. Исчезают, к слову, визуально очень похоже. Я понимаю, что это очень несправедливо: во-первых, никто не мешает переосмысливать одну и ту же концепцию, во-вторых, я ж сама писала, что книга была раньше.

Да, несправедливо. Но так есть. Об игре знают многие и, если книга попадёт эти многим в руки сейчас, казаться вторичной будет именно она.

А больше ощутимых плюсов как бы и нет. Только Сьюзен, но её слишком мало и интересна она будет далеко не всем читателям.