Приграничне сражение 1941: почему ещё не зря

Отвечал на комментарий Романа Злотникова в блоге Попаданец в 21.06.41, который вызван поднятой в блоге О попаданцах в ВОВ волной (зацените размер причинно-следственной цепочки, ага)… И подумал, что надо вынести этот текст в отдельный блог.

Во время войны 1941–1945 гг. в Литве было уничтожено примерно 95-96% процентов еврейского населения. Это самый высокий процент среди республик бывшего СССР и европейских государств, в границах на 1 сентября 1939 года. Соответственно спасшихся в Литве — 4-5%.

В Жеймялисе процент спасшихся евреев значительно выше.

Письмо Жеймельской волостной управы начальнику Шяуляйского уезда от 25 августа 1941 года No 962:

«Мы докладываем, что в Жеймяльской волости проживало 205 евреев. Когда большевистская армия отступала, бежало 44 еврея. 8 августа было расстреляно 160 евреев. Теперь появились две еврейские женщины из числа бежавших. Мы отправляем их в город Жагаре».

Жагарское гетто было 2 октября 1941 года уничтожено. Таким образом, по официальным данным, из Жеймяльской волости бежало 42 еврея. По словам тех из них, кого нам удалось разыскать и опросить, фактически из Жеймялиса бежали и спаслись 47 человек, или почти четверть общины.

Чем вызвано это отличие спасшихся от среднего по Литве?..

На Шяуляйском направлении контрудары Красной Армии и героическое сопротивление многих ее частей задержали продвижение фашистов. Их 1-я пехотная дивизия вошла в местечко лишь 28 июня. Такого противостояния захватчику не было в Литве на других направлениях, кроме Лиепайского. Так, в Каунас и Вильнюс части вермахта ворвались уже на третий день войны — 24 июня. Беженцы, покинувшие Жеймялис до 27 июня, не были настигнуты на их пути в Россию моторизованными дивизиями немцев также только потому, что позади беглецов стояли насмерть на пути врага дивизии, полки, батареи Красной Армии, и даже отдельный танк.

Анатолий Хаеш
«Пять дней до оккупации Жеймялиса: 22 — 26 июня 1941 года»

Начало Великой Отечественной трудно назвать успешным. Немцы наступали быстро, наших гибло много, ошибок было сделано огромное количество. И тем не менее — планы нацистского руководства перестали выполняться уже с первых дней, и вскоре уже немцы были вынуждены признать, что потери выше, чем во Франции, и ожесточённое сопротивление красноармейцев пусть не сразу, но в итоге затормозило разогнавшуюся адскую машниу. И главным последствием гибели кадровых частей в приграничном сражении обычно назыается то, что дали время отмобилизоваться, подтянуть резервы, подготовить отпор… Но были, как видно из текста выше, и другие факторы.

И как уже писал в комментарии, евреи молодцы — помнят, изучают, статьи подробные пишут. А тех же просоветски настроенных местных, которых ровно так же морили в лагерях, вспоминать никто не будет — там сейчас в почёте дедушки-эсэсовцы в красивой форме, про других вспоминать вроде как неприлично (с нашей стороны тоже вряд ли кто будет разбираться, слово «прибалт» теперь почти синоним слову «враг»). А ведь были ещё семьи военнослужащих, напралвенные на работу в республики специалисты, партийная верхушка, и так далее… Кому-то, глядишь, и повезло спастись.

Вообще очень тяжёлая тема. Хоть и не суйся туда вообще.

И с радостью приму в дар любые материалы и рассказы про судьбы простых мирных граждан в это непростое время, кому не повезло оказаться на пути наступающих немцев. Обычно в мемуариях основной упор на бои да битвы, в остальном описываются только запруженные беженцами дороги и как их утюжили самолёты с крестами, да периодически мелькает что-нибудь вроде отрывков из воспоминаний Кадочникова, вот и всё что попадалось.