Letter #3

У меня были планы.

Посмотреть с тобой фильм.

И еще один. И тысячу прочих.

Съездить в Стамбул и Танжер. Попробовать в первый раз м*****уану.

Сфотографировать тебя посреди ночи, 

Когда ты подойдёшь к окну, и свет фонарей

Выхватит из темноты твой профиль, контур плеча, а я буду всё еще чувствовать, что была твоей,

И на этом фото будет лёгкий запах пота и капельки слёз.

У меня были планы запомнить текстуру твоих волос,

И потом, когда тебя не будет рядом со мной целую вечность

Я смогла бы помнить их каждое утро

И потом при встрече

Запустить в них пальцы и больше никуда и никогда не спешить.

У меня были планы подолгу с тобой жить.

Проводить время в интеллектуальных беседах с твоим малолетним сыном,

Рассказывать ему про свои любимые книги, фильмы, картины

И объяснять значение слов “мурмурация” и “петрикор”.

У меня были планы снять домик на склоне гор

И целыми днями, неделями и месяцами с тобой в нем молчать.

Говорить мысленно и так же тебе отвечать,

Потому что голос другого выучен наизусть.

И когда я почувствовала бы грусть, 

Ты подошел бы и обнял меня за плечи,

И дождь по крыше стучал и стучал бесконечно

Но я бы знала наверняка, что небо не рухнет.

У меня были планы 

Сидеть у тебя на кухне,

Сделанной для тебя по моему проекту,

И куря сигарету,

Сказать: “Darling, let’s move to Scotland, прямо вот этим летом”.

И может,

Мы переехали бы туда на старости лет.

У меня были планы.

В которых тебя больше нет.