Немного о раздевальном покере

А чё, лето же вовсю... Надо летненькие страницы нести ))

Сначала немного истории.
На заре туманной юности я перешла на третий курс, и меня в нашем родном городе проиграл в карты приезжий московский вьюноша по имени Иван. Там у них проигравший должен был познакомиться с первой попавшейся на дороге женщиной и прогулять с ней до зари. А там как получится.
И вот мы сошлись в точке икс. Кодла студентов Первого медицинского института, проходивших практику у нас в городе - и я.
Студентам после Москвы было скучно, они валялись на пляже и резались в карты на всякие остросюжетные фанты. А я тут тоже была на каникулах, но в отличие от них имела кучу приключений на свою шею без всяких карт. 

Я шла с новой замшевой сумкой и убеждением, что весь мир у моих ног.
Иван, увидев на горизонте меня, заносчивую, загорелую и в белой мини-юбке, возрадовался. Компания, наоборот, разочарованно вздохнула, поскольку втайте мечтала, что первой встречной окажется толстая тётка, торгующая на рынке укропом.

В общем, Ивану повезло, и мы пошли гулять.
Всю ночь я таскала его по всяким городским заросшим кладбищам, развалинам церквей и храмов, заставляла перелезать через заборы, перепрыгивать через скамейки и кататься на старых, скрипучих воротах. К рассвету он примотался, сел отдохнуть и сказал: господи, зачем я тебя только встретил, я бы лучше выспался.
Ну да, не знал он мой фирменный стиль свиданок с молодыми людьми  

Так вот, про раздевальный покер рассказал мне он. И я ужаснулась, восхитилась, а потом много лет рассказывала о нём всем подряд.

Разумеется, я не могла не принести это в свой "Рип каррент" )) Я туда всё несу. Уже всю свою жизнь туда упхнула, а также жизнь своих подруг и друзей. А чего это всё пропадать будет? )) Пусть входит в историю ))

Про невинные пляжные развлечения моей героине рассказывает главный герой.

- О, господи… Как у вас, у девушек, всё сложно. Вот у нас, у мужиков, всё просто… Слушай, как мы на пляже играем, - он садился рядом, театрально протягивал вверх руку и вдохновенно декламировал. - Раздевальный покер!
- Что? – удивлялась я. – Такой покер есть?
- Ещё как есть, - кивал он. – Проигравший снимает с себя плавки и идёт нагишом к воде и обратно, а трусы вертит над головой. А если два раза подряд проиграл, то уже надо туда и обратно ползти на четвереньках. А трусы нести в зубах.
- О, боже! – ужасалась я сквозь смех. – А как же люди там вокруг?
- Ну, наша кодла обычно в конце пляжа собирается, там уже дикое место, приличий можно не соблюдать. Да все и так знали о наших забавах, мы ж на этом месте со школы тусовались, никто уже не удивляется. Ну и, короче, вернёшься, и уже одеваться неохота, да и мало ли, вдруг опять продуешься. Так и сидишь.
- А если три раза проиграешь?
- Если три, то так же ползёшь с трусами в зубах, а на тебе кто-то верхом едет. Но это редко бывало.
- Но это же ужас! - возмущалась я.
- Пани... – он смеялся и обнимал меня, – я тебе рассказываю эксклюзивные секреты про наше эксклюзивное мужское содружество. Ты должна ценить, что тебе доверяют.
- То есть, это самые безобидные мужские секреты, - смеялась я.
- Угадала. Обидные секреты я тебе не расскажу, конечно.
- Ах вот оно что... То есть, надо понимать, с вами и девушки играли в этот раздевальный покер?
- Нет, ты что, как можно... дамы...

Он елозил пятернями по волосам, смотрел в потолок невинным взором, всячески изображая непричастность. Я брала его за вихры и поворачивала к себе лицом.
- Ну-ка, быстро говорите правду перед лицом правосудия!
- Ну, да, - вздыхал он, сдаваясь. – Иногда к нам присоединялись леди. Но! – он поднимал палец. - Это были не наши леди. Не местные!
- Неужели вы их не щадили?
- Ну, как можно! Нет, конечно... То есть, тьфу, конечно, да, – спохватывался он, покатываясь, - именно щадили...
- В смысле, они не проигрывали?
- Проигрывали. Но им позволялось снимать только верхнюю часть купальника.
- И они так же вертели над головой?
- Нет, вертеть – это уже слишком. Им можно было этой частью туалета вот так изящно помахивать.

Он вставал и показывал, как надлежало помахивать купальником.
- Но самые лихие, конечно, вертели, - задумчиво добавлял он, слегка затуманиваясь взором, и немедленно получал от меня подушкой по уху.

Он падал на диван, давясь хохотом, я молотила его подушкой, он орал, отбиваясь, а потом обнимал меня, валил в кучу малу, и теперь уже верещала я, а он вдруг замирал, щекоча моё лицо волосами и тихо признавался:
- Знаешь... я ни с кем так много не смеялся, как с тобой... правда...
- Не верю, - говорила я деланно сердито – Ты болтун и трепло.
- Честно, клянусь, - совсем серьёзно шептал он, затихая возле моего плеча, - ни с кем...

И нет больше передо мной балагура и охламона. Есть что-то большое и бездонное. И полное сложностей и тайн. И это так далеко, и это не моё, и это - бездна...