Письмо-манифест самарской учительницы, отказавшейся слепо повиноваться школьной программе.

Я нашел этот текст случайно, но пройти мимо не смог. Вспомнил себя, как меня раздражали навязывания училкой по литературе: "...этот отрывок Муму наизусть к следующему уроку." О! сколько было такого. Сейчас я его содрал, потому что почти уверен - завтра же этого текста не будет, послезавтра наверняка. А вы сами судите, права та женщина или нет.

...Уважаемые и любимые соотечественники! Представьте себе, что я обращаюсь к вам как мать школьника, которому снова насильственно впихивают изучение пунктов литературы, касающихся давно мертвых и физически, и морально объектов, выставленных в свое время подобно трупу Ленина в мавзолее, человека, своими бредовыми утопическими воззваниями и ложной надеждой, накликавшего гибель миллионов русских людей и ненависть всего мира. 

То же происходит в литературе! Сколько можно жить принципом «Есть мнение…»? Еще не устали? Почему всюду того же Гете, Шиллера, Шекспира, не возводят в ранг святых, а поминают лишь как людей, в свое время внесших вклад в развитие национальной культуры, и только у нас таких же людей канонизируют, делают идолами?

Но разве тот же Толстой, Достоевский или Тургенев писали для народа? Ой ли? А может быть, хватит врать себе и вешать лапшу на уши ученикам? Эта писанина чужда народу! Задумайтесь, люди – народ и читать не умел! Крестьянам и работникам мануфактур было не до того, чтобы встать в два часа дня, при этом укоряя себя в том, что рано проснулась, просидеть еще два часа перед зеркалом, пока гувернантки приводят в порядок каждую волосинку барыни, а потом соизволить сесть в кресло-качалку возле садового столика и вспомнить: Фроська, а где там сочинение графа Толстого? Хочу посмотреть, князь обошел-таки дуб, или голова его закружилась, и он воткнулся в ствол дерева, растянувшись под сенью листвы, но все еще рассуждая о чужом небе Аустерлица.

Такой патриот этот граф «Толстиков», чьи насквозь лживые, заплесневелые, лицемерные лозунги на 30% написаны на французском, наверное, именно для народа… ха-ха. Ушедшие в века безвозвратно вместе с оборотами языка, да и самим языком, много раз уже изменившемся, эти тяжелые, вязкие и нудные бредни, сплошное ханжество, как и его показушное брожение за сохой, смахивающее на фиглярство Бориса Ельцина, якобы всегда стоявшего в очереди за водкой, так отдают бредом сивой кобылы, что дальше некуда. Откровенная ложь тянет ко дну отечественную культуру, потому что пропагандирующие эту ложь писаки очень боятся за свои кресла. 

А если к раздутому образу тех, кого они называют классиками, что в принципе невозможно по причине уже названной, добавить доступные ныне всем, ранее содержавшиеся под запретом, подробности личного плана о каждом таком… львиную часть из них по морально-этическим соображениям нужно отправить на свалку.

Как может человек, призывающий километровыми предложениями ко всепрощению и любви, а на деле, настрогав дюжину детей, третировать этих детей ежедневно и ежечасно? Избивать жену, доведя почти до петли, заставлять ее по двадцать раз переписывать тонны макулатуры, да еще читать ему вслух о его же пошлых блудах в былые годы? Речь о том самом Толстом! Какой он идол? Подонок и лицемер! У него даже отношения с родным братом были натянутыми, как раз ввиду поведения, недостойного дворянина высокого ранга, вообще дворянина. Недостойного звания просто мужчины, настоящего, стоящего защитной стены для своей семьи.

Как Достоевский может учить таинству психологии, сам будучи неврастеником и наполовину шизоидом? Рабом азарта, вечным попрошайкой авансов и должником, проигрывавшим даже панталоны и платья жены? Гниль бесхребетная! И это он писал для народа? Наверное, курс начального обучения – как у старушек пенсию отжимать, тюкнув топориком по голове! Сволочь, а не муж и не мужик…

Чему может научить моего сына Тургенев, будучи зачастую садистом, живодером и еще кое-кем, если вспомнить его рассказ о девочке, наказанной барыней? Кто читал, тот сразу поймет – кто мог написать такое, смакуя каждую строчку. Такие подробности… Слов нет! А если добавить его дневники и письма в тому же Фету, где он напрямую признается, как покупал девочек 13-14 лет и как ему было хорошо… все понятно с этим ублюдком. 

Этот радетель за благо крестьян не смог до конца разобраться в отношениях с собственной матерью, но тоже кидается поучать общество. Вот только опять вопрос: чему поучать? Простейший пример на ходу – когда его хороший приятель Белинский, можно сказать, даже друг, давший ему дорогу в литературу, лежал прикованным к больничной койке, умирал в полнейшей нищете, тот самый Тургенев не удосужился дать ему ни копейки, будучи человеком богатым. Слал дежурные записочки с отговорками, да и все, но тратил солидные суммы, волочась за юбкой разводилы-шлюхи. Факт общеизвестный. 

Я бы запретила сыну учить наизусть кусок текста Муму после того, как пацан пришел ко мне и спросил: Мама, а зачем Герасим утопил собаку? Он все равно уходил, так почему же не взял с собой самого верного и единственного друга??? Я бы ответила сыну прямо – потому что ее утопил не Герасим, а сам Тургенев. 

И чему же такой человек может научить моего ребенка? Как предавать верных друзей? Жестокости или живодерству? Еще не говоря о том, что этот «поучитель и сопереживатель» от большого патриотизма сидел за границей и прожирал те самые копеечки, которые потом и кровью зарабатывали крестьяне. А он их в каждом рассказе «сочувственно» сек до полусмерти… и исключительно девушек, и тоже «случайно» всегда голых. Вот такой «народный» сказитель. Как треснула бы ему по лбу сковородкой! 

Ни один из пунктов, определяющих само понятие классиков, этими деятелями не соблюдается.

1. Искусство во имя народа и для народа – уже говорили.
2. Патриотизм и мораль. – ага??? Тоже сказали.
3. Востребованность во времени – и это у кого? кто их читает сегодня? Кому они ценны? Да единицам из десятков миллионов.

Так и кто из них классик? Кто, мать иху? Пожалуй, так назвать можно только двоих – Пушкина и Лермонтова. Взять даже Булгакова, пусть многие и считают его исключением. По крайней мере, этих троих читают и будут читать. Вы ощущаете разницу с тем же Толстиковым? 

Хватит идти на поводу у тех, кто привык к отсутствию собственной точки зрения, кто ведом «есть мнением». Оглянитесь, люди! Двадцать первый век на дворе, а не девятнадцатый. Зайдите в библиотеки и поспрашивайте у работников, кто вам скажет, что те самые «мировые произведения» гниют на полках, ненужные никому. Так какие они «мировые»? Их не берут даже школьники, кого упорно заставляют силой читать про проклятый дуб, не понимая элементарного – любое насилие влечет подсознательное отторжение. Такими тупыми шагами любви не привить, потому школьники скачивают из интернета короткую выдержку, дабы не получить двойку. Все! 

А напоследок я бы сказала: Задумайтесь, господа родители, кому небезразлична судьба детей!