Жан Боден атакует...

Автор: Белова Юлия Рудольфовна

Конечно, это обязанность прокурора обвинять, но есть нюанс... Ведь прокурором по делу Александра де Бретея назначен не просто какой-то юрист — а знаменитый Жан Боден.

И да, у нас обновление: https://author.today/reader/580189/5902850

Мы решили пойти вам навстречу и разделить продолжение на 2 части. Сегодня одна, завтра по расписанию вторая. Мы решили, что читать все это за один раз, было бы тяжко.

Ну и собственно герой продолжения. Жан Боден — блистательный юрист, ученый, сын портного из Анжера.

В отношении Бодена нередко можно использовать слово «впервые».

Он одним из первых обратил внимание на роль климата в истории человечества.

Одним из первых заметил такое явление как инфляция и сформулировал количественную теорию денег.

Был одним из первых, кто признавал право человека самостоятельно выбирать религию (правда, только в рамках христианства — все же шестнадцатый век! — но и это немало), призывал к веротерпимости, из-за чего в 1572 году чуть было не стал жертвой Варфоломеевской ночи.

Как сторонник умеренности Жан Боден принадлежал к партии «политиков», которые группировались вокруг брата короля герцога Франсуа Анжуйского. Как депутат третьего сословия от провинции Вермандуа на заседаниях Генеральных Штатов 1576 он вновь призывал к миру. Кстати, в том же году вышел в свет еще один труд Бодена — «Шесть книг о государстве».

Казалось бы, все это выглядит очень хорошо и достойно, вот только этот ученый, этот сторонник мира и веротерпимости одновременно верил и в колдовство и призывал расправляться с ним самым решительным образом. А между тем в раннее средневековье вера в колдовство рассматривалась как суеверие и считалась несовместимым с христианством. И вот в шестнадцатом веке в эпоху Возрождения гуманист и ученый стал обосновывать колдовство с научной точки зрения и даже в 1580 году написал о колдовстве книгу «Демономания колдунов» (на русский эта книга переведена).

Для написания книги о колдовстве он перелопатил уйму литературы — в том числе художественной, но художественные произведения, в том числе сатира, в качестве доказательства существования колдовства — это как-то слишком.

С точки зрения Бодена, судья, который не верил в колдовство и препятствовал преследованию колдунов, сам заслуживал костра. Более того, знаменитый философ и юрист был уверен, что изворотливость колдунов столь велика, что их невозможно победить честным путем, но для победы над колдунами дозволены любые средства.

Теперь вы понимаете проблему, с которой сталкивались подсудимые в ситуациях, когда прокурором становился Боден.