Субботний отрывок. Воспитательная работа

Отрывок из нового романа "Это успех!" (кстати, какое название лучше - "Это успех!" или просто "Успех" или "Успех: цена").

Генерал Скитлица

Скитлица посмотрел на вошедшего офицера строгим взглядом, выслушал доклад и раскрыл свой блокнот.

— Ну что, Летков? Догадываешься, о чём у нас с тобой разговор будет?

— Вероятно, о моих косяках, — сдержанно предположил Летков.

— Молодец, угадал! Только не о «косяках», а о нарушениях! Ты прекрасно знаешь, каких. Меня интересует, сделал ли ты правильные выводы!

— Так точно, сделал, — ответил Летков.

— Озвучь! — приказал Скитлица.

Летков задумался.

— Ну… надо было отнестись к тестированию новой методики дознания ответственнее!

— Так, — одобрил Скитлица. — А конкретнее? 

— Конкретнее — надо было не показывать, что это страшная тупость… или хотя бы постараться — не так откровенно… 

— Летков, ты опять?! Прекрати немедленно! Лучше объясни, почему ты в лаборатории нейрофизиологов вёл себя, как в цирке!

— А разве там не цирк был? — почти безразлично спросил Летков.

Скитлица немного сбился с курса:

— Нет, я понимаю, что слайды идиотские и смешные, особенно с овечкой… но только не надо меня убеждать, что ты якобы не мог сдержаться! У вас спецкурс был по самоконтролю, зачёт сдавали дифференцированный! Какую оценку получил?! И говори правду, я потом проверю!

— «Отлично» получил! — мрачно сказал Летков.

— Вот видишь! — приободрился Скитлица. — Так в чём же дело?

Летков посмотрел ему прямо в глаза невинным взглядом той самой овечки:

— Я сначала хотел, а потом решил… вести себя естественно. Если бы от этого зависело, предположим, выполнение задания или ещё что-то важное — я бы контролировал всё как надо.

Скитлица демонстративно сделал три глубоких вдоха и продолжил:

— Летков, тебе 26 лет, ты уже должен хоть что-то понимать в жизни! Ты — военный! Военные не рассуждают, а выполняют приказы! Они по уставу всегда обязаны подчиняться начальству! Тебе это ясно?

— Вполне.

— Не вполне, а так точно! И почему же тогда ты так… неэтично вёл себя с Главным Нейрофизиологом?

Летков вскинул голову и сказал высокомерно:

— Он мне не начальство!

— А вот тут ты ошибаешься, Летков! — ещё раз попытался воззвать к его разуму Скитлица. — Он здесь всем нам — начальство. Потому что никто не застрахован — любой может на допрос к нему попасть! Тебе это ясно?

— Так точно, — сказал Летков. — Мне другое неясно — какой-то идиот придумал эту так называемую лабораторию, а остальные зачем-то взяли и согласились, что это правильно, и так и надо!

— Ты ещё устои будешь мне тут шатать?! — Скитлица нашёл спасение своей нервной системе в ставшем уже привычным жесте «Рука-лицо». Помолчал, снова сделал несколько глубоких вдохов — всё по науке. Поднял глаза на слегка присмиревшего с виду адреналинщика.

— Летков, я тебе сейчас задам один вопрос не по уставу, почти личный… Ты зачем вообще пошёл в военную академию?

— Бес попутал, — с досадой пробормотал Летков.

Скитлице показалось, что он ослышался:

— Что? Повтори, что ты сказал!

Летков вздохнул.

— Да нет, ничего. Надо было, конечно, лучше в пожарные пойти!

— А это ещё не поздно! — взорвался Скитлица. 

Он вскочил и в ярости зашагал по кабинету. 

— Вот вылетишь из гвардии со своими выкрутасами — и тогда иди на все четыре стороны! Хоть в пожарные, хоть мороженым торговать!

Летков оскорблённо хмыкнул и, глядя в пол, промолчал. Скитлица обрадовался — всё-таки поддаётся воздействию! Он стоял посреди кабинета, тяжело дыша, и соображал, чем же достигнутый успех закрепить. Наконец, придумал.

— А теперь слушай приказ! Два круга по кабинету гусиным шагом! Марш!

Голубые глаза Леткова немного потемнели. Он спросил:

— Это вы серьёзно?..

— Выполнять! — рявкнул Скитлица.

Летков помедлил, потом присел, ещё больше выпрямился и, глядя непроницаемым взглядом в потолок, быстро и бесшумно обошёл два раза кабинет гусиным шагом. Скитлица созерцал это действо, наслаждаясь каждым мгновением, но по-настоящему порадоваться закреплению успеха не получилось. Летков встал, одёрнул китель. Потом стряхнул с рукава невидимую пылинку и холодно спросил:

— На коленях постоять не надо?!

— Когда потребуется — я сообщу! — огрызнулся Скитлица в некоторой растерянности. — Свободен!

Летков развернулся и вышел — всё с той же идеальной осанкой. Дверь закрылась с едва слышным щелчком.

Скитлица подвинул к себе блокнот и долго формулировал мысль, которая упорно сворачивала в сторону слишком сильных выражений. Наконец, отчаявшись выразить её корректно, записал в очень коротком варианте: «Летков невыносим». Ещё подумал и добавил: «Но гусиным шагом ходит красиво».

Офицер спецгруппы "Горизонт" Гвардии Особого Назначения Артём Летков.