Люди слушают жо...

- Навигатор приведёт к соседям, сперва гляньте в Яндексе, хорошо? Ждём.

- Ну и как вас найти, стою, а тут только Магнит и диваны! Яндекс? Какой Яндекс?

Три НЕ легко начнут войну – непонимание, неуважение и невнимание. Да-да.

У меня тут мозг закипел из-за простой ерунды – как найти организацию, где строю капитализм личностям, полагающимся на что угодно, кроме памяти, логики и внимательности. Когда речь о поисках старого здания с разъяснениями по телефону. Не, правда, закипел из-за нескольких случаев, идущих подряд, ровно волчья стаю по свежему снегу. И вопросы одни и те же, честное слово - как нас найти, почему стою у «Светофора» и вследствие чего нас нет в навигаторе, подряд, с разницей в полчаса. Наверное, карма где-то прохудилась, хорошо, крыша не потекла из-за жары, топографического кретинизма, чужой невнимательности и ваще.

Давным-давно неведомая мне поэтесса Ляля Брынза написала отличные стихи о людях, чем они читают и пельменях из Дикси. И даже на тот момент, будучи начинающим сетевым пользователем, уже соглашался со многим в стихотворении, накатанным этой неведомой мне более чем возможной иноагентессой, или там иноагентиней, или просто писательницей жанра фантастики, малой прозы и лауреата Рваной Грелки. Спасибо ей за рассказ о пельменях, советах и Дикси. Дикси, к слову, с того времени стали знакомы и обходимы за квартал, стараясь ни за что не попадать в их подвалы без кондиционеров в самую лютую жару питерского лета.

И, да, люди зачастую не только читают афедроном, они им ещё и, как минимум, слушают.

Но речь вовсе не о пельменях, не о писательнице Бортниковой, не о супермаркетах и не о частях тела, нужных для совершенно иных функций. Речь о жизни вокруг, о самомнениях, неумении слушать других, нежелании уважать других и невозможности донести до самих себя простые истины ровно до момента поклёвки жареным петухом в пятую точку. А также о настоящих логических коллапсах последних недель в связи с ГСМ, стоимостью топлива, наличием бензака на заправках и скорости доставки товара из точки А, в виде завода, до точки Б, где имеется самый обычный склад, а также о дальнейших способах партнёрских отношений, конкурентной борьбы разными методами и нытье обычного офисного хомяка, не более и не менее. Но, на самом деле, речь вообще о зависти к жителям Мск с Питером. 

Вам, любезные, искренне везёт. Вы, случись такое вот сильвупле, как у меня, спокойно растворите негатив в красоте, окружающей ваши прекрасные города со всех сторон и обильно имеющийся внутри них самих. У вас есть настоящие Третьяковки, Главный штаб, академия Штиглица, Архангельское с Царицыным, Гатчина с Царским Селом, парк Монрепо в Выборге и всё остальное, включая галерею Пушкинского музея, куда сейчас искренне хотелось бы попасть. Там всё просто – там пройти пару-тройку залов второго этажа, задержаться у девчонок-танцовщиц в голубом Дега, посмотреть на Моне с Мане, а также Ренуара, и отыскать главную любовь картинных галерей нашей прекрасной родины.

Она большая. Она, на самом деле, большая. Её сёстры в основном во всяких частных коллекциях и немудрено, Луиджи Луар писал - как дышал, и речь о масле, холсте, кистях и таланте. Мсье Луар жил в Париже больше ста лет назад, лицезрел любителей с любительницами зелёных полынных фей туйона, хрустел настоящими багетами, лакомился поутру круассанами, где на каждый идёт пачка масла, гулял тенистыми бульварами Мальзебр и Капуцинок, пользуясь любовью с уважением богатых поклонников практически классической живописи, где импрессионизма было совсем немного, штришок тут, мазок там, ради жизни, эмоций и ощущения магии, возникающих только у настоящих талантов. 

«Дым окружной парижской железной дороги» большая и сказочно прекрасная. Там много дыма, в дыму немало людей, сквозь дым проглядывается сам город, а центром, дарящим волшебное проникновение в мир мельчайших деталей картины, является кирпичная хибара и два лошадиных крупа с хвостами, выписанные очень ощутимыми. Всмотрись в них и, начиная рассматривать панораму, легко ощутишь полтора столетия назад, с его запахами, криком паровоза, шелестом первых прорезиненных шин, стука копыт, шелеста ветра в листве, смешком рабочих с самокрутками в зубах и прочим, кажущимся, одновременно, нереальным и явственно ощутимым, только руку протяни.

Не верите? Думаете, сочиняю, как обычно? Ну, проверить и поверить легко, довольно оказаться на втором этаже галереи Пушкинского государственного музея Первопрестольной и, вуа-ля, увидите всё сами. А пока, зацените, как никуда испарилось мерзковатое ворчание офисной крысы, ворчавшей ещё несколько абзацев выше о себе любимом, стоило вспомнить любимую картину на территории нашей родины. От такие дела, ребят, от такие дела. 

Хороших выходных впереди, слово чести, всего наилучшего.