Фрагмент. Домовой Акакий знакомится с "местным"

Акакию не спалось. Ещё один дом. За всю свою двухтысячелетнюю жизнь он сменил домов меньше, сколько за последние полгода. «Тяжки дела наши грешные!» – вздохнул он. Хорошо еще, что в этом доме хозяева, похоже, все ж таки наконец задержатся.

Он попытался устроить поудобнее в углу за креслом. Кресло стояло в комнате Агатки, и более подходящего места он себе найти не смог. Но это было всё ж лучше крохотного детского рюкзачка, где ему приходилось ютиться несколькими домами ранее. Акакий был уверен, что там намаявшись за день, уснёт мгновенно, но сон не шёл. Наконец он понял, что ему мешает. Откуда-то снаружи доносилось тихое шкрябание вперемешку с шуршанием и сопением. «Ёж приблудился, что ли?» – озадаченно почесал затылок Акакий.

Он с трудом забрался на стиральную машину в ванной комнате и вылез в окно, располагавшееся на уровне земли. Пошел в сторону звука. Пробравшись за кустами, росшими прямо вдоль дома, обнаружил крохотное приоткрытое слуховое окошко. Было похоже, что им регулярно пользовались, несмотря на неудобное местоположение, т.к. вокруг не было паутины. В здешних местах паучки очень быстро затягивали всё, что оставалось без надлежащего ухода даже на непродолжительное время. Акакий удивился, так как знал, что с их жилища входа в подпол не было.

Шум шел явно из этого оконца.
«Кто б знал, что тут тоже погреб есть. Хозяева дома при обходе чегой-то не показали его. Забыли, что ли?».

Внутри было темно. Он осторожно пробрался через окно, встал на подоконник. Прямо с подоконником стояла полка, как специально для этих целей. На пыльной полке была протоптана тропинка. Присмотревшись, обнаружил в глубине погреба несколько приличного размера замшелых бочонков. Среди бочонков копошился очень худой немного горбатый человечек, одетый в грязно-зелёную одежду и странные башмаки. «Деревянные башмаки?! Во даёт! Неудобно же!». Местного Акакий видел впервые. От неожиданности не успев как следует подумать, он ляпнул первое, что пришло в голову:

— Ты ещё кто?

Местный вздрогнул, судорожно прижал к себе висящий на боку мешочек и оглянулся. Содержимое звякнуло. Человечек оказался очень худым маленьким старичком, ростом чуть повыше Акакия. Вперил подозрительный взгляд в лицо Акакия. Передвинул мешочек за спину и упёр руку в бок. Второй прикрыл краник, торчащий из бочки, и, пошатнувшись, опёрся о бочку. Из краника перестало капать. Густой плотный запах, висевший в воздухе, выдавал спиртное. Судя по красным каплям, свисающим с клочковатой редкой бородёнки новый знакомый лакал содержимое бочонка прямо из краника. Отталкивающее злое морщинистое лицо довершал длинный крючковатый нос, делая его еще менее привлекательным. «Ох и не повезло же родиться этаким красавцем!» – подумал Акакий.

И без того неприветливое лицо старичка исказила гневная гримаса. Неожиданно высоким голосом он завопил:
— Сам кто? Мой погреб! Вали, пока не навалял!

«Что же это я! — охнул про себя Акакий – Кто ж так знакомство-то зачинает! Сам ввалился куда не звали, да ещё и вопросами пытать вздумал. Ну учудил, Акакий!». Примирительно сказал, пытаясь утихомирить человечка, определенно разгневанного внезапным вторжением Акакия:

— Ох и грубиян же ты, сосед. Не любо мне на новом месте житьё с вражды начинать. Давай знакомиться что-ли.

Старичок окинул Акакия неприязненным взглядом, но тот, не давая шанса начать склоку, торопливо предоставился сам:

– Я – Акакий, до... эм-м-м... Даже и не знаю, как сейчас называться должен. Обычно домовыми нас на родине-то кличут, да только, как видишь, дома-то у меня нынче и нет... С новыми вашими жильцами я издалече приехал. Ты сам, подикось, из местных будешь? Извиняй, коль что не так ляпнул, я не со зла. Не ожидал, что застану кого.

Старичок долгим изучающим взглядом изподлобья прошёлся по Акакию с ног до головы, не отвечая. Акакию стало не по себе: «Похоже, дружбы не выйдет», – подумал он и хотел было уже извиниться за вторжение да ретироваться по добру по здоровью, но тут знакомец неожиданно икнул. Следом пробормотал под нос какое-то неразборчивое ругательство.

Обстановка немного разрядилась. Цапаться после такого было уже как-то не серьёзно. Это понял и сам хозяин погреба. Его лицо немного разгладилось. Приветливее от этого оно не стало, но хотя бы перестало казаться, что старикашка сейчас накинется на домового в попытке отгрызть острыми зубами ухо или что попадется. Недовольно хмыкнув, буркнул:

– Киннеидай моё имя. Из клуриконов. Я тоже не совсем местный, с севера скорее. Пра-пра-пра-бабка владельца дома из ведьм была. На свою Вальпургиеву ночь так покутила, что отправилась с подружками в наши места за золотом. Ну и поймала меня, карга старая. А я ж не гоблин какой, нажитое просто так отдавать, упёрся и ни в какую. Вот и унесла меня на своей метле, да к дому насильно привязала. Заявила: «Пока золота не отсыпешь, не отпущу». Не на того напала! Но пока переупрямить ее пытался, карга возьми да на тот свет отправься. Слышь, как тебя… Акаий? У тебя бутыля виски, по случаю, не завалялось? А то воротит уже от их кислого красного пойла…

Продолжение следует…
Возможно.

___

Домовой Акакий — уже существующий персонаж из книги "Акакий, дачный домовой".
Если вам понравился Акакий, приглашаю познакомиться с ним и его непростой судьбой поближе.

Немного о фрагменте текста выше:
Эпизод знакомства Акакия с леприконом написан мной уже давненько. Недавно я решила вернуться к идее написания продолжения истории Акакия, но пока сомневаюсь, что включу в него данный эпизод — слишком уж много сказки для довольно реалистичной истории в жанре авто-фикшен.
Или?... Как думаете?