Лостовцы обсуждают сериал про себя

Хвост

Вечер опускался на лагерь медленно, как всегда на Острове — багровое солнце тонуло в океане, и тени становились длинными, почти живыми. У костра собрались те, кто не хотел спать. Кто-то чинил одежду, кто-то просто сидел и смотрел на огонь.

Хёрли сидел на бревне, обхватив колени руками, и смотрел на пламя с задумчивым видом. Рядом с ним сидел Чарли, который всё ещё пах рыбой и морем. Шеннон сидела чуть поодаль, поджав ноги, и слушала.

— Слушайте, — сказал Хёрли, понижая голос до заговорщицкого шёпота. — А что, если про нас снимут сериал?

— Что? — переспросил Чарли.

— Ну, серьёзно. Мы же здесь, на острове. Самолёт разбился. Выжившие. Тайны. Драма. Это же чистая формула для телевидения.

Шеннон фыркнула, но Хёрли не обратил внимания.

— Представьте. Сидят какие-нибудь продюсеры, и один говорит: "Слушайте, а давайте снимем сериал про группу людей, которые выжили в авиакатастрофе на необитаемом острове!" А второй такой: "Гениально! Давай!" И вот они снимают.

— И что, показывают нас? — спросил Чарли с лёгким интересом.

— Конечно. Только нас, наверное, будут играть актёры. Красивые такие. Вроде нас, но чуть лучше.

— Чуть лучше? — переспросил Чарли с обидой. — Я, между прочим, рок-звезда. Меня должен играть кто-то крутой.

— Тебя будет играть какой-нибудь невысокий британец с проблемами, — сказал Хёрли. — Я таких в кино видел. Они всегда играют наркоманов. 

— Я не наркоман! — возмутился Чарли.

— Был.

— Был. Но я уже чистый. Почти.

Шеннон усмехнулась и пододвинулась ближе к костру.

— Ладно, Хёрли. Допустим, про нас снимают сериал. Как он называется?

Хёрли задумался. Он посмотрел на огонь, потом на небо, потом снова на огонь.

— «Хвост», — сказал он.

— Что? — переспросил Чарли.

— «Хвост». Ну, потому что в первом сезоне показывают выживших из хвостовой части. Это же логично. 

— Мы не из хвоста, — сказал Чарли. — Мы из фюзеляжа.

— А во втором сезоне переключатся на фюзеляж, — продолжил Хёрли, не обращая внимания на возражения. — И тогда сериал получит новый смысл. Все будут думать, что главные герои — это хвостовики, а потом внезапно переключаются на фюзеляж, и зрители такие: "Ого, а они тоже есть!"

— Это глупо, — сказала Шеннон. — Кто будет смотреть сериал, где в первом сезоне одни герои, а во втором — другие?

— Так всегда делают, — сказал Хёрли. — Взять, например, тот сериал про тюрьму. Там в первом сезоне всё круто, а потом они сбегают, и сериал становится про то, как они сбегают. И это всё равно смотрят.

— Это другое, — сказал Чарли. — Там герои те же.

— А здесь герои тоже те же. Просто мы сначала показываем одних, а потом других. А потом, может быть, в третьем сезоне всех вместе.

— А кто будет играть меня? — спросила Шеннон.

Хёрли задумался. Он посмотрел на Шеннон, на её светлые волосы, на её капризное лицо.

— Какая-нибудь блондинка. Красивая. С хорошей фигурой. Которая умеет изображать стерву, но на самом деле она добрая.

— Я не стерва, — сказала Шеннон, но без обиды.

— Ты стерва, — сказал Чарли, и Шеннон толкнула его локтем.

— Ладно, а кто будет играть меня? — спросил Чарли.

— Ты уже знаешь. Какой-то невысокий британец с проблемами.

— Я не низкий!

— Ты чуть выше меня, — сказал Хёрли, и Чарли открыл рот, чтобы возразить, но передумал.

Хёрли задумался о чём-то, его лицо стало мечтательным.

— А знаете, что бы я хотел? Чтобы в сериале была сцена, где я говорю что-то очень умное. Ну, знаете, как в кино. Герой сидит у костра и говорит что-то такое глубокое, что у всех мурашки по коже.

— Ты уже говорил что-то глубокое, — сказал Чарли.

— Правда? Что я говорил?

— Не помню. Но наверняка было что-то.

— А если кто-то из нас умрёт? — спросила Шеннон.

Повисла тишина. Все трое посмотрели на огонь.

— Ну... если в сериале, — сказал Хёрли. — Кто-то же должен умереть. Это же драма.

— Я не хочу умирать, — сказал Чарли.

— Я тоже, — сказала Шеннон.

— Ладно, — сказал Хёрли. — Тогда не будем умирать. Пусть сериал будет про то, как мы выживаем и смеёмся у костра.

— Без драмы не получится, — сказал Чарли.

— А мы будем драться с монстрами! — воодушевился Хёрли. — У нас же есть монстр!

— Он не наш, — сказала Шеннон. — Он просто здесь живёт.

— А мы будем звать его "Дым"! — сказал Хёрли. — И однажды он будет спасать нас от плохих парней.

— Ты сошёл с ума, — сказала Шеннон.

— Да, — согласился Хёрли. — Но это же круто!

Они сидели у костра и смеялись, глядя на огонь, и в этом смехе было что-то странное — как будто они уже знали, что их история станет легендой. Как будто кто-то действительно сидел где-то там, в другой жизни, и придумывал их имена, их судьбы, их диалоги.

## 2.

— И всё-таки, — сказал Хёрли, когда смех затих, — что бы вы хотели, чтобы было в сериале?

— В сериале? — переспросил Чарли.

— Ну да. В сериале. Каждый герой должен быть удостоен отдельной серии, где раскрывается его душа и мотивация.

— Я хочу, Что бы у нас был какой ни будь чувак, который хочет встретить Пенни, — сказал Чарли задумчиво.

— Кто это? — спросила Шеннон.

— Моя бывшая, — сказал Чарли. — Но пусть у него будет своя Пенни.

— А она будет знать, что он здесь? — спросила Шеннон.

— Нет, но если бы знала, она бы всё бросила и приехала за ним на корабле. Я хочу, чтобы в сериале был момент, где она находит его, и они стоят в лучах заката, и он говорит ей что-то такое красивое, что она плачет от счастья.

— А что бы он ей сказал? — спросила Шеннон.

Чарли задумался и внезапно покраснел.

— Он бы сказал... "Я знаю, что я сделал не так. Я знаю, почему ты ушла. И я готов ждать столько, сколько нужно, чтобы ты поняла, что я изменился". Это было бы круто. Его бы тогда все зауважали.

— А вот ты уже заслужил уважение, — сказала Шеннон. — Ты спас меня от приступа астмы, ты поймал мне огромную рыбу, ты не сдаёшься, даже когда все против тебя.

— Это правда, — подтвердил Хёрли. — Это можно включить в сериал.

— Ладно, — сказала Шеннон. — Тогда моя сцена. Я хочу, чтобы в сериале был момент, когда я наконец-то говорю Буну, что он мне не нужен. Что я могу быть сильной сама по себе. Что я не должна быть привязана к нему.

— Но он твой брат, — сказал Хёрли. — Это важно.

— Да, но он же не понимает, что я могу сама позаботиться о себе. Он всегда видит во мне ту маленькую девочку, которую нужно защищать.

— А ты хочешь быть сильной? — спросил Чарли.

— Да, — сказала Шеннон. — Я хочу, чтобы все знали, что я не просто капризная принцесса. Я хочу быть той, кто может спасти кого-то, если понадобится.

— Тогда ты уже сильная, — сказал Хёрли. — Ты прошла через многое. Ты выжила. Ты здесь.

Шеннон улыбнулась и посмотрела на огонь.

— А кто именно будет играть меня? — спросила она снова, но теперь в её голосе звучало лёгкое кокетство.

— Шарлиз Терон  или Элиша Катберт, кто то из них,— ответил Хёрли. — Они на тебя похожи.

— И она будет играть меня так, как будто я — королева драмы?

— Даже лучше.

— Тогда я согласна, — сказала Шеннон.

Все трое рассмеялись.

## 3.

— А ты, Хёрли? — спросил Чарли. — Какая у тебя будет сцена?

Хёрли задумался. Он смотрел на огонь и думал о том, что он хотел бы сказать, если бы кто-то снимал про него сериал.

— Я хочу сцену, в которой я говорю о своих числах, — сказал он наконец. — О том, как я не могу избавиться от них. Как они преследуют меня, даже когда я пытаюсь забыть о них.

— Ты мог бы сказать что-то вроде: "Эти числа — не проклятие. Они — моя судьба. И я должен принять её, чтобы жить дальше", — предложила Шеннон.

Хёрли удивлённо посмотрел на неё.

— Это... это на самом деле круто. Ты бы не хотела быть сценаристом? Мне кажется, у тебя бы получилось.

— Может быть, — сказала Шеннон. — Но сначала я должна разобраться со своей жизнью.

— Мы все должны, — сказал Чарли.

— А когда про нас снимут сериал, — продолжил Хёрли, — я хочу, чтобы в нём было много смешных моментов. Чтобы зрители не только плакали, но и смеялись. Чтобы они помнили нас не только как жертв, но и как людей, которые умели радоваться даже в самых трудных ситуациях.

— Это хорошая мысль, — сказал Чарли. — Тогда мы должны запомнить этот вечер. Чтобы когда-нибудь, если про нас действительно снимут сериал, в нём был момент, где мы сидим у костра и смеёмся.

— А что, если про нас снимут сериал, который будет называться не "Хвост"? — спросила Шеннон. — Что, если название будет другим?

— Например?

— "Остров", — сказала Шеннон.

— Слишком просто, — сказал Хёрли.

— "Выжившие", — предложил Чарли.

— Скучно, — сказал Хёрли.

— А как насчёт "Тайна"? — спросила Шеннон.

— Звучит слишком загадочно, — сказал Хёрли. — Нам нужно что-то простое, но запоминающееся.

— "Остаться в живых", — вдруг сказал Чарли.

Все трое замолчали.

— Это... это неплохо, — сказал Хёрли. — "Остаться в живых". Это и про нас, и про то, что мы делаем каждый день. Это и про выживание, и про надежду.

— Да, — сказала Шеннон. — Это звучит как название сериала, который хочется смотреть.

— Тогда решено, — сказал Хёрли. — Если про нас снимут сериал, он будет называться "Остаться в живых".

— И он будет начинаться с хвостовой части, — сказал Чарли.

— А потом переключится на фюзеляж, — добавила Шеннон.

— И мы будем главными героями, — сказал Хёрли. — Но если сериал всё-таки выйдет, спорим, чувак, который будет играть Локка, получит кучу наград? Он же постоянно ходит с таким видом, будто знает финал, но нам не скажет.

Хёрли улыбнулся и тихо шепнул Чарли:

— А в шестом сезоне мы все вообще окажемся в чистилище. Вот увидишь.

— Хёрли, заткнись, а? — вздохнул Чарли и потянулся за гитарой.

Они сидели у костра и улыбались, глядя на огонь, и этот момент казался бесконечным. Но на Острове всегда наступает утро. И тогда начинается новая глава.

Фанфик по Лосту https://author.today/work/617266