18+

О, великий день, когда наш литературный паблик, обитель высоких материй и томных вздохов над Достоевским, наконец-то коснулся святая святых — постельной сцены! Ура, товарищи! Мы взрослые люди, мы читаем умные книжки, но стоит автору написать «он вошел в нее», как половина зала давится чаем, а вторая половина делает круглые глаза и шепчет: «Это неприлично. Куда катится мир? Куда катится литература? Она же катится! Прямо на эти простыни!»

Давайте сразу договоримся. Либо мы читаем про то, как Иван Иванович страдает из-за экзистенциального кризиса и съел не ту селедку, либо мы признаем, что люди — это биологические существа, у которых иногда, прости господи, всё получается. Но почему-то в наших пабликах принять делать вид, что эротика в книге — это как внезапный рекламный блок о прокладках посреди философского трактата. Ой, фу, как можно!

 Знаете, что больше всего бесит в обсуждениях? Когда начинается: «Ах, у Набокова это возвышенно! Ах, у Маркеса это метафорично!» Ребята, давайте честно. Набоков просто очень красиво описал, как совращают нимфетку, а Маркес устал от политики и решил расслабиться, написав про летающего деда и страстную ночь. Это не «глубокий психологизм», это просто автору захотелось разбавить скучное описание дождя чем-то горячим. И мы это хаваем и говорим: «О, классик! О, гений!» А если современный автор пишет «и они занялись этим на кухонном столе, обливаясь вареньем», то мы кричим: «Пошлость! Бездарность! Фу, это же прямо написано!»

А вы хотели, чтобы было написано криво? Чтобы он «соприкоснулся с ее сокровенными глубинами»? Или «их тела сплелись в экстазическом танце, пока души парили в эмпиреях»? Окей, тогда давайте переименуем раздел «романтика» в раздел «зигзаги удава, или как подобрать эпитет к члену». Потому что если вы не можете вынести слово «грудь», не читайте взрослые книги. Идите в раздел «Детская литература», там, может, и про мишек косолапых, и про зайку, который потерял хвостик. Там безопасно. Там нет эрогенных зон, есть только зона поляны в лесу.

Самое смешное, что 90% критиков, орущих «Ах, зачем это в книге?!», сами потом идут гуглить «рейтинг самых горячих сцен» и тихонько читают это под одеялком с фонариком, пока их котейка смотрит с осуждением. Гипокриты, блин! Давайте уже признаем: эротика в книге — это как соль в супе. Если ее нет — суп пресный, и есть его можно, но грустно. Если ее слишком много — это уже не суп, а рассол, после которого хочется пить и стыдливо закрывать глаза. Но нормальный автор сыплет ровно столько, чтобы читатель покраснел, перевернул страницу и подумал: «Ого, а у них там жарко!»

Читайте, что хотите. И не стесняйтесь. Стыдно — это не читать вообще. А всё остальное — просто буквы. Ну, и немного влажных фантазий автора. И это прекрасно. До скорых обсуждений!