Кат Ши: шотландский котик совсем не котик

Если вы читали «Меч и Мор», то в цирке не смеетесь с Кат Ши уже знакомы. 

А если нет — знакомьтесь: сегодня у нас огромный сверхъестественный кот из шотландского фольклора.

Само название cat-sìth обычно переводят как «кот-фэйри» или «волшебный кот», но уже здесь начинаются неточности. Слово sìth вовсе не гарантирует, что перед нами  представитель народа Ши с пропиской в волшебном холме.

Шотландский фольклорист Джон Грегорсон Кэмпбелл, собиравший устные предания Хайленда и островов во второй половине XIX века, прямо писал, что cait shìth называли животных в облике кошек, которые на самом деле кошками не являлись: это могли быть ведьмы, злые духи, демоны, ну, или всё-таки фэйри.

В привычном сегодня описании Кат Ши выглядит как чёрный кот размером с собаку, обычно с белым пятном на груди. При встрече он выгибает спину и вздыбливает шерсть, а некоторые поздние пересказы добавляют особенно прекрасную деталь: пока человек смотрит, Кат Ши ходит как нормальная кошка, но, оставшись без свидетелей, поднимается на задние лапы.

В одном из шотландских пересказов мужчина забредает ночью к полому дереву и видит внутри настоящее кошачье погребение: коты с факелами несут гроб, на котором изображены корона и скипетр. Внутри гроба, конечно, тоже кот. Вернувшись домой, он рассказывает об этом возле очага, домашний чёрный кот внимательно слушает, а потом внезапно объявляет, что раз старый король умер, теперь король котов — он, и исчезает в дымоходе.

Более поздняя традиция связала Кат Ши со смертью аналогично своим товарищам по цеху, Баньши и Ку Ши.

Считалось, что Кат Ши может забрать душу умершего, если успеет пройти или перепрыгнуть через тело до погребения. Поэтому с Кат Ши связывают особую похоронную стражу — Fèill Fhadalach, «позднюю поминку»: возле покойника бодрствовали, играли, рассказывали загадки и особенно старались отвлекать кошек.

Так же считалось, что Кат Ши может быть ведьмой, превращающейся в кошку девять раз, причём после девятого превращения она уже не способна вернуть человеческий облик. Ну, тут ничего нового, связь кошек с ведьмами старая и вообще мейнстрим. 

И, наконец, в современных пересказах Кат Ши появляется на Самайн. Ему якобы оставляли блюдце молока: довольный кот благословлял дом, недовольный — мог сделать так, чтобы коровы перестали давать молоко.

Вообще отношения с Кат Ши у шотландцев были сложные. Это не совсем «злой монстр», которого положено немедленно зарубить мечом. Кат Ши принадлежит к тому пласту гэльского фольклора, где сверхъестественное лучше уважать, задабривать и по возможности не проверять, что случится, если его разозлить.

А теперь представьте, что кто-то посмотрел на весь этот фольклор и решил: а что если намеренно позвать самого главного кота?

Что ж. Одарённые находились.

Taghairm — гэльское слово со значениями вроде «вызова», «обращения». Источники описывают несколько способов тагейрма: например, человека могли завернуть в свежую шкуру животного и оставить на ночь в диком месте, ожидая пророческого ответа. Но нас, конечно же, интересует самый жоский вариант.

Taghairm nan cat — «призывание котов».

Одно из ранних описаний появляется у Мартина Мартина в A Description of the Western Islands of Scotland начала XVIII века. 

Согласно записанной им традиции, живого кота насаживали на вертел и жарили, пока на его крики не являлся огромный кот в сопровождении множества других. В более поздних версиях легенда становится ещё мрачнее и театральнее: тагейрм якобы продолжали четыре дня и четыре ночи, последовательно сжигая котов и не принимая пищи. На крики собирались сверхъестественные чёрные кошки, а затем появлялся их чудовищный предводитель — в англоязычных пересказах его обычно называют Big Ears, Большие Уши. У него можно было потребовать пророчество, исполнение желания или другую сверхъестественную услугу.  

Известный писатель Густав Майринк описывает ритуал в своем романе «Ангел западного окна». В нём рассказчик привёз к месту ритуала телегу с пятьюдесятью чёрными кошками, проводил тагейрм две ночи и один день, и, конечно, довыпендривался.

Считается, что последний подобный ритуал была произведен в начале XVII века, о чем рассказывается в английской газете London Literary Gazette за 1824 год.