Взрывная этимология!

Помните строчки из «Евгения Онегина»:

Бразды пушистые взрывая,

Летит кибитка удалая...

Школьникам, еще не искушенным в перипетиях и подоплеках родного языка, здесь неизменно мерещатся некие грохочущие взрывы...  

Но мы-то с вами понимаем, что слово «взрывая» в данном случае означает «взрыхляя», «вспахивая». Иначе говоря, «взрывать» происходит от слова «рыть».

Так вот, к чему я всё это? 

Довелось мне недавно услышать от одного человека такое мнение: мол, современный глагол «взрывать» восходит именно к этому первоначальному значению, связанному со словом «рыть», потому что снаряд/бомба якобы «вспахивает» землю. Со временем это «батальное» значение перевесило и сделалось основным, а предыдущее отошло далеко на задний план... 

Сдается мне, подобное утверждение в корне неверно. И доказать это очень просто. 

Если бы современный глагол «взрывать» восходил к значению «рыть», то форма совершенного вида (что сделать?) была бы — «взрыть». А между тем мы говорим не «взрыть», а «взорвать».

Очевидно ведь, что «взорвать» происходит от «рвать». А стало быть, и форма несовершенного вида — «взрывать» — тоже связана со значением «рвать», а не «рыть».

Таким образом, что мы имеем? 

А имеем мы самую обычную омонимию. Иначе говоря, «взрывать» (лопатой) и «взрывать» (снарядом) — это просто разные по происхождению глаголы. Как, скажем, «топить» (печь) и «топить» (в воде).

Впрочем, если копнуть глубже, то обнаружится дивная вещь. Оказывается, слова «рыть» и «рвать» все-таки имеют общее происхождение, ибо если проследить их историю вглубь веков (тысячелетий этак на пять-шесть) — мы в конце концов придем к единому праиндоевропейскому корню. 

Вот такие чудеса.