Корнями в землю. Взглядом к звездам.

Меня часто спрашивают, что такое, этот мой мир.

И я поняла, что проще рассказать не через то, что в нем есть. А через то, чего в нем нет. Потому что именно это «нет» не пустота. Это выбор.

Начнем с севера.

Зардию я списывала со Скандинавии. И это удивительный мир. Я взяла его целиком. До последней мелочи.

В Зардии есть каменные замки. Старые. Приземистые. Вросшие в скалы так, будто они там и родились. Есть деревянные дома. С резными наличниками. С узорами, которые плетутся по стенам, как нити старой саги. Здесь режут по дереву не для красоты. Узоры здесь рисуются как защита. От злых духов. От злых людей. От смерти.

Здесь на каждом свободном куске дерева, на притолоке двери, на рукояти ножа, на детской колыбели можно найти руну. Руны тут повсюду. На камнях у дорог. На оберегах. На оружии. Выжженные в коже. Они не украшение.

Это письмо, которым север разговаривает с теми, кто умеет слушать.

Здесь есть игральные карты. В трактирах, где пахнет пивом, дымом и мокрой шерстью, люди кидают их на столы и спорят до хрипоты. Здесь есть песни, которые поют у очага. Музыка, что не сыграть по-другому. Здесь есть кузни, где куют топоры и двуручные мечи. Есть рынки, где меняют пушнину на серебро. Есть лодки, что ходят по замерзающим озерам. И олени, которые везут человека через снежную равнину.

И все это стоит не на зеленой траве. Не под теплым солнцем.

Все это стоит в вечном снегу. Мороз щиплет щеки. Ветер то налетает, то стихает. Снег идет тогда, когда тепло. По-зимнему тепло. А над елями до самого горизонта висит северное сияние.

Зеленое. Синее. Живое.

А теперь о том, чего в Зардии нет.

В королевстве севера нет юга. Юг я оставила другому королевству. Нет пышного камня, отполированного до блеска. Нет дворцов из светлого песчаника. Нет фонтанов, бьющих среди садов, где цветут розы. Нет бархатных дорожек и серебряных арок. Всего того, о чем нужно заявлять громко, только для того, чтобы в это поверить.

В Зардии нет рыцарей в сверкающих латах, с гербами и перьями на шлемах. Нет турниров, где честь важнее жизни. Где дерутся напоказ, под фанфары и взгляды принцесс. 

Здесь воины другие.

Они носят мех и кожу. Держат топор или двуручный меч. Прикрываются круглым щитом. Их не украшают. Их закаляет мороз.

И воины не позируют. Они бьются, чтобы жить, чтобы прокормить своих. Чтобы защитить то, что им дорого.

В Зардии нет показной роскоши. Нет драгоценных камней на тронах, нет благовоний и цветов, которыми топят воздух. Вместо этого тепло очага, к которому приходят греть руки. Свет свечи. Кружка пива, пущенная по кругу. Смех, который не смущается мороза.

Зардия живая.

И она не про то, чего ей не хватает.

Она про то, что у нее все есть.