Заставы

- Товарищ старший прапорщик, - сказал Плакущий на построении за месяц до командировки, - надо взять наши отложенные кровные и купить чего-то от комаров.

Мейджик кивнул, согласился и заставе даже хватило репеллентов. Пусть ненадолго.

Сельцо рядом имелось так себе, но имелось. И дорога, и мост, и пост дагестанских пэпсов с гайцами. Машины тут катались туда и обратно, туда пропускали спокойно, оттуда ждали стволов с постов пацанов. Оттуда – с Чечни, и оттуда могли везти чего да кого угодно. 

С одной стороны – красный дом, подальше – белый, там торговали в лавке, и командиры даже разрешили ходить-покупать чего повкуснее пожрать, газировки и с фильтром. Крепкое продавали типа отцам-командирам, только все понимали-принимали правила игры, главное тут не спалиться, залетев. Застава процентов на восемьдесят скомплектовалась из своих даже для офицеров, пацанов-бойцов особо учить не приходилось, а духи получали своё на своей же шкуре, пускай учатся, сами ответите если чего. 

Сводная рота 1 БОН не желала быть хуже других из-за почти не имеющейся бронетехники, длиной с толщиной пацаны с другими не мерились, служили как служилось, и кто ждал осени да домой, кто готовился оттарабанить этот выезд, потом, наверное, ещё парочку и как пойдёт. Жаль, не на Первомайку, но с типа магазином служилось ловчее. 

Селецкий с Расулом, Гусём и Хромым укатили туда. Саня как-то задремал на позиции и весёлый батальонные АГС-ники, Курок с Зотычем да Конём унесли трубу, заставив Сашу знатно понервничать, даже побегать и поругаться. Но обошлось. 

Первой ротой рулили Плакучий с Бережным, ещё имелся Стёпа, Стёпкин с Тольятти моего призыва. АГС жил с ними же, прибавив Шилова и Деню, никуда не делись Казах с Шомполом да остальные. В третьей появились совсем новые незнакомые сержанты, и там же остались Сокол, Седой, Клим, Немец, неожиданно переведённый Большой с ВРДиКС, не тот, что с Урала, а другой. 

Старший лейтенант Мисюра командовал, старший лейтенант Опарович помогал, Авраменко с Мейджиком рулили остальным, капитан Васильченко стал майором и начальником штаба, а кроме Беспалова появился неизвестный мне раньше тракторист Чувпило. Трактористом пацаны звали его из-за танковой формы, а вообще усатый майор служил зампотехом. И ещё, вместо горячей Марины, с батальоном сразу уехала Людмила, постоянная санинструктор БОН. 

Все свои, все вместе, почти как странноватая семья из старших с кучей наглого молодняка. И без меня. Ми-ми-ми, надую губы. 

Мы с Илюхой и даже Атаман просились на заставы. Заставы манили отсутствием больших звёзд, дури, дрочки, проверок и типов с дивизии. Но отправили других, своих, давно служивших, проверенных, надо думать. Да и инициатива в армии обычно сношает инициаторов. Потому заставы нам не светили, ни Гребенской, ни две остальных. Пока.

Пока без нас скрипела железобетоном Первомайка, осыпавшаяся землёй траншей, заросшая срезаемым и снова растущим плющом по дёрну, серая от пыли, рыжая от закатного солнца, горбатая треугольником несущей конструкции, почти лишившейся шифера с железом кровли. Со скворечником одиночного наблюдательного поста-кукушки на макушке, с рогозом, неверно обозванном камышом, с его сухими коленцами, листьями и пушистыми вениками, густо уложенными уже не только нами заборчиками на проёмы стен, стенами на бытовки из самана и остальное, остальное, сляпанное из говна с палками нами, лабинцами, новочеркассцами и остальными пацанами округа, подарившего возможность служить родине как-то по-настоящему. 

И пока без нас краснела и серела старым кирпичом огромная халабуда Аксая, густо пах илом арык-канал, бегущий вокруг очередной бывшей коровьей фермы или даже свинарника, заброшенного сразу по уходу социализма с советски-светскими законами и возвращением родного и почти средневекового. Там, между высокими выступами кольца, сейчас засыпали землей аккуратно уложенные брёвна КНП, дополнительных позиций АГСов и приданных БМП. Там уже познакомились и успели не полюбить сухие окопы, набивавшие карманы с обувью землёй пацаны второго батальона. 

Ещё там постоянно ловили бензовозы, лихо-нагло прущие со свободной Ичкерии, по какой-то причине не желавшей свободно торговать сокровищами недр с той же Турцией, предпочитая вскрывать и присасываться как пиявки к российской трубе, перегоняя нефть в так себе палёный бензак, что и ловила ГНР майора Кокорина, навострившаяся в этом деле ровно американские шерифы, гонявшие Джесси Джеймса, Санденса Кида и прочих неуловимых Джо-Кровавое яйцо с индейских территорий. 

В общем апрель девяносто девятого казался, да и был, спокойным, местами сонным, располагающим к ленивым мыслям, ленивым поступками, лени на постах и лени в распалагах, отбывая своё и помня – солдат спит, а служба идёт, война войной, обед по распорядку, чем бы солдат не занимался, лишь бы только…

Ну, все знают.