АТличные люди: Сергей Василаки

Серию интервью "АТличные люди" продолжает Сергей Василаки

Мы познакомились с Сергеем недавно на фестивале юмора Ака Зощенко. Всегда приятно встретить на просторах Автор тудей земляка, к тому же талантливого :) Поэт, музыкант, аранжировщик – это все о нем.  

1.Расскажите о себе. Откуда родом, кто по образованию, профессии, есть ли семья?

Родом отсюда. Живу тут.

Однажды про это написал стишок прямо во сне:

- Что ты ешь, что ты пьешь?

- То же, что все.

- Какие песни поешь?

- Те же, что все.

- Где на земле живешь,

В какой полосе?

- Там, где солнце и дождь.

Там же,

Где все. 

Закончил филфак Кишиневского педуниверситета имени Иона Крянгэ. В те годы, 1996-2002, это была еще некая цитадель старой русской лингвистики в Молдове, чего и в помине не было давно в пафосном Госуниверситете.

Пример: незабываемый разговор с выпускницей журфака МолдГУ. “Шекспир? А это кто? Мы учили только румынскую литературу!”

А у нас были такие мощные ученые, как Рита Як. Клейман, достоевед; Валерий Павлович Чебан - лингвист, фразеолог. Продекан - Марья Антоновна Суровцева, женщина-легенда, партизанка-радистка, великий преподаватель и огромная душа. 

В общем, школу я прошел хорошую. Жизнь кипела - капустники, КВН, бардовские концерты, стенгазеты, культурные вечера по линии Альянс Франсез, где я пел на французском. 

А так -  раздолбай по жизни, бард и музыкант.

Работал в педагогике я недолго, ушел на вольные хлеба, а потом на многие годы попал в культуру, в районный ДК, где 11 лет был вице-директором. При нашей команде тогда ДК вышел на международный уровень, фестивали, гастроли, видео, телевидение. Много чего делали.
Семья: женат, сын Мишка 6 лет, мой верный друг и помощник. 

2.Какие прочитанные книги более всего повлияли на вас как на читателя, а какие – как на автора?

Учитывая, что я читаю с 4 лет, и уже в ранние школьные годы счет прочитанному пошел на тысячи, многое повлияло. Вся классика приключений - Жюль Верн, Буссенар, богатейшая советская детская литература. Маршак, которого я по-настоящему узнал уже позже.
Но главное, это, конечно, Лем, это вся та фантастика, которая была в детской библиотеке - Мартынов и его “Гианэя”, например. Стругацкие, которые были позже. И вся “Библиотека приключений”, потому что из детской библиотеки я не вылезал неделями, а ночью дочитывал это уже дома.

А уж став студентом, я попал в заботливые руки друзей, и там уже обязательный и бесконечно любимый Борхес с его играми ума, и Маркес, и Пелевин, и много-много чего еще мощного. Да что говорить - Бродский. Ваганты и миннезингеры. Верлен. 

Отдельная тема - Высоцкий. Тут вообще говорить не о чем, это второе Наше Всё.

Кстати, отдельная тема и Юра Хой, с группой “Сектор Газа” и без оной. Сильно пока еще недооцененный поэт-самородок  колоссальной, огромной души. Все его знают по надетым маскам, а внутри там такой добряк и человеколюбец.

Музыка - вообще огромный разговор. Уже в зрелые годы я много занимался самообразованием, пытаясь стать композитором. Довелось брать уроки у народных артистов и заслуженных педагогов. И там я остался дилетантом, но по крайней мере партитуры Бетховена читаю, а от Баха просто рыдаю, потому что слышу его полифонию довольно четко.
Мои собственные музыкальные работы в классическом стиле не столь многочисленны, и откровенно ученические, но тем не менее писать для симфонического оркестра я пытался.

Филфак тоже заставил многое узнать о мировой литературе.

Но филфак - это еще и милая моему сердцу лингвистика, где в отличие от литературоведения, нет болтологии, а есть четкая наука.

Сам я написал несколько научных работ по типологии некоторых видов наречий. Причем делалось это еще в докомпьютерные времена, посредством бумажной картотеки слов, конвертиков и так далее. (В одной из работ предложил для классификации наречий по трем параметрам использовать двухмерный аналог трехкоординатного пространства - гексагональные диаграммы из металлургии, которыми отображают состав трехкомпонентных сплавов.Было очень интересно применять знания из разных областей одни к другим. Наверное, в этом и есть моя “магия” - будучи неспециалистом, почти дилетантом во многих областях, я владею массой информации в голове, и способен ее синтезировать в самых разных комбинациях).

Потому когда я затеваю в своих рассказах типа мини-сериала про муркончиков (“Как найти дракона”, “Как спасти дракона” - https://author.today/work/series/58343 ) лингвистические игры, я довольно хорошо представляю, как устроены слова, где у них потайные крепежные элементы.

К тому же мы в Молдавии все знаем по несколько языков, даже на бытовом уровне. И это тоже помогает видеть язык в целом - иначе.

А отделять в себе читателя и писателя я просто не могу, по одной простой причине - даже сегодня, в свои 48, я уже почти перестал быть читателем, и все еще не стал писателем. А то, что я писал в двадцать… Легче признать, что я всю жизнь был исключительно читателем. Хотя смотрел на себя иначе, и готовил себя к другому.

3.Зачастую первыми читателями и критиками писателя-новобранца становятся его родные и близкие. Как ваши отнеслись к писательству? С интересом ли читали ваши сочинения, поддерживали? Или все обстояло иначе? Как думаете, почему родные и близкие отреагировали именно так?

Ну, меня растили дедушка и бабушка, я был этакий ближайший внук, еще и в вундеркиндах проходил все детство. Потому каждая моя буковка принималась с восторгом. 

Честно говоря, это очень круто с точки зрения уверенности в своих силах, правда, потом пришлось долго учиться и переучиваться работать над своими полуфабрикатами, да и то - с переменным успехом. 

Первые стихи, первые песенки. Лет с 12 я уже играл по ВИА, гитаристом, писал песни (и поныне одно из главных моих занятий).

Там все было иначе, песни как раз выходили настоящими, пусть в стиле легкой эстрады типа Добрынина, Антонова.

4.Помните ли вы первый читательский отзыв на ваше сочинение? Каким он был?

Лет в двенадцать районная многотиражка “Знамя труда” уже публиковала одну из моих повестей. Учитывая, что лучших не находилось, и это им пошло, но редактор даже в своих оценках сильно кривилась. И сегодня я ее понимаю))). 

А в целом я почти не видел написанного мной в бумаге. Крайне редко - стихи.

5.Боитесь ли вы критики своего творчества? И нужна ли она вообще?

Я прошел у своего наставника такую жесткую школу, которую вообще мало кто выдержал бы. Лет этак пять-шесть все, что я писал, жестко разносилось по кочкам как негодное. Это было мучительно и обидно, тем более что совершенно чепуховые почеркушки вдруг получали такие похвалы, что оставалось только обомлеть. Системы я в этом не понимал. Но мне и в голову не приходилось усомниться в подобной критике - слишком я уважаю своего наставника.

А когда нам довелось разъехаться в разные страны, мне этого внешнего критика стало бешено не хватать. Выкинули тебя в чистое поле, и все, что ни напишешь, просто неизвестно, хорошее или нет.
И пришлось такого “внутреннего критика” моделировать внутри себя. После бурного личного восторга от написанного - включать “посторонние глаза”, смотреть на это с точки зрения человека, видавшего всю мировую литературу, наевшегося разными благими строками до омерзения…  И резать, черкать, кромсать, пока то, что оставалось, не начинало звенеть.
Поверьте, после такого внутреннего критика внешние меня мало чем удивят. Потому что те, кто окажутся на уровне, увидят и эту прокованность. А не особо далекие… Ну или какой-то “сбоку бантик” им понравится - или не понравится… Что это изменит? Я сам вижу, где хорошо, где плохо - и плохого на люди стараюсь не выносить.

В любом случае, мне дорого даже в ситуации критики совсем другое - мне важно, что вот еще плюс один человек что-то мое прочитал. Критик он там или не критик. 

6.Если вам сто раз напишут под книгой: “Не пиши!!!», вы продолжите писать?

Честно? Я начну тихо-тихо отползать в сторону, где меня не найдут, и там продолжу. Возможно, начну нечто новое - и через три строчки в этом все равно взойдет придушенный только что проект.

7.Есть ли у вас авторская миссия? Как думаете, вам дано привнести в литературу нечто новое, сказать «свое слово»?

Здесь надо сказать вот что, как я это чувствую. И меня мало беспокоит собственный имидж, пафос и прочие “позы”, в которых я, как автор, якобы должен стоять.
Я - не автор. Я - пишущая принадлежность. Я - маленькое скрипучее радио, которое в силу своей конструкции способно услышать хоть  что-то в окружающем нас всех эфире, где носятся дивные мелодии, идеи и образы. И остается их принять и воспроизвести для других людей.
И этот подход мало чем помогает, если честно. Ответственности за написанное он не снимает от слова никак. А вот требования к своим хрипучим динамикам, к своей лени, к своей самовлюбленности, которая внутренним шумом заглушает любой входной сигнал - требования большие. 

Очень уж много чего надо, чтобы ясно слышать то, что просто даром летает вокруг. От простейших техник медитации, чтоб притушить этот внутренний шум - до постоянной воспитательной работы над собой.

Увы, мы приходим в этот мир в состоянии более или менее качественного, но сырья. И все наши задатки - это нам рюкзачок в дорогу. А вот как мы их разовьем, и на каких принципах, это уже наша задача и наша работа. 

И еще. Я искренне считаю, что нельзя стать хорошим писателем, не будучи в первую очередь человеком. Ты можешь не владеть какими-то стилями, техниками, не знать тех или иных форм - но если внутри тебя, условно, человек большой души - и тексты твои будут из золота. И наоборот, что тебе толку в массе писательских умений, если ты просто сгнил изнутри? На чем будет замешана твоя книга, на каких дрожжах, если в тебе ни совести, ни заповедей и так далее? Что ты понесешь людям?
Так что насчет “сказать новое” - да, конечно. И нет. Не всегда особая уникальная новизна - главное. Хотя, не скрою, муторно на душе писать второй раз то, что уже написано кем-то, и не сказать там ни слова чего -то своего, нового и уникального.

С другой стороны, сколько ни пиши, как Есенин, один фиг ты вторым Есениным не станешь. Или тем более Высоцким.

Всякому овощу свое время. Были те, кто писал, скажем, “В землянке”.  Были те, кто писал “В траве сидел кузнечик”. Был мой любимейший Джо Дассен, который в психованные времена ядерного противостояния и людей, которые в любую секунду ждали гриба на горизонте, - просто пел этим людям добрые уютные песни о том, как быть человеком. И вырастил своими песнями несколько поколений психически здоровых, солнечных людей.

Новое ли это - напоминать людям, что они люди? Не знаю. Есть ли какая-то новизна в ложке витаминного отвара из шиповника? Возможно и нет. Но для заболевшего цингой эта ложка меняет все.
Вот если бы удалось стать кем-то подобным: уютным автором, возвращателем из безумий, напоминателем про самое главное в жизни - доброту, уют, солнечность, честность… я бы счел свою миссию выполненной. 

8.Как вы представляете идеального читателя? Кому направлен ваш авторский посыл? 

Ой, порой затеваешь разные интеллектуальные игры в текстах. И хотелось бы, чтоб кто-то их с тем же удовольствием разгадывал, с каким ты их писал.

Конечно, хотелось бы читателя с кругозором равным твоему, читавшего те же буквари и те же фолианты. Потому что так было бы легче, и тебя понимали бы с полунамека. 

Но какие основания у меня ждать такого читателя? Их не так много, и они найдут и кроме меня что читать, и чьи игры разгадывать.

А кто достучится до тех, кто только приехал с поля, и знать не знает, кто такая Пенелопа или Пантагрюэль?
В общем, читатель - это тот, кто знает буквы, умеет их читать, и, главное, читает. А все остальное - это наши хотелки для облегчения жизни. А вот фиг нам, а не такого читателя. Достучись и стань понятным тем, кто есть.

Высоцкий же смог. А уж у него кругозор был… 

9. Какие, по вашему мнению, качества необходимы писателю? Почему именно они, и все ли из них вам присущи? 

Много чего, и почти все - взаимоисключающие. 

Вот один из примеров: умей читать, и умей отринуть прочитанное, чтобы сказать свое.
Выше я уже говорил, на каких принципах учили и воспитывали меня:
- Ты сырье, ты заготовка. Работай над собой. Самодовольство - тупик.

- Умей не щадить написанное. Умей резать, переписывать, пока мысль не кристаллизуется. Сам факт твоего смутного ощущения, что в этом темном корявом тексте “что-то есть”, еще не оправдывает того факта, что он остается корявым. Сделай так, чтоб муть сошла, а то, что там есть, засверкало четко и понятно.

- Моральные принципы -  это вообще отдельная песня. Ты никогда не победишь своих бесов и никогда не снимешь их с доски, они там останутся, как всегда остается на доске шахматный король. Но заматовать его, сделать так, чтоб он не мог ступить и шагу - в твоих силах. Держи своих бесов на цепи, а своего внутреннего свинтуса в клетке. 

Насколько все это есть во мне? И в каком объеме, на каком уровне?

Я скажу так. У нас у всех были в первом классе прописи, где были нарисованы красивые, одинаковые для всех буквы. 

В итоге получился у каждого свой почерк, более или менее корявый или красивый, понятный или нет. 

Все принципы и качества, которые я назвал - это прописи. А что выходит на практике - уже отдельная история. В чем-то и я продвинулся, в чем-то я там же, где и стартовал. Но я работаю над собой. 

И тем не менее, только благодаря общим прописям мы вообще понимаем друг друга, мы вообще способны прочитать написанное другим. 

10.Какие литературные жанры и темы вы обходите стороной, а какие эксплуатируете по полной? Почему?

Жанры в сегодняшней литературе - настоящий анекдот, причем с нескольких точек зрения. 

Начнем с того, что настоящая, большая литература, к которой я, положа руку на сердце, стремлюсь - всегда чихать хотела на жанры. Вернее, после появления на свет крупных произведений -  как раз и придумывались новые жанры.

Жанры, такое ощущение, придумывают читатели для удобства классификации. Но - книги на полке можно и то расставить или так, или этак. По алфавиту. По языку. По цвету. По размеру. Как вам угодно. Первична книга, мысль, замысел и его реализация. А на какую полочку её потом поставят, в какую категорию отнесут  - саму книгу это не изменит. Разве что ее дальнейшую судьбу.

И такое еще соображение.

Представьте вопрос: “Женщины в какого вида трусах вам нравятся?”

Ведь белье же есть разное, от рейтуз с начесом  - до бикини и “никакини”, если так можно сказать!

Но что мне ее трусы говорят о ней? И разве это в женщине главное? Мой ответ - мне нравятся умные и добрые женщины. А вопрос фасона белья мы будем обсуждать потом. Если понадобится. 

В общем, я за умные и классно написанные книги, а всякие фигурные труселя на них - вопрос второй, если не пятнадцатый. И не ко мне.

В принципе, даже тут на АТ критерий очень простой - если ты, выкладывая книжицу, не можешь отыскать точно совпадающего жанра для ее характеристики - ну, значит, еще не все потеряно. А та работа, которая в один из здешних жанров укладывается идеально точно - ну… меня берут сомнения. 

Основная масса того, что я пишу - наверное, ближе всего к социальной фантастике. Часто - к научной фантастике в стиле Лема, Азимова, Ивана Ефремова. Мой первый полноценный и завершенный роман - “Час Дурака” (https://author.today/work/583919) - как раз и затевался как ответ Ефремову с его Тормансом. 

Так случилось, что ради продвижения этого романа я и пришел на АТ, а тут попал в такую творческую атмосферу, что растет ощущение, -  свой роман я постепенно перерастаю. И тем не менее он мне, пожалуй, по-прежнему мил и дорог.

Расскажу пару слов о нем, потому что мое детище, и заслуживает внимания. 

Земля-2, параллельная нашей, но отстающая на триста лет. Земля, изначально безлюдная, сохранившаяся в девственной неприкосновенности, и заселенная лишь кучкой попаданцев, которые за истекшее время освоили лишь Европу, да и то не всю. И вот в первой книге рассказывается история классического попаданца туда, который под именем Мерлин попытался в условиях темного средневековья посильно улучшить им жизнь (об этом первый рассказ из цикла, “Аста Маньяна, Мерлин” - https://author.today/work/556358 )

А собственно роман - о том как через триста лет после Мерлина на эту планету наконец прибывает экспедиция с Земли -1: с оригинальной, нашей Земли XXIV века. И местные здорово продвинулись на наследии Мерлина, дошли уже до паровозов и даже до первых грязненьких реакторов. Но - хвала Мерлину - помешаны на экологии и сохранении планеты. В целом все мило, добрые люди, берегут живое, людей не мучают (ну кроме сидельцев по тюрьмам, так кто им виноват). Не воюют. 

И вроде, казалось бы, все хорошо, да система после полученного пинка растеряла импульс, скрипит, и почти сгнила. И вот этим чистеньким выходцам из белого корабля приходится ручки белые измазать в интригах, политике и просто грязи, да запрягаться. Потому что не до шуток, потому что на эту милую патриархальную планетку надвигается Большая Задница. И местных надо спасать. Порой силой. 

А уж тут на АТ, я чего только не писал - постоянные пародии, смешные стихи в блогах, забавные рассказики - то про смешных зомби (цикл “Граф Оман”, https://author.today/work/series/54819 ), то про галактических шоферов на Зил-1333ГЯ  и их друзей - инопланетян с рожками на головах (“Хрястики”, https://author.today/work/series/55480 ). Последнее время и дракончики затянули, вкупе с детскими сказками. 

В общем, нравится мне или нет, а следующего романа я пока не написал. Начато много, но… Когда закончим, тогда и хвастаться будем. 

11. Вы склонны к соперничеству? Участвуете в конкурсах?

В стихах я бы посоперничал, но надежд выиграть какой-нибудь конкурс у меня ноль. И это не претензии к организации и оценкам (хотя, будем честными, идеально организованных и максимально справедливых конкурсов, наверное, еще никто не видел). Но в каждом конкурсе обязательно видишь кого-то, кто на две головы выше тебя. Блин, и это так радостно! Это круто, когда кто-то те же буквы складывает в нечто драгоценное!

Второй очень важный стимул для участия в конкурсах - пиар для моих работ и число их читателей. Когда я написал нечто хорошее, я в ответе за его дальнейшую судьбу. И если для того, чтобы помочь проложить своему произведению тропинку к его читателю, придется хоть в конкурс, хоть сплясать в бубенцах, ну что ж.

А соревноваться в высоком смысле “сравнить уровень” - мне больше по душе китайский принцип “мы все тут разные, и пусть расцветает тысяча цветов!”. 

12. Если в самосудном конкурсе придется оценивать книгу автора, с которым у вас сложные отношения – скажем, он у вас в чс – как себя поведете?

У меня список ЧС пуст. Нет, вру, с большим трудом туда попала одна персона, настойчиво трудившаяся для этого. И я, избегая этой меры до последнего, в конце концов, просто осознал - я вправе обустраивать вокруг себя воздух требуемой чистоты. И некоторые удушливые вещи я обонять не нанимался, и никаким душнилам я ничего не обязан. Я очень загоняюсь на эти темы, переживаю, и порой ловлю себя на мысли, что, наверное, слишком волнуюсь - у многих ЧС размером уже с экипаж Титаника, и их это вообще не беспокоит.
Кстати, несколько человек почему-то внесли меня в свои ЧС, и не могу сказать, что это меня не задевает. Постоянно преследует ощущение, что мы с ними просто друг друга недопоняли, не захотели узнать. Ибо я никогда не швыряю вокруг себя негатив. И вообще я изначально верю, что все вокруг люди хорошие, пусть они порой и могут ошибаться.

Я максимально отделяю личное от результата трудов. Я и в жизни, и тут на АТ видел много примеров, когда тяжелые или неприятные в быту люди пишут нечто “уау!!”.

Другое дело, что никчемный и вздорный человек скорее всего пишет никчемное и вздорное. Обычно я негативные оценки оставляю при себе, но коли их от меня жестко потребуют - найду способ конструктивно высказаться и оценить, что именно я считаю неправильным или нехудожественным. Да и то, максимально аккуратно и бережно. Мы же не знаем, как отзовется наше слово, а больше всего я бы не хотел дать кому-то по рукам. У каждого свой путь, все развиваются. 

В конце концов, кто мне сказал, что мое мнение - единственно правильное? Да, у меня есть внутри свой внутренний компас и весы, но эти приборы настроены для моего пути и моих задач. 

13.Если ли у вас писательские ритуалы?

Я сильно суеверен в смысле неоконченных работ. Как правило, начни показывать незавершенное - и оно таковым и останется. Потому я до сих пор ни разу не выложил “впроцессник”. Это как занимать восторг и лайки в долг.

Зато у меня есть мощный стимул писать - откушать те самые лайки и похвалы поскорее. 

14.Как думаете, что ощутит (ощущает) ваш ребенок, читая вашу книгу?

Ооо!

Мой сын пару дней как достиг шести лет.

История “мой сын и мое творчество” - это отдельная эпопея. Музыку он мою слушает лет с двух, и она для него уже неизбежная данность, тем более что все прочие сегодняшние шлягеры ему слушать никто не запрещает (разве что в цензурных версиях).

А вот книжек для самых маленьких у меня почти и не было до сих пор.

Слава Богу, недавно начал писаться “Мышонок Мииш” со своим сериалом.

В целом, остается впечатление, что это молодое, скоростное поколение вертело нас всех, старых поклонников пыльных книжек, со всеми нашими сказками. Им подавай “Роблокс”, да ютуберов, чешущих, как пулемет, о животрепещущем для них.

Но тем не менее совсем недавно я все-таки отловил своего Мишку и таки прочитал ему первых два “Мииша”.  К моему колоссальному удивлению, сын был просто заворожен. И это здорово меня окрылило. 

И есть надежда, что то, что останется ему непонятным сегодня, станет понятным в другом возрасте.

Приятно, что и говорить, понимание сына. Дай Бог сохранить это понимание и впредь.

Вот, буквально сегодня, спрыгивает мое чадо с качелей на детской площадке в парке, подскакивает и выдает мысль, которая у него думалась-думалась и оформилась:

- Папа! Если ты так и дальше будешь писать и писать сказки, ты станешь на всей планете первым в топе по сказкам!

Что тут делать? Запрягаться и пахать: оправдывать доверие! 

15.Вы любите людей?

Скажу так. Я их очень люблю.

Но ничто так не мешает любить людей, как сами люди. Порой они делают максимум того, что могут, чтоб их не любили. И тем не менее, я считаю, что каждый отвечает за свои поступки. И как бы не был неправ тот, кто мешает тебе жить, твои ответные действия - это уже твоя ответственность.

Впрочем, если проявить определенную последовательность и настойчивость, люди вокруг меня становятся заметно лучше. По крайней мере, поворачиваются ко мне лучшей стороной, за что им большое спасибо.

Большое спасибо, Сергей, за участие! Желаю Вам здоровья, новых творческих успехов и читателей!