Почему Сталин верил разведке генерала Павлова?

Говорят что Вождь Советского Союза Иосиф Виссарионович Сталин не доверял собственной разведке, писал на её донесениях о готовящемся нападении Гитлера матерные резолюции, запугал командующих округами до икоты - запрещая им приводить войска в состоянии полной боевой готовности, отчего они проспали 22-е июня и "ровно четыре утра"...

Охотно вместе с хавающим пиплом верю в такую теорию, но вот оказывается бывали и исключения в этом правиле.

Часто приходиться читать вот такое:

«Осенью 1941 года, когда немецкие танки рвались к Москве, а Красная Армия с величайшим напряжением сил обороняла столицу, в Кремле существовал страх, который в те дни был едва ли не сильнее страха перед Гитлером. Страх этот назывался Япония. Удар с востока в тот момент мог стать для Советского Союза смертельным. И Япония, союзник Германии по Антикоминтерновскому пакту, действительно готовила этот удар. План был разработан, армия наращена до невиданной мощи, дата назначена…»[1].

 То есть что касается коварных замыслов островной империи, Сталин своей разведке верил, боялся их и приказывал войскам действовать соответственно. Кроме того он не спешил с переброской сил дальневосточного фронта на запад, что имело свои тяжкие последствия...

Но был ли он обоснован - этот страх?

На декабрь 1941-го года «невиданная мощь» Квантунской армии составляла 14 пехотных дивизий, одну кавалерийскую бригаду и 7 танковых полков (863 танка), которую поддерживала авиационная группировка в 1162 самолёта.

Можно подойти к карте Дальнего востока и задаться себе вопросом:

- Достаточно ли этой «невиданной мощи», для «смертельного удара» по Дальневосточному фронту (ДВФ) – оперативно-стратегическому объединению советских войск, насчитывающему в том же декабре 41-го 30 дивизий и 18 отдельных бригад общей численностью в полмиллиона бойцов и командиров - имеющими на вооружение две тысячи танков и три тысячи самолётов?

Ещё вопрос:

- А стал ли бы этот «удар» смертельным для СССР, если даже захват Вермахтом Донбасса в 1941-м, таковым не стал?

И ещё вопрос:

- А на фига завязшей в войне с Китаем Японии, это надо – «удар с востока» по Советскому Союзу? После разгрома Гитлером Европы, в Юго-Восточной Азии было полным-полно бесхозно-беззащитных голландских и французских колоний. Если их мало, можно наложить тяжёлую самурайскую руку на заморские владения Британской империи, тоже испытывающей не самый лучший период своей многовековой истории. 

Ещё один довод сторонников вышеописанной версии:

- «Антикоминтерновский пакт»? А где была Германия, когда японские войска истекали кровью на Халхин-Голе? «Пакт о ненападении» с СССР подписывала?! Ой, как интересно… Хорошенький такой «союзник», с которым и врагов не надо.

И сразу возникает подозрение:

- А может эта «невиданная немощь» была сконцентрирована в Маньчжурии оттого, что в Токио «существовал страх, который в те дни был едва ли не сильнее страха перед Рузвельтом. Страх этот назывался «СССР». Удар с запада по Маньчжурии – где было сосредоточенно большинство ресурсов островной империи, в тот момент мог стать для Японии смертельным».

И кстати, вовсе не надо обладать никаким «Послезнанием», чтоб сообразить что в 1941-м году Япония не представляла для нашей страны никакой опасности. Нужна была лишь информация… 

Но вот её-то как раз, Сталин подчас и не имел! 

Ибо информация поступает от разведки, а про советскую разведку он сам сказал в 1937-м году:

«Во всех областях разбили мы буржуазию, только в области разведки оказались битыми, как мальчишки, как ребята. Вот наша основная слабость. Разведки нет, настоящей разведки. Я беру это слово в широком смысле слова, в смысле бдительности и в узком смысле слова также – в смысле хорошей организации разведки. Наша разведка по военной линии плоха, слаба, она засорена шпионажем… Разведка – это та область, где мы впервые за 20 лет потерпели жесточайшее поражение».

Странная какая-то картинка нарисовывается!

Советская разведка приуменьшала риск нападения на СССР Германии и преувеличивала таковой же со стороны Японии… Случайность это, глупость это или всё-таки…

Измена?

Вот например Константин Константинович Рокоссовский пишет уже после войны:

«Невольно вспоминалась мне служба в Приморье и в Забайкалье в 1921—1935 годах. При малейшей активности «соседа» или в случае передвижения его частей по ту сторону границы наши войска всегда были готовы дать достойный отпор. Все соединения и части, находившиеся в приграничной зоне, были в постоянной боевой готовности, определяемой часами. Имелся четко разработанный план прикрытия и развертывания главных сил; он менялся в соответствии с переменами в общей обстановке на данном театре.

В Киевском Особом военном округе этого, на мой взгляд, недоставало».

А почему?

Если руководствоваться постулатами «генерального курса» отечественной истории, то Сталин не верил советской разведке - предупреждающей его о коварных замыслах фашистов…

А почему он верил сообщениям той же организации, о не менее коварных замыслах «японских милитаристов»?

Где логика, блять?!

А может всё было не просто «просто» – а очень просто?

Кроме 5-го отдела Главного управления госбезопасности НКВД СССР и Главного разведывательного управления Генерального штаба Красной армии, в каждом «особом» военном округе была своя собственная разведка, в том числе и агентурная – работающая на сопредельной территории.

  Получив к примеру доклад от генерал-лейтенанта Голикова (Начальника ГРУ Генштаба КА), или от старшего майора государственной безопасности Фитина (Начальника 5-го отдела ГУГБ НКВД СССР), обеспокоенный Сталин берёт трубку и звонит к примеру в Минск – в Штаб Западного особого военного округа…

О том, какую «информацию» мог получить вследствие этого звонка Вождь, можно узнать из книги-мемуаров[2] Командующего авиацией дальнего действия Голованова Александра Евгеньевича:

«В кабинете за письменным столом сидел довольно массивного телосложения человек с бритой головой, со знаками различия генерала армии.

Павлов поздоровался со мной, спросил, почему так долго не приезжал в Минск, поинтересовался, что мне нужно, и сказал, что давно уже дал распоряжение, чтобы нас всем обеспечивали, так как об этом его просил Сталин. Только я начал отвечать на его вопросы, как он, перебив меня, внес предложение подчинить полк непосредственно ему. Я доложил, что таких вопросов не решаю.

— А мы сейчас позвоним товарищу Сталину. — Он снял трубку и заказал Москву.

Через несколько минут он уже разговаривал со Сталиным. Не успел он сказать, что звонит по поводу подчинения Голованова, который сейчас находится у него, как по его ответам я понял, что Сталин задает встречные вопросы.

— Нет, товарищ Сталин, это неправда! Я только что вернулся с оборонительных рубежей. Никакого сосредоточения немецких войск на границе нет, а моя разведка работает хорошо. Я еще раз проверю, но считаю это просто провокацией. Хорошо, товарищ Сталин… А как насчет Голованова? Ясно.

Он положил трубку.

— Не в духе хозяин. Какая-то сволочь пытается ему доказать, что немцы сосредоточивают войска на нашей границе.

Я выжидательно молчал.

— Не хочет хозяин подчинить вас мне. Своих, говорит, дел у вас много. А зря!».

О том как работала личная разведка генерала Павлова, можно получить представление из докладной записки бывшего Начальника Ломжинского оперативного пункта разведывательного отдела штаба ЗапОВО капитана Кравцова, представленной на имя Уполномоченного особого отдела НКВД Западного фронта 4 января 1942-го года:  

«С марта 1941 года агентура пункта стала доносить о концентрации германских войск на территории Восточной Пруссии и бывшей Польши вдоль советской границы.

По данным секретного сотрудника “Феликса” в марте 1941 года в Польше и Восточной Пруссии было сосредоточено больше 100 пехотных и 8-10 танковых дивизий.

Данные агентом получены от германского офицера, работавшего в комендатуре г. Варшавы. За эти данные офицер попросил 1000 американских долларов и обещал дать полную дислокацию германской армии. 

Материал “Феликса” был доложен РО штаба ЗапОВО, после чего был вызван “Феликс” к начальнику РО — полковнику Блохину.

На беседе присутствовали начальник РО — полковник Блохин, заместител[и] начальника РО — подполковник[и] Ивченко и Ильницкнй и начальник отделения информации майор Самойлович. После беседы данные “Феликса” были названы дезинформацией, а пункту было указано, что немцы на этом фронте имеют 25–40 дивизий.

“Феликс” был назван аферистом, в результате ему уплатили 100 злотых и отправили в Варшаву. Больше “Феликс” на пункт не возвращался…

…Отдел часто упрекал пункт за разведдонесения, в которых, по мнению отдела, преувеличена численность германских войск. По данным РО, немцы в это время имели 25–40 дивизий. Эта стандартная цифра фигурировала в разведсводках отдела больше года…

…Резидент “Арнольд” принес нам карту, изданную в Германии, на которой в состав Германии включалась вся Прибалтика, вся Украина, Белоруссия и западная область до Можайска. Карта немедленно была направлена в РО. В апреле 1941 года, по данным резидентов “Арнольда”, “Вислы” и “Почтового”, вдоль советской границы было сосредоточено до 1,5 млн. войск, о чем было немедленно доложено РО, но на нашем донесении была наложена резолюция заместителем начальника РО подполковником Ильницким следующего содержания: 

“Такую глупость можно ожидать только от Ломжинского пункта”. 

С “Арнольдом” беседовали Блохин, Ильницкий и Самойлович — в заключении отметили: Ломжа всегда преподносит сенсации, лучше бы давали номера частей. “Арнольду” прямо было сказано, что материал неправдоподобен, что это выдумка английской разведки. “Арнольд” ответил: 

“Вы можете меня расстрелять, но за правдоподобность информации я отвечаю головой. Я выполнил свой долг перед Советским государством, а вы можете мне верить или не верить, дело ваше. Война начнется в середине июня” 

4 июня я его проводил через границу, и больше “Арнольд” не появлялся…

…Прибывающая агентура из-за рубежа сигнализировала о готовящемся наступлении. Все это своевременно докладывалось в РО, но какие меры принимал отдел, не знаю, но пункт особых заданий не получал, даже по активной разведке пункту особых указаний не было.

Стиль работы РО перед войной. С 1941 года на агентурную работу отпускалось очень мало средств ин[остранной] валюты. Дело дошло до того, что мы вынуждены были у польского населения покупать злотые, мелочь, для того, чтобы дать 20–30 злотых посылаемому агенту. В 1940 году мной через агентуру было обменено в варшавском банке более 100 тыс. злотых, но эти средства были забраны в РО, и мы оказались без средств. Способные агенты от нас уходили потому, что мы их не могли обеспечить. В феврале 1941 года был послан резидент “Шульц” с радиостанцией, и на 2 месяца ему выдали только 250 марок, за это время он задолжал и вернулся назад в СССР. Резидент “Глушко” задолжал несколько сот марок и, не уплатив долга, вернулся в СССР.

В отделе все внимание было сосредоточено на том, чтобы каждый пункт ежедневно присылал разведдонесение.

В апреле 1941 года заместитель начальника РО подполковник Ивченко советовал мне не посылать большие сводки, а разбивать данные на несколько частей н ежедневно малыми частями посылать в РО. Я возразил ему, заявив, что это очковтирательство и я на это не пойду. Он мне ответил, что начальник Брестского пункта майор Романов так делает и его пункт стоит на первом месте. По моему мнению, в РО процветали карьеризм, подхалимство, а не деловая работа.

Капитан Кравцов[3]».

На мой взгляд – «полная картина маслом», после которой не должно не остаться ни одного вопроса на эту тему:

Почему Красная Армия проспала «внезапный и вероломный» удар Вермахта?

Войска действуют в соответствии с донесениями разведки!

Киевский Особый Военный Округ (КОВО) имел собственную разведку (в том числе и агентурную на сопредельной территории), которая доносила его Командующему:

«За речкой всё спокойно, товарищ генерал-полковник!».

Кстати, с Иосифом Виссарионовичем был вполне согласен и Георгий Константинович Жуков, который в своём письме писателю-фронтовику Василию Дмитриевичу Соколову от 2 марта 1964-го года, заявил:

"...Наша агентурная разведка, которой перед войной руководил Голиков, работала плохо, и она не сумела вскрыть истинных намерений гитлеровского верховного командования в отношении войск, расположенных в Польше ... Наша агентурная разведка не сумела опровергнуть лживую версию ГИТЛЕРА о ненамерении воевать с Советским Союзом...".

Немощь советской разведки подтверждает вся послевоенная история СССР и особенно его распад. Разве возможен был бы последний, если бы у страны была бы нормально работающие спецслужбы?

Категорически нет!).

Однако, вернёмся к нашим японцам…

«Американское нефтяное эмбарго поставило Японию перед жестким выбором. И Япония выбрала Тихий океан. Для СССР это стало спасением. Красная Армия смогла перебросить сибирские дивизии под Москву, не опасаясь удара с востока. Для Японии это стало роковым выбором…[4]».

Позволю себе не согласиться:

Это для СССР это стало роковым решением – под предлогом мнимой угрозы держать на Дальнем Востоке такие силы!

«Сибирские дивизии», да: возможно и спасли Москву. Но если бы они были бы брошены в бой раньше, то они бы могли спасти к примеру…

Донбасс!

А Донбасс в 1941-м году, это более чем две трети всей чёрной металлургии Советского Союза, практически вся коксохимия - дающая взрывчатые вещества, лако-красочная промышленность, один из двух заводов выпускающих броневую сталь для танков, один из двух крупнейших танковых заводов…

И много-много ещё чего жизненно-необходимого для войны.

Потеряв Донбасс, Советский Союз по многим показателям стал всецело зависеть от Ленд-Лиза.

В общем, очень серьёзно подкузьмила товарищу Сталину и в целом советскому народу личная разведка командующих военными округами.

*****************************************************************************************

[1]Взято из «Почему в 1941 году японцы не напали на СССР»: https://dzen.ru/a/amedHaUsRDiqmSif?from_site=mail

[2] Голованов А.Е, «Дальняя, бомбардировочная…».

[3]Взято из: Алексеев М.А. «22 июня… О чём предупреждала советская военная разведка». 

[4] Там же.