Монолитовец в мире сумерек.

Пролог.

Сознание возвращалось толчками, словно после близкого разрыва гранаты РГД-5. В ушах стоял мерзкий, родной высокочастотный зуммер — так фонил «Выжигатель», когда группа шла на зачистку складов. Следом пришел Голос. Он не гремел, он ввинчивался прямо в затылок, отдаваясь знакомой тупой болью:

*«Враг повсюду. Сектор нестабилен. Удерживай рубеж. Служи Монолиту».*

— Служу… — прохрипел боец, попытался сплюнуть кровь сквозь решетку дыхательного клапана «СЕВЫ» и внезапно не нащупал на лице маски.

Рот наполнился не гарью и фильтрованной пылью, а приторным воздухом с ароматом синтетической клубники. Глаза распахнулись. Никаких бетонных плит саркофага или ржавой арматуры. Вместо них — розовый потолок, занавески в цветочек и гигантское зеркало платяного шкафа.

В зеркале стояло нечто несуразное: худая бледнолицая девка в нелепой фланелевой пижаме, с темными растрепанными волосами и полным отсутствием мышечного корсета. Боец замер, оценивая масштаб тактической катастрофы.

— Твою ж мать через «электру» в три погибели... — выдавил он тонким девичьим голосом, ощупывая себя тонкими пальцами. — Это че за отмычка? Где броник? Где мой «Вал»?

Первичный осмотр тушки оптимизма не внушал. Рост — метр шестьдесят с кепкой в прыжке, плечи узкие, руки — только макароны варить. Зато пальцы длинные, чувствительные — для тонких взрывателей сгодятся. Ни одного боевого шрама, зато под глазами залегли темные круги, будто этот организм трое суток без антирадара на «Янтаре» сидел.

Боец подошел к окну. За стеклом шел мелкий, унылый дождь, стеной стоял плотный темно-зеленый лес. Пахло влагой, хвоей и сырой землей.

— Похоже на Рыжий лес, только деревья прямые и не светятся, — пробормотал он, прикидывая сектора обстрела. — Ладно, корпус сменили, задачу оставили. Голос работает, значит, штаб на связи.

Оставалось главное — провести инвентаризацию хабара. На тумбочке валялись документы: «Изабелла Свон». В кошельке — бумажки с мертвыми президентами. В шкафу — полное отсутствие камуфляжа, одни тряпки. Боец методично выпотрошил косметичку, выкинул бесполезную помаду и бережно отложил в рюкзак пинцет, маникюрные ножницы с острыми концами, флакон чистого спирта и клубок плотной капроновой нити. Для растяжки в дверном проеме сойдет. Жить можно.

Снизу раздался глухой стук и тяжелые шаги. Скрипнула половица. Рефлексы сработали быстрее мысли: боец бесшумно сместился с линии вероятного прострела двери, подобрал с пола тяжелую керамическую настольную лампу и ушел в тень за шкафом, контролируя вход.

— Белла? Ты проснулась? Завтрак на столе, мне пора на смену, — донесся басовитый, усталый голос.

Боец выждал три секунды, оценивая тембр. Угрозы нет. Командир базы. Шериф Свон, если верить бумагам на столе.

Спустившись по деревянной лестнице мягким, перекатывающимся шагом (чтобы не скрипеть), боец вошел на кухню. Мужик в полицейской форме жевал тост, поправляя кобуру на поясе. Стандартный служебный «Глок» и помповый дробовик в углу прихожей. Глаз монолитовца мгновенно зацепился за оружие: смазано неплохо, но предохранитель дробовика забился пылью. Безответственность.

— Доброе утро, — Чарли неловко улыбнулся, глядя на дочь. — Яичница на сковороде. Слушай... насчет пикапа. Я перегнал его во двор. Старый «Шевроле». Джейкоб помог с двигателем, зверь-машина.

— Принято, товарищ комендант, — отчеканила Белла, выпрямив спину по стойке «смирно».

Чарли поперхнулся кофе и уставился на нее:

— Что?..

— Нареканий по распорядку нет. Выдвигаюсь на рекогносцировку в учебный блок. Вопрос по материально-техническому обеспечению: где хранятся запасы сухпайка, оружейное масло и дополнительный боекомплект к помповику?

Шериф медленно опустил кружку, пытаясь понять, это такой изощренный подростковый сарказм из Финикса или его дочь просто не выспалась после перелета.

— Э-э... патроны в сейфе, Белла, закрыты. Тебе-то зачем?

— В условиях потенциального окружения гражданского сектора оставление личного состава без средств самообороны классифицируется как преступная халатность, — не моргнув глазом выдала девушка. Потом, заметив вытянувшееся лицо отца, слегка сбавила тон: — Шутка юмора. Батя, то есть, сэр... Чарли. Просто по технике безопасности интересуюсь. Вдруг кабаны мутируют.

— В Форксе нет мутантов, — Чарли нервно потер переносицу. — Только олени. И туристы бестолковые. Всё, я на дежурство. Ключи на тумбочке. И... не говори так больше, у меня чуть инфаркт не случился.

Когда хлопнула входная дверь, боец подошел к окну и проводил взглядом полицейскую машину.

— Олени, говоришь... — усмехнулась Белла, методично набивая карманы куртки солью, коробком охотничьих спичек и горстью тяжелых строительных болтов, найденных в кладовке. — На ЧАЭС тоже говорили, что там просто кони пасутся. А потом эти кони на деревьях гнезда вить начали.

Школьная парковка встретила запахом сырого асфальта, дешевого бензина и подростковой суеты. Старый пикап взревел, как подбитый БТР, и с металлическим скрежетом заглох ровно на разметке. Боец заглушил мотор, вынул ключ и привычно огляделся через зеркала заднего вида, сканируя периметр.

Цели: гражданские, малолетки, уровень боевой подготовки — нулевой. Выживаемость в случае пси-шторма — ноль целых, ноль десятых.

Закинув рюкзак на одно плечо (в нем мерно побрякивали два мотка лески и монтировка), Белла двинулась к главному входу. Толпа школьников инстинктивно расступалась. Дело было не во внешности — обычная новенькая. Дело было в походке и взгляде. Так ходят не старшеклассницы, а ветераны зачисток, которые на автомате вычисляют мертвые зоны, прикидывают траекторию осколков от стен и держат палец на воображаемом спусковом крючке.

И тут воздух изменился.

Это не было похоже на сквозняк. Температура резко упала на пару градусов, а в висках знакомо, предупреждающе закололо — так зудел счетчик Гейгера перед пятном радиации.

Из полированного серебристого «Вольво» вышли пятеро. Кожа — цвета лежалого трупа, идеальные лица, двигаются слишком плавно, бесшумно, без единого лишнего движения центра тяжести. Хищники. Высшая категория.

Один из них — медноголовый, с застывшим выражением лица — внезапно повернул голову в сторону Беллы. Их взгляды встретились.

Эдвард Каллен привычно скользнул мыслями в голову новенькой — и едва не ослеп от боли. Вместо человеческих мыслей ему в череп ударил визжащий, раздирающий статический гул высоковольтных вышек, на который наложился яростный, монотонный шепот сотен фанатичных глоток: *«Убей врагов Монолита... Очисти землю...»* Вампир споткнулся на ровном месте, инстинктивно схватившись за висок и зашипев от острой вспышки мигрени.

Белла не отвела взгляда. Она медленно сунула правую руку в карман куртки, сжав пальцами холодную грань тяжелого стального болта, и криво, почти по-доброму усмехнулась одними уголками губ:

— Здорово, бюрер недобитый. Чо, радиоприемник закоротило? Ничего, ща мы тебе диапазон подправим...

Развернувшись на пятке, монолитовец в теле школьницы зашагал к дверям школы, точно зная: легкой прогулки в этом секторе не предвидится. А значит, пора готовить напалм.

Примечание.

Как вам такой фанфик норм или лучше ненадо ?