Русско-ордынское, или Песнь о защитниках Золотых ворот Владимира

Февраль. Мороз. Павший Владимир,

Почти что столица Руси.

Город едва ли ни весь ныне вымер.

Негромкое слышно: «Боже, спаси».

Не взяты лишь  в нем Золотые ворота,

Возвел Боголюбский когда-то их князь.

С трудом на ногах от крови и пота 

Защитники врат, но не втоптаны в грязь.

Когда же ордынцы прорвались в детинец,

Предались тотчас они грабежу.

Последний из врат Золотых пехотинец,

Хромая, ушел на близ леса межу.

И те, кто спаслись от гнева монголов

Поведали миру о том, что стряслось.

О том как среди домов, частоколов

В Рай несколько тысяч душ вознеслось.     

Михалыч   

10.06.2026 Чкаловский

Примечание.

"Почти что столица Руси". Если бы не монгольское нашествие, то  Владимир, благодаря стараниям Великого князя Андрея Боголюбского и деятельности его младшего брата Всеволода Большое Гнездо, мог сыграть в истории России ту роль, которая позже выпала на долю Москвы. 

"Не взяты лишь  в нем Золотые ворота". Как рассказал в одной из лекций ведущий российский медиевист А.А. Горский, взяв 8 февраля 1238 года Владимир, монголы не смогли овладеть укрепленными по последнему слову фортификационной техники Золотыми воротами.  В уже захваченном городе они не стали тратить силы на штурм ворот, чреватый существенными потерями. Зачем? В городе – богатая добыча. Ворота можно взять и измором. Это позволило оставшимся в  живых последним защитникам Золотых ворот ночью покинуть их и, судя по всему, добравшись до леса, спастись, поведав о героическом сопротивлении владимирцев и их гибели, включая сыновей Великого князя Юрия Георгиевича – сына Всеволода Большое Гнездо  – и его семьи, которую он не пережил и на месяц, сраженный не реке Сить 4 марта 1238 года.

На картине: эпизод штурма монголами Владимира. Золотые ворота  – на переднем плане.