Первая встреча

Где-то когда-то был флешмоб про первую встречу, но я его уже не найду, поэтому расскажу просто так.

Спустя 8 глав от начала герои наконец-то встретились. Учитывая то, как быстро тут все обычно знакомятся и начинают действовать... мда, боюсь, не все даже дочитают до этих пор)

Действие происходит в романе ТУНКИНСКАЯ БАЛЛАДА

Что подумала она:

Раньше слово “Сибирь” вызывало у Кати исключительно неприятные ассоциации. В Сибири была вечная зима и короткое, влажное лето, там плохо рос урожай, жили кочевые племена, которые разводили оленей, пили соленый чай и едва ли говорили на знакомом языке. В Сибири жила первозданная, почти не тронутая человеком природа, и эти глубокие изумрудные долины, мягкие волны таежного моря и спины холмов, как плывущих в вечности китов – все это она представляла себе только в воображении.

Начальник партии за рулем едва уловимо усмехнулся, заметив, как Катя всякий раз при виде высоких холмов, далеких, туманных горных цепочек или особенно яркой таежной зоны восторженно ахает и подается вперед, ближе к окну. Он-то, конечно, наверняка привык к бесконечному, размашистому великолепию долгих гор и свинцовому цвету низкого, тяжелого неба.

– Впервые в Сибири? – спросил он негромко, коротко взглянув в ее сторону. Катя кивнула, во все глаза разглядывая встающие из-за горизонта горы.

– Они похожи на спящих китов, – проговорила она. – Из тумана, как из моря, видно круглые спины. Вы видели китов?

– Видел. На Камчатке.

– Что вы делали на Камчатке?

– Работал.

– Там хорошо? Лучше, чем здесь?

– Неплохо.

– А сюда вы ведь тоже недавно приехали?

Их какой-то будто бы зеркальный разговор ее весьма забавлял, словно они перебрасывались короткими вопросами и ответами, как небольшим упругим мячиком.

– Ну да, – согласился начальник, немного подумал, бросив взгляд на “китов” и снова сосредоточившись на дороге, и Катя не поняла, то ли он всегда так разговаривал, то ли ее расспросы быстро его утомили. – Простите, я не спросил: а как вас зовут?

– Катя, – улыбнулась она. – Жемчужникова Катерина Максимовна.

– Очень приятно. Вы бывали в горах, Катерина Максимовна?

– Я очень люблю горы…

Начальник партии, так и не напомнивший свою фамилию, оказался не слишком разговорчивым, и, когда Катя умолкла, ожидая расспросов, он, вопреки ожиданиям, ничего больше не сказал и не спросил, только задумчиво кивнул. Дорога тянулась и тянулась, то прячась в сонных голубых холмах, то вылетая на широкий участок большой бескрайней долины, и тогда старенький грузовичок бодро набирал скорость, и в его кузове, будто в нутре, что-то громыхало и глухо постукивало...

Что подумал он:

Большая, тяжелая железная стрекоза примяла траву, и гул винта превратился в стрекот, а потом совсем затих. Девчонка первой выскочила на твердую землю, как будто спешила покинуть темное нутро, пропахшее горячим железом и топливом, и даже пошатнулась, едва встав на твердую землю. Гордин спрыгнул следом, принял у Молчанова рюкзаки и дал отмашку пилоту, что салон пуст.

Девчонка стояла посреди поляны и во все глаза смотрела на тайгу, а тайга, казалось, всматривается в нее, чужачку в светлых сереньких штанах и смешных рыжеватых ботинках, выцветших от воды и солнца. Гордин порадовался про себя, что подгадал почти идеально: шесть часов на машине, полчаса на вертушке, и вот они уже успели добраться до партии до того, как стемнеет совсем. Розоватые и золотистые лучи заката с любопытством скользили по макушке девчонки, и ветер играл ее короткими волосами цвета спелой пшеницы.

Пока она спала у него на плече, он словно бы даже чувствовал аромат этих колосьев и лугового разнотравья. Ее волосы пахли летом и горячей дорожной пылью, и от их легкого, почти невесомого прикосновения к его щеке на миг стало тепло, а потом снова скользнул холодный ветер, и Гордин даже поднял повыше воротник штормовки, потому что вдруг сделалось холодно и неуютно в сырой вечерней тайге.

– Олег Иванович!

Надо же, какая вежливая.

– А мне куда можно?.. – спросила девчонка, озираясь озадаченно и слегка растерянно. В одной палатке жили Санников и Колька, Дымов и Трофимов обитали в хозяйственной, остальные были заняты другими рабочими, и понятно, почему она растерялась. Гордин и сам не ожидал такого вопроса. Он подумал даже о том, что нужно организовать для нее что-то наподобие фельдшерской палатки, но там было немного места. Не ночевать же ей, в самом деле, на улице.

– Пойдемте со мной, – сказал он, помолчав и подумав. Катерина вспыхнула:

– Мне что, в палатку с вами?

Гордин засмеялся.

– Ну вот еще! Вадим вам выдаст штормовку и спальник. Сегодня переночуете в штабе, а завтра я что-нибудь придумаю.

Нахохлившись и зябко сунув руки в рукава, Катя пошла за ним, и в свете синих таежных сумерек в большой тяжелой куртке ее фигурка казалась совсем маленькой и хрупкой. Гордин шел и размышлял: о чем думал профессор, когда отправлял ее сюда? Долго ли она, такая птичка-невеличка, здесь продержится?..