Интересное-непонятное

Цифровой мир 20-х годов - это целая система, в которой тоже есть большая доля правонарушений, преступлений, но и не только их. Все мы любим нарисованных злодеев из комиксов (а почему бы и нет?:), все мы играем в CS, и я часто выбираю "плохих" ребят. Но пока на экране идут спецэффекты, где-то может тихо идти сбор информации, похищение данных, денег, истории - не лично вашей, а в более широких масштабах, чтобы потом нарушителю было, из чего выбирать.

Моя история немного не об этом. Я бы сейчас оставил и разные громкие теории, в которых, как говорится, есть доля шутки, и различные реально подтвержденные случаи взломов и хищений в сети, с документальным подтверждением случившегося... 

(имена и события изменены) 

Не так давно я работал с необычным обращением, о котором остается только предполагать, что это вообще, и как такой феномен современной жизни назвать можно? Состава преступления и доказательства преследования нет, но и нормой жизни назвать такое невозможно. В моей работе редкий посетитель приходит в хорошем настроении и разговаривает спокойным тоном: многие обращаются с экстренными ситуациями, и я их понимаю. Но в тот вечер ко мне в отделение обратилась девушка, которая пришла... со смехом над своей ситуацией. Я, сохраняя вид должностного лица, остался спокоен, но улыбнулся: минут пять девушка потешалась над своей ситуацией, потом стала серьезной и показала мне телефон.

Ситуация казалась довольно простой: при знакомствах в сети, при общении в разных каналах и чатах она постоянно слышала одно и то же имя Виталий, которое явно было как-то связано с ней, но само по себе оно ей ни о чем не говорило. У нее не было знакомых Виталиев, а единственный Виктор, которого она знала в реальной жизни, был ее дедушкой и недавно умер в возрасте 90 лет. Вел себя по отношению к ней молодой человек вполне прилично, или, (как я всегда говорю), нам просто  так казалось. Не было ни сталкинга, ни попыток что-то ей взломать, но при этом какой-то Виталий периодически появлялся в ее виртуальном пространстве. Причем, как показывала практика, парень знал о ней много, она о нем - ничего, и в этом не было никакой романтики. Ей не хотелось разгадывать такие загадки, она пришла ко мне для того, чтобы это прекратилось. 

- Тут два варианта: познакомиться живьем, - именно так она и сказала, - хотя бы для того, чтобы понять, надо ли оно мне и ему, или найти способ ограничить его присутствие в моей жизни в подобном формате.

Я составил документ по ее обращению, но в работу брать пока было нечего. Поэтому нужно было понаблюдать.

Мы встретились через две недели, потом через месяц. Результатов не было: девушка не могла напрямую связать какое-то событие в своей жизни, хорошее или плохое, с Виталием, ситуация смешила ее, и настораживала одновременно. Незнакомцы, приятели и дальние знакомые время от времени говорили про Виталия, как будто он был частью ее жизни. Она выслушивала мнение или историю из жизни незнакомого человека, которого знать не знала, но уже очень хотела с ним познакомиться. Хотя бы для того, чтобы оценить обстановку и понять что делать дальше. 

- Виталий как-то говорил, ..... - сообщил басом ее давний приятель. Затем он рассказал целую историю.

Девушка просто слушала. А через несколько дней жена этого самого друга, встретив Людмилу у магазина, сказала:

- О, сегодня в центре концерт, там Виталий будет!

- Да какой еще Виталий? Кто это? - не понимала Людмила.

- Да так... Виталий... - сказала соседка, оставив потерпевшую в полном недоумении.

Иногда Людмиле помогали незнакомые люди, иногда кто-то делал мелкие пакости, иногда пытались делать и покрупнее, но с таким помогали справиться ее старший брат и участковый. Да и Людмила сама была человеком спокойным, осторожным и все перепроверяла. И только Виталий оставался чем-то непознанным, неизвестным и немного пугающим. В целом, она жила обычной жизнью, и мне не удалось найти прямых доказательств чего-либо, хотя не исключено, что тот парень и имел отношение к разным ситуациям. С хорошей стороны для Людмилы он действовал, или наоборот, был ее тайным врагом без всякой причины - оставалось только догадываться. Доказать ничего не получалось, а предположение - не повод кого-то арестовывать. Более того, Виталия для начала вообще нужно было найти, хотя бы установить его личность. 

Какая-то девочка даже завидовала Людмиле, непонятно почему. Но вряд ли такую ситуацию можно было назвать комфортной и позитивной... Потерпевшую это слегка пугало и конечно же, ей это не нравилось.

Тем не менее, когда однажды кто-то снова сказал: "Вот! Виталий бы это оценил!", она сохранила спокойствие. Она не испугалась и не начала раздражаться, как бывало раньше.

- Ах, Виталий... Ну, понятно, - ответила она, и как ни в чем не бывало, продолжила заниматься своей работой, не пытаясь задавать вопросы. Расспросы все равно ни к чему не приводили, вразумительных ответов никто не давал, и это было систематически.

Никто не понимал, что происходит: это не была симпатия. Виталий не был влюбленным маньяком и не казался неуравновешенным, он создавал впечатление нормальной и интересной личности, которые за годы такого "общения" даже начинала нравиться Людмиле, но... Но знакомы они не были, и не было ни одного предположения, кто это может быть. Симпатии с его стороны также не было, но не было и открытой неприязни, угроз или попыток причинить вред. Виталий не был кем-то из ее друзей, и это не напоминало розыгрыш от другого имени.

Или, может быть, нам просто так казалось.

Оставалось только гадать, как он выглядит, и за все это время этот молодой человек ни разу не написал в личку, не сделал ни одного нормального звонка и никак не обозначил свои намерения или желание подружиться. Людмила уже была не против поболтать с ним, но она ничего не понимала и ни одного сообщения так и не получила.

- Я и хотела бы понять, кто это, но я его не знаю. У меня нет друзей-Виталиев, я понятия не имею, как он выглядит! - жаловалась потерпевшая.

Один раз она не выдержала. Когда ей пришлось уволиться с работы, сделать пересчет кредита и поправить ошибку в важных  документах в один и тот же день, она пришла домой совершенно уставшая.  А потом любимая собака Людмилы надела себе на голову посудину из сада, начала метаться, и пришла в таком виде в дом, сильно напуганная и со страшным грохотом. По пути она отломила часть кофейного столика и разбила несколько чашек. Это было дурацкое окончание сумасшедшего дня. Ей захотелось сказать что-то особенно дурацкое, в ритм происходящему. Но Людмила только освободила животное и тихо пробормотала:

- Виталий бы это оценил.

А Виталий был онлайн. Он продолжал следить.

Да, эта реальная история кажется скорее забавной. Я не знаю, что это - легкое мошенничество, романтика, или обычное хулиганство без тени симпатии, но факт, что Виталию было известно о Людмиле М. почти все, а она даже не знала как он выглядит, делает этот рассказ не таким забавным, как может показаться на первый взгляд. А как бы вы назвали этот феномен, без открытого сталкинга, но с явными признаками того, что человек знает много о тебе, твоих увлечениях, и твоей жизни? Был ли у вас свой Виталий, откуда он взялся и что вы делали?

Как следователь, могу только добавить от себя, что всегда лучше считать условного противника противником в большую сторону, нежели в меньшую и понимать, что чужой человек - это в первую очередь источник опасности, по шкале от меньшего к бОльшему, и только потом уже друг, единомышленник и прочий "брат". Вы не знаете, что на уме у других людей и чем это может обернуться для вас, поэтому личную и конфиденциальную информацию надо беречь. То же касается и контактов, особенно, адреса. Странные ситуации могут создаваться намеренно, чтобы затем использовать их против вас, и это стоит помнить. Ну а дружба и прочая романтика - это уже совсем другая история, и это приложится, если обстоятельства позволят.