Вакцинация: сколько жизней мы уже забыли
Автор: старый мумуСегодня мы живём в довольно странном мире.
Человек может сказать: «Я не хочу делать прививку — неизвестно ещё, что там в этой вакцине».
И в каком-то смысле это очень современная мысль. Потому что человек, родившийся сегодня, просто не представляет, что такое жить в мире без массовой вакцинации.
А чтобы это понять, придётся немного вернуться назад.
Эпидемии были всегда
Одно из самых известных описаний эпидемии оставил древнегреческий историк Фукидид.
В 430 году до нашей эры, во время Пелопоннесской войны, в Афинах началась тяжёлая эпидемия. Фукидид сам переболел и подробно описал происходящее.
И вот что особенно интересно: древний историк заметил, что люди, уже перенёсшие болезнь, как правило, повторно ею не заболевали.
То есть человечество ещё не знало ни бактерий, ни вирусов, ни иммунологии, а сам принцип приобретённой защиты уже был замечен.
Что именно за болезнь поразила Афины, сегодня точно установить невозможно. За прошедшие столетия предлагались разные версии.
Но для нашей истории важнее другое.
Люди очень давно поняли: некоторые болезни приходят волнами, уничтожают огромное количество людей, а те, кто выжил, иногда получают защиту.
Вот только воспользоваться этим знанием научно человечество смогло намного позже.
Чума и города, которые просто вымирали
Средневековая Европа получила свои уроки ещё страшнее.
Чума не спрашивала, богатый перед ней человек или бедный, крестьянин или король. Эпидемии могли буквально выкашивать города.
Люди постепенно поняли ещё одну вещь: если больного изолировать, а прибывающих из заражённых мест заставить некоторое время ждать отдельно, распространение болезни можно замедлить.
Так появились карантинные меры.
Само слово «карантин» связано с итальянским quarantena — сорок дней. В средневековых портовых городах прибывшие суда могли задерживать на определённый срок.
Сегодня карантин кажется обычной административной процедурой.
А когда-то это была одна из немногих возможностей хоть как-то остановить невидимого врага.
Но карантин не создаёт иммунитет.
Для этого требовалось другое.
Оспа
Одним из величайших убийц человечества была натуральная оспа.
Она существовала тысячелетиями. Болели дети и взрослые, богатые и бедные. Болезнь могла убивать, а выжившим оставлять тяжёлые последствия.
Но люди заметили: тот, кто перенёс оспу, обычно получал защиту от повторного заболевания.
И тогда появилась опасная идея.
А что если заразить здорового человека специально — в надежде, что он перенесёт болезнь легче и после этого будет защищён?
Так появилась вариоляция.
Метод действительно позволял снизить риск тяжёлой натуральной оспы по сравнению с естественным заражением, но сам по себе был опасен: человеку фактически вводили материал, связанный с настоящей оспой.
Человечество уже нащупало дорогу к вакцинации, но шло по ней почти вслепую.
А затем появился Эдвард Дженнер.
В 1796 году он провёл свой знаменитый опыт с коровьей оспой и показал, что заражение коровьей оспой может защищать человека от натуральной оспы.
Отсюда и произошло слово «вакцина» — от латинского vacca, «корова».
Сегодня это кажется элементарным.
Тогда это было огромным шагом.
Врач лечит человека, а ветеринар — человечество
Есть фраза, которую я много раз видел в ветеринарных институтах:
«Врач лечит человека, а ветеринар — человечество».
Её часто связывают с И. П. Павловым.
Для ветеринара в этой фразе есть особый смысл.
Животные — это не только животные.
Инфекции не признают границ между человеком и окружающим миром. Некоторые болезни существуют у животных и могут переходить к человеку. Поэтому ветеринария занимается не только лечением конкретной коровы, собаки, кошки или лошади.
Она одновременно занимается защитой людей.
Именно поэтому ветеринарные специалисты так много работают с инфекционными заболеваниями, вакцинацией и контролем эпидемий среди животных.
Туберкулёз — болезнь, которую легко не заметить
Есть заболевания, о которых современный человек тоже стал забывать.
Например, туберкулёз.
Проблема с ним в том, что заражённый человек может долгое время не выглядеть тяжело больным.
Поэтому обследование имеет огромное значение.
Вакцина БЦЖ не означает абсолютной защиты от всех форм туберкулёза у взрослого человека. Но профилактика, раннее выявление и своевременное лечение позволяют существенно уменьшать последствия болезни и её распространение.
И здесь снова появляется важный принцип:
лучше обнаружить опасную инфекцию тогда, когда она ещё не успела превратиться в катастрофу.
Испанка
А потом наступил 1918 год.
Первая мировая война ещё не закончилась, а мир получил новую катастрофу — пандемию гриппа, которую позднее назвали испанкой.
По современным оценкам, она заразила около 500 миллионов человек, а число умерших оценивается примерно в 20–50 миллионов.
И самое неприятное: эффективной вакцины против этого гриппа тогда не было.
Здесь важно не перепутать историю.
Испанка не была следствием птичьего гриппа. Это была пандемия вируса гриппа A(H1N1).
Но современные вирусы гриппа показывают, насколько тесно связаны здоровье человека и здоровье животных.
Птичьи вирусы гриппа постоянно находятся под наблюдением специалистов именно потому, что некоторые из них способны заражать людей.
И вот здесь старая ветеринарная поговорка снова перестаёт быть шуткой.
А потом пришёл полиомиелит
Полиомиелит особенно хорошо показывает, насколько быстро может измениться жизнь общества благодаря вакцинации.
Были времена, когда родители действительно боялись летнего сезона: инфекция могла поразить ребёнка и оставить тяжёлые последствия.
Появление вакцин против полиомиелита стало переломным моментом.
Сегодня многие люди вообще никогда не видели больного полиомиелитом.
И это, пожалуй, один из парадоксов профилактической медицины.
Успешная вакцинация делает саму болезнь невидимой.
А потом человек начинает думать:
«А зачем мне вообще эта прививка? Я ведь никогда не видел этой болезни».
Именно потому, что предыдущие поколения её видели.
Мы забываем то, от чего нас защитили
Корь, дифтерия, коклюш, полиомиелит, натуральная оспа и другие инфекции — это не фантастические болезни из далёкого прошлого.
Это часть реальной истории человечества.
Некоторые заболевания удалось полностью ликвидировать, другие удалось резко сократить, третьи продолжают существовать и требуют постоянного контроля.
Вакцинация при этом не является волшебной палочкой.
У медицинских процедур существуют противопоказания, возможные нежелательные реакции, необходимость правильного хранения вакцин, контроля качества и медицинского наблюдения.
Именно поэтому вакцинация — это не вера.
Это медицина, где безопасность и эффективность должны проверяться.
Но есть одна особенность человеческой памяти.
Если после профилактической процедуры у человека возникла проблема, он её запомнит.
А если вакцина просто не дала человеку заболеть — ничего не произошло.
И это «ничего» становится практически невидимым.
Нам действительно повезло
Мы живём в эпоху, когда человечество имеет огромный арсенал профилактических средств.
Мы умеем создавать вакцины.
Умеем обследовать людей.
Умеем следить за инфекциями среди животных.
Умеем вводить карантинные меры.
Умеем быстро распространять информацию о вспышках.
И всё это появилось не потому, что кому-то однажды пришла в голову гениальная идея.
За этим стоят тысячи лет эпидемий, смерти, ошибок, наблюдений и научных открытий.
Поэтому я хочу закончить не советом, а вопросом.
Вы сделали прививку себе?
А своим детям?
Если да — то, возможно, вы просто воспользовались тем, что предыдущие поколения человечества создавали для своих детей десятилетиями.
Если нет — тогда стоит хотя бы задать себе другой вопрос:
что было бы с человечеством, если бы вакцинации никогда не существовало?
Я не знаю, сколько людей сегодня жило бы на Земле в таком мире.
Может быть, гораздо меньше.
И, возможно, именно поэтому ветеринарная фраза, которую я помню до сих пор, звучит совсем не как шутка:
«Врач лечит человека, а ветеринар — человечество».
А теперь вопрос уже к вам:
Как вы считаете, сколько людей на Земле сегодня вообще не было бы, если бы человечество так и не научилось вакцинировать?