Черновик 1.3

Выйдя из бунгало сразу захотелось туда вернуться. Ударившая словно мешок с мукой жара, особенно сильно подчёркивалась при переходе из прохладного жилища в пустыню. Всё же разница в 20 градусов.

Снаружи бунгало, был район состоящих из таких-же построенных словно под копирку. Каждый домик был окружён зелёным газоном и специально завезёнными сюда пальмами, дорожки от бунгало вымощены плиткой. В равные промежутки времени включались разбрызгиватели и выливали на газон драгоценную в пустыне влагу. Со стороны могло бы показаться что это не военная база, в которой разместился корпус наёмников, а какой-то курортный район. И по сути верно, все проживающие здесь наёмники, это специалисты в своей области, а специалисты любят комфорт. Мнение о праздности и миролюбии этого места сохранялось до тех пор, пока не взглянешь на базу с высоты птичьего полёта. По периметру она была обнесена колючей проволокой и вышками со снайперами. Стрелки на вышках были беспощадны и стреляли без предупреждения по всем, кто приближался к периметру. Потому что у своих есть рации и о себе они сообщают заранее, а если сообщений нет, то это либо враги, либо местные. В последнем случае спрос вообще никакой. Вон на прошлой недели, на их базу набрела семья кочевников из восьми человек. Два мужчины, три женщины разных возрастов и старика со старухой. Всех мужиков и стариков снайперы постреляли, а за женщинами выслали багги. Это оказалась мать, её дочь и жена сына. Пару дней женщин непрерывно насиловали, затем измождённых и избытых выгнали обратно в пустыне. Без еды, воды и гужевого транспорта. Стоит ли говорить, что далеко они не ушли. Комендант базы смотрит на такие развлечения сквозь пальцы, ибо караул был укомплектован из местных. А местные нигеры ведут себя соответственно здешним нравам, они живут в жестоком мире и у них жестокие сердца. В их понимании ничего из ряда в вон, они не совершили. 

– Если что-то не нравится, то прошу, заступайте в караул сами, мы вам даже доплатим за такую работу. – Так комендант базы отмахивался от любых претензий по этому поводу.

У местных были жуткие устои и такой-же темперамент. Их даже селили отдельно от профессиональных наёмников. В пяти километрах от городка специалистов, был подготовительный лагерь местных. Вот там всё как положено, казармы, сделанные из говна и палок, плац, муштра и не выветриваемый запах пота.

Сев в джип, Абудай сразу-же потребовал у водителя чтобы тот включил кондиционер. Местные нигеры привыкшие, температура от 30+ у них считается слегка припекающей, а вот негр завезённый из Франции уже начинает плавиться. Штабом был единственный дом на базе выстроенный из камня. Полковник Хироси от чего-то чувствовал себя в деревянном домен не в безопасности, а в саманном некомфортно. Ну и что с того что основа раствора для саманного дома, это песок, солома и навоз, после оштукатуривания стен, дом даже не воняет. Но нет, северокореец брезговал. Говорят у него под штабом есть личный бункер, способный выдержать любую бомбардировку, кроме атомной. Что странно. Абсолютный паритет в воздухе у Красного Солнца или Иван просто что-то не знал.

– Сэр. – Абудай поздоровался с полковником и отдал честь.

– Товарищ. – Тоже самое сделал Иван но согласно своей легенде.

– Чён-Чхе, ещё раз нарушите субординацию, лишитесь 10% своей зарплаты. – Тут же дал укорот Ивану, полковник Хироси.

С полковником у Ивана сложились непростые отношения. По началу Хироси испытывал к нему отеческую симпатию, ибо до него доходили новости с родины. Как-же настоящий герой, борец с тоталитарным капитализмом и земляк, пусть и южнокореец, но родной народ. Потом Хироси стал замечать в Иване признаки совершенно несвойственные его народы. Не тот акцент, не те жесты, Чён-Чхе вёл себя не так как кореец и но заметить это мог только урождённый кореец. Отчасти Иван сам был виноват, расслабился выпал из роли. Хироси попытался навести о нём справки и доложил своему командованию, ух «не засланные это казачок». В ответ Хироси получил совет не совать нос не в свои дела и штраф в 5% от месячной зарплаты. Полковник внял, но злобу затаил. Окончательно отношения с Хироси перешли из нейтрального в негативные, когда Иван открыто саботировал прямой приказ полковника.

Во время боевой операции Хироси приказал взорвать восьмиэтажное жилое здание, чтобы расширить огневую зону. Но внутри были гражданские прячущиеся от боевых действий снаружи. Здание Иван взорвал, но сначала обстрелял его снарядами с слезоточивым газом и дал гражданским время сбежать. В результате к тому моменту противник вышел из зоны поражения и в сносе здания уже не было особого смысла. Полковник был в ярости и требовал выслать непокорного Чён-Чхе обратно в Корею, только не уточнял в какую, сдаётся Ивану что в южную. В итоге его просто унизили в звании и перевели на базу заниматься преподавательской деятельностью. Был Иван старшим лейтенантом, а стал сержант-инструктором.

– Виноват сэр. – Тут-же поправился Иван. 

– Так-то.  Сержант Чён-Чхе берёте сержанта Абудая и отделение бойцов садитесь в вертушку и летите на восток. Со вчерашнего вечере, там наблюдается широкое домовое облако. Вам нужно установить пожар ли это в саванне, или что-то ещё. Если это противник, то на вас возлагается разведывательная миссия. Задача установить местоположение и численность неприятеля. Если же это всё же противник и вам получится выясните его дальнейшие планы, то по возвращению всю группу разведчиков ожидает премия. На подготовку группе выделен час. Командующим группы назначается сержант Чён-Чхе. Свободны.

– Сэр у меня вопрос. – Громко и настойчиво сказал Иван.

– Сержант Ван вам не разрешалось задавать вопросы.

– Сэр полковник, если это брифинг, то по уставу я имею право задавать вопросы.

Полковник поморщился. В случае нарушения устава и сообщения об этом дисциплинарному офицеру, Хироси ожидает штраф с занесением записи в личное дело. Устав в армии наёмников это двух сторонне заточенный меч.

– Спрашивай сержант.

– Почему посылают боевую группу, а не дрон? Для железной птички сгонять туда и обратно дела двадцать минут.

 – Не на двадцать минут, а на четыре часа. Скорость имеющихся на базе дронов, значительно уступает скорости вертолёта. И потом, дрон не имеет тех тактических способностей что боевая группа. Я считаю, что в такой ситуации в случае развития негативного сценария, промедление может грозить утерей стратегической гибкости.

– Почему именно я привлечён быть командиром в это миссии? Я же как бы переведён в инструкторы.

 – А вы правы, сержант. Учитывая неважность вашей миссии, я придаю ей статус учебной. На вашем вертолёте не будет бое вооружение, возьмёте минимум снаряжения и самых зелёных новобранцев. Ещё вопросы?

Иван при прикусил язык, а Аубдай незаметно стукнул его ботинком о ботинок. Мол «Продолжишь в том же духе и вообще пешком по пустыне пойдём».

– Время на выполнение миссии?

– Пока выходите на связь неограниченно, время выхода на связь согласно уставу.

– Вопросов больше не имею.

– Можете идти. – Дал разрешение покинуть штаб Хироси но когда Иван уже взялся за ручку двери, в спину ему сказал. – И Ван, если на задании угробишь вертушку, то назад можешь не возвращаться.