Во саду ли, в огороде гулял архитектор.

Всем известно классическое деление авторов на архитекторов и садовников.

Архитекторы сначала чертят план, расписывают сюжет по главам, составляют карточки героев, прописывают арки, мотивации и даже цвет глаз второстепенного персонажа. У них могут быть таблицы в «Экселе» и папка с документами, куда они заносят все ружья, чтобы ни одно не осталось висеть. Они строят текст, как дом: сначала фундамент, потом стены, потом крыша. И когда дом готов, они приглашают читателя.

Садовники сажают семечко. Или даже не семечко, а просто идут в поле и смотрят, что вырастет. У них нет плана. Есть  импульс, первая фраза, герой, который вдруг постучался в голову. Они не знают, чем всё закончится. Они идут за историей, а не ведут её. И иногда на месте, где они планировали грядку с морковкой, вдруг вырастает дремучий лес.

Но это все теоретически. Каждый автор, как архитектор, так и садовник вырабатывает свой собственный уникальный писательский метод и пользуется теми инструментами, которые удобны именно для него. Да возможно и нет чистых архитекторов или садовников, те и другие могут на определенном этапе заимствовать друг у друга те или  иные инструменты. Даже самые ярые «садовники» в процессе понимают, что им нужна хоть какая-то структура. А самые строгие «архитекторы» в момент написания диалога вдруг ловят себя на том, что герой говорит не по сценарию.

Но это все – красивая теория, за которой скрываются живые люди, у которых есть и творческий кризис, когда буквы отказываются складываться в слова, и подъемы, когда пальцы не успевают за мыслью. И не важно, кто вы в соответствии с этой теорией, лишь бы процесс давал желаемый результат. А вот если его нет, то, возможно, стоит пересмотреть методы работы.

Себя я отношу к садовникам. Это не хорошо и не плохо, просто мне так удобно. Я не веду писательский дневник, у меня нет черновиков текста, потому что переписывать все это потом на чистовик для меня подобно пытке. Если я не напишу сразу, то не напишу никогда. Я не составляю сразу арки персонажей и их характеристики, все это постепенно вырастает из текста само. Да и не всегда знаю сюжет до конца. Иногда для того, чтобы начать роман, мне достаточно какой-то одной яркой сцены перед глазами. Если увидела, значит, напишу. И сюжет у меня пущен на самотек. Я всегда держу его частично в голове, он нигде не записан и меняется по ходу действия, потому что я могу решить так, а герои совсем по-другому, и за ними последнее слово. Это же их мир и их жизнь. Я лишь придумываю им препятствия, а вот как их обойти, они решают уже сами.

В "Вересковом ветре" я изначально не планировала вводить линию колдуна, но он сам постучался в дверь с уже сложившимся характером. Пришлось открывать. И он удачно нашел место в сюжете, заполнив пробелы.

А как пишете вы? Вы архитектор, который знает, сколько будет глав, ещё до того, как написал первую или садовник, который сажает семечко и ждёт, что вырастет?