АТличные люди: Алена Ламберт

Серию интервью "АТличные люди" продолжает Алена Ламберт

Мы подружились недавно: я встретила в ленте блог Алены, зачиталась и обнаружила, что разделяю практически все ее мысли) Потом я конечно же прочитала другие блоги Алены, заглянула в книги...  

Полагаю, многие на АТ ищут не только читателей, но и единомышленников Мне определенно везет на людей 

1.Расскажите о себе. Откуда родом, кто по образованию, профессии, есть ли семья?
 
Мой родной город — Самара, один из крупнейших городов Среднего Поволжья. Именно здесь в 1978 году я сошла с репродуктивного конвейера) Есть «вышка» по направлению «литературоведение и мировая художественная культура», дополнительное образование по журналистике и дополнительное образование по таргетированной рекламе. Почти 30 лет работаю копирайтером и редактором, с 2008 года живу и работаю в Москве. Из семьи есть только единокровная сестра, она тоже проживает в Самаре.
 
2.Какие прочитанные книги более всего повлияли на вас как на читателя, а какие – как на автора?
 
Мне очень сложно отделить одно от другого, потому что те авторы, которыми я восхищалась как читатель, сформировали в итоге меня и как писателя.
В институте я писала дипломную работу по творчеству Пелевина, перечитала все, что было выпущено им на тот момент (2000-ые), взяла от него в свою копилку визуальность прозы, концепцию мира как продукта виртуальной реальности, работу с постмодернистскими приемами, «клиповость», обращение к масскульту и т.д.
В свое время взахлеб читала Паланика, и не потому, что это было модно — он мне действительно нравился. Псевдофилософские диалоги, цинизм, едкая ирония, юмор, рефрены с небольшими вариациями, нарушение классического линейного повествования в моей прозе — это все от него.
Я люблю Лукьяненко, но не только «Дозоры», хотя считаю их весьма ярким явлением в современной литературе с уникальной вселенной, мне нравится его работа с моральными дилеммами, сложными философско-социальными вопросами. Он глубоко прорабатывает образы главных героев, у него нет строго дуального деления, даже у положительных персонажей есть темные стороны, и меня это очень привлекает. Герой — не плоская фигура, с которой все понятно и прозрачно, у Лукьяненко он всегда больше, чем просто образ.
Мне близки и симпатичны авторы, разрушающие четвертую стену — впервые, наверное, это прием начал использоваться еще в древнегреческих театрах, но, если говорить о прозе, то это однозначно Шекспир, всячески любимый мной Набоков, Фаулз...
 
На меня в свое время огромное влияние оказал Борис Акунин. Я считаю его великолепным стилистом, одним из лучших в современной литературе. Можно как угодно относиться к нему как к человеку, но в стилизации ему равных нет. Он очень круто работает с речевыми особенностями разных типов персонажей с учетом их образования, социального статуса, рода занятий, с речевой атмосферой разных исторических периодов.
Я люблю метапрозу, хотя у меня она в чистом виде не встречается нигде. Рекомендую недавно прочитанную «Призрачную дорогу» Александра Снегирева, где главный герой — писатель, который рассуждает о природе творчества, создает персонажей и события книги, и все это переплетается с событиями его собственной жизни, в которой он пытается удочерить пятилетнюю девочку. Очень сильная книга, на мой взгляд.
Вообще говорить о какой-то отдельной книге, которая сформировала меня как автора и как читателя, я не могу, таких книг было очень много. Отец начал собирать библиотеку лет за 15 до моего рождения и, когда я пошла в институт, благодаря уже моим усилиям, она приросла еще где-то на наполовину.
Я перечислю только самые любимые, которые я перечитывала не раз – «Маленький принц», «Портрет Дориана Грея», «На западном фронте без перемен», «Зеленая миля», «Мы», «Чапаев и Пустота», «Солярис», «Парфюмер», «Лолита», «Империя ангелов», «О, дивный новый мир», «Визит старой дамы», «Волшебник Изумрудного города», «Конец детства», «Гаргантюа и Пантагрюэль»… Это, конечно, неполный список.  

3.Зачастую первыми читателями и критиками писателя-новобранца становятся его родные и близкие. Как ваши отнеслись к писательству? С интересом ли читали ваши сочинения, поддерживали? Или все обстояло иначе? Как думаете, почему родные и близкие отреагировали именно так?
 
Моих родных уже не было в живых, когда я начала писать активно. Первые юношеские стихи не показывала никому.

4.Помните ли вы первый читательский отзыв на ваше сочинение? Каким он был?
 
Да. Это был рассказ "Жатва", который сначала я опубликовала на Литгороде. В комментарии было, что «мрачно, но интересно, и слишком коротко, может, это только глава?»

5.Боитесь ли вы критики своего творчества? И нужна ли она вообще?
 
Я не боюсь критики, когда она по делу. Если рецензент является для меня авторитетом, если он однозначно указывает на слабые сцены, непроработанность образов, наличие «рояля», спотыкающуюся логику, какие-то откровенные штампы, ляпы — это одно. Но в большинстве случаев критика на АТ — это, скорее, вкусовщина, которая подается под соусом из писательского ЧСВ, за которым часто скрывается банальная зависть, и видимости владения художественным анализом. Как можно оценивать стейк, если вы веган? Как можно оценивать ранобэ, если вы сами пишете исключительно в жанре славянского фэнтези?
 
Можно полезть в бутылку и сказать, что текст — это все-таки текст, и для него есть универсальные законы: логика, последовательность, стиль, язык… Да, есть, но я настаиваю на том, что есть вкусовщина. На АТ есть рецензенты, которые, к примеру, принципиально не берут на бета-ридинг эротику или сплаттер-панк. Если у них отсутствует опыт читки таких текстов в принципе, можно ли доверять их критике, если речь идет о каких-то узких нюансах? Есть авторы, которые пишут, например, в жанре уся, который мне вообще не близок, но это же не значит, что я напишу плохой отзыв о книге только из-за этого?

6.Если вам сто раз напишут под книгой: Не пиши!!!», вы продолжите писать?
 
Конечно. Раньше бы расстроилась и на некоторое время забросила, теперь — не дождетесь)

7.Есть ли у вас авторская миссия? Как думаете, вам дано привнести в литературу нечто новое, сказать «свое слово»?
 
Я думаю, «свое слово» уже не дано сказать никому из нас, ибо эпоха постмодерна в литературе делает нас обреченными работать с вторичными смыслами, миксом жанров, стилей, инструментов, образов. Мы можем лишь создавать новые ракурсы, освещать привычные всем темы под другим углом, подсвечивать какие-то новые грани привычного. Как говорил директор базы в «Операции Ы», все уже украдено до нас.

8.Как вы представляете идеального читателя? Кому направлен ваш авторский посыл?
 
Идеальный читатель — тот, кто читает: медленно, вдумчиво, с осмыслением. В СССР вообще было принято читать с карандашом, делая пометки, возвращаясь к ним через какое-то время. Сейчас так читает даже не каждый бета. Этот читатель не читает «взахлеб», стремясь быстрее «поглотить» книгу — за ним никто не гонится, у него нет списка «100 книг, которые нужно прочесть каждому за всю жизнь». После прочтения он пару дней может ходить под впечатлением, осмысливая и переваривая прочитанное, а затем, возможно, пишет пост-отзыв о книге, давая краткое резюме своего читательского опыта и обзор рекомендаций, почему он может советовать прочесть эту книгу другим. Я знаю одного такого читателя на АТ. Это Svetik.
 
Мой авторский посыл адресован всем думающим людям, всем, кто хочет не попкорновой литературы, а литературы, заставляющей, по словам Эркюля Пуаро, «работать серые клеточки». Те, кто ищет в моих текстах «развлекухи», будут разочарованы. Нет, юмористическая составляющая у меня тоже есть, но в первую очередь — драма, испытания, нелегкий выбор, ситуации, которые определяют границы человечности. Закрыть книгу в таком случае и просто забыть не получится. Если мои тексты что-то изменят внутри человека, я буду рада. Миссия выполнена.

9.Какие, по вашему мнению, качества необходимы писателю? Почему именно они, и все ли из них вам присущи?
 
Мне писательские качества представляются конструктором, где каждая деталь на своем месте. Они скреплены друг с другом как шестеренки в часах: одна тянет за собой другую, и вместе они задают темп хорошему писательскому темпу для создания крепкого и качественного произведения. В первую очередь у писателя должна быть начитанность: сложно создавать тексты, если нет бэкграунда, как это делают другие. Причем начитанность должна базироваться не на бестселлерах, а на старой доброй классике и тех книгах, что были после нее — до сего времени. С осторожностью бы рекомендовала то, что выходит последние 25 лет, особенно касательно сетературы, т.к., на мой взгляд, это не то, на что следует ориентироваться. Зачастую это только коммерческие тексты, изобилующие штампами, клиффхэнгерами ради самих себя, с низким качеством, манипулирующие вниманием и сознанием, но не несущие глубокой смысловой нагрузки.
 
Начитанность тянет за собой общий интеллектуальный уровень: чем более развит писатель, чем больший багаж знаний доступен ему изначально, тем более сложные и многогранные миры он может создавать, тем более детально их прорабатывать. Нестрашно, если, например, писатель создает роман в жанре «стимпанк», но знает лишь базовые принципы работы механизмов — сегодняшняя доступность информационные ресурсов и ИИ нивелируют эту проблему, но базу знать нужно. Сюда же отнесу и воображение. Кстати, его легко развить специальными упражнениями, тем же творчеством, наблюдательностью.
 
Убеждена, что писатель должен быть обязательно любознательным и обладать критическим мышлением, умением трезво взглянуть на идею и на текст, оценить слабые и сильные стороны, а не вставать в позу недооцененного гения. Почему нужна любознательность — как раз говорила об этом в предыдущем абзаце. Без нее просто невозможно двигаться дальше.
 
Я бы сказала, что без требовательности к себе, самодисциплины и самоорганизации писателю тоже будет очень трудно. В процесс всегда будет вмешиваться жизнь: обстоятельства, личные дела, бытовые проблемы, различные форс-мажоры. Необходимо уметь соблюдать баланс без перекоса, брать на себя ответственность за сорванные сроки, если писатель уже работает с издательством или выпускает «впроцессник» по подписке. В эту же копилку пойдут терпение и усидчивость, а также готовность к неудачам и стрессоустойчивость. Писатель — существо ранимое и подчас обидчивое. Очень важно не воспринимать критику как глобальную катастрофу и конец своего писательского пути. Если критика по делу — она поможет выявить точки роста, обозначить проблему и двигаться по пути ее решения. А стрессоустойчивость в свете последних событий в мире вообще, мне кажется, должна быть мастхэв-качеством у каждого человека.
 
Чтобы создавать достоверные жизненные образы, многослойные и сложные, хорошо бы обладать развитой эмпатией и знанием человеческой психологии. Если первая мне представляется скорее врожденным качеством, то второе вполне можно развить благодаря той же любознательности, начитанности и воображению. Это как раз к вопросу о шестеренках в часовом механизме, с которого я начала ответ на свой вопрос.
 
Ну и, наконец, нужно просто любить свое дело. Если человек тащит себя к ноутбуку за шиворот, пишет через силу, мне кажется, ничего хорошего из этого не получится, это скажется на тексте, а пострадает в первую очередь читатель. Без искренней вовлеченности, без «горения» ничего не получится, умрет даже гениальный талант. Для меня писать — так же естественно как дышать. Если у меня это отнять, мне кажется, я умру. Правда.
 
Какие из них мне присущи?.. Думаю, в той или иной мере все. Я бы добавила еще любовь к деталям. Если в моем тексте есть какие-то профессиональные моменты, я глубоко изучаю тему, консультируюсь со специалистами, чтобы добавить тексту достоверности. Отчасти толчком к этому стали разные ляпы в американских фильмах, касающихся отражения российской действительности. Вот, чтобы не допустить такого же «испанского стыда» в своих текстах, я всегда работаю с нюансами и деталями.
 
10.Какие литературные жанры и темы вы обходите стороной, а какие эксплуатируете по полной? Почему?
 
Не пишу эротику — я считаю, что я не умею ее писать. Отчасти, наверное, потому что мне это не совсем интересно. Есть прекрасные авторы, которым это удается куда лучше, например, Кирилл Ютаев.
 
Не пишу научную фантастику — считаю ее очень серьезным жанром, у меня очень высокая планка для таких текстов, могу сказать, что многое из того, что читала на АТ, сильно до нее не дотягивает. Это не высокомерие, а фактология. Для меня индикатор того, что можно считать хорошей научной фантастикой — это «Интерстеллар» Нолана. Но это кино. В книгах, наверное, такого нет. Я убеждена, что нужны хорошие знания для таких текстов, поэтому я даже смотреть в сторону этого жанра не буду.
 
Не уверена, что смогла бы написать хороший текст про прогрессорство, хотя… если изучить тему… У меня сейчас есть в работе один роман, где героиня, попав в другой мир, будет применять свои знания, но это будет, скорее, похоже на магию, если говорить о точке восприятия местными жителями. В бытовом плане, наверное, эта ее «суперспособность» бесполезна, а вот в общечеловеческом, наверное, судьбоносная.
 
Не очень люблю ужасы, особенно ужасы кровавые, с расчлененкой и т.д. — у меня есть стойкое убеждение, что часто авторы прибегают к таким описаниям для создания шок-эффекта, а не с художественной целью. У меня, правда, есть рассказ в жанре ужаса, написанный для конкурса, но в том и дело, что эффект саспенса там создается опосредованно — оговорками, намеками, полутонами, осмыслением. Сцена описания монстра в рассказе, кстати, далеко не самая страшная. Страшнее всего — осознание героем своего будущего конца, обреченность, психологическая глубина, которая открывается в результате этого знания.
 
По полной я эксплуатирую пока русреал, драму, мистику, триллеры. Мне кажется, у меня это получается — драмы в жизни было предостаточно. Также скоро попробую свои силы в фанфике — абсолютно новом для меня жанре, и литРПГ. В планах — когда-нибудь написать красивое фэнтези наподобие «Властелина колец».
 
Если говорить о темах, отчасти ответила в предыдущем вопросе.

11.Вы склонны к соперничеству? Участвуете в конкурсах?
 
К соперничеству не то что склонна, я вообще не очень азартный человек, если только в бильярде, в который очень люблю играть. Я участвую в конкурсах не ради победы, мне гораздо интереснее получать обратную связь от читателей. До недавнего времени у меня черная полоса касательно конкурсов, участвовала часто, но никогда не удостаивалась внимания. Но это были конкурсы вне АТ. На АТ уже участвовала в нескольких конкурсах, и здесь меня отмечали. У меня есть и собственный конкурс ультракоротких рассказов в 33 слова. Через месяц стартует 3 сезон, приглашаю поучаствовать всех желающих.

12.Если в самосудном конкурсе придется оценивать книгу автора, с которым у вас сложные отношения – скажем, он у вас в чс – как себя поведете?
 
Буду максимально объективной. Личные конфликты никак не связаны с профессионализмом автора.

13.Если ли у вас писательские ритуалы?
 
Есть. У меня есть любимая футболка, в которой я пишу, но одежда в данном случае не важна. Важна атмосфера вообще. Лучше всего мне пишется после полуночи. Ночь — это мое время (мне кажется, я в прошлой жизни была ведьмой))) Есть специальный плейлист именно для работы над текстом. Ничего конкретного — просто любимые мелодии. Старый советский рок (БИ-2, Агата Кристи, Наутилус, Сплин, Чайф, Ария, Черный кофе и т.д.) там отлично соседствует с классикой (обожаю Сесилию Бартоли), олдовый рейв типа Скутера и хаус  — с блюзом и джазом, современный дэнс-поп с фолком и этникой. Я слушаю все, для меня важен вайб композиции и ритм, но рок все-таки плотнее остальных направлений пустил в моем сердечке свои корни. Напиток — либо красное вино, либо крепкий кофе с коньяком. И обязательно — абсолютная тишина в мыслях. В эти моменты я не думаю ни о работе, ни о личной жизни, ни о проблемах. Не люблю это выражение, но да, я "в потоке")
 
14.Как думаете, что ощутит (ощущает) ваш ребенок, читая вашу книгу?
 
У меня нет детей и вообще, думаю, мои книги не для детей.

15.Вы любите людей?
 
«Чем больше узнаю людей, тем больше нравятся собаки».

Большое спасибо за участие в проекте, Алена! Желаю крепкого здоровья и новых творческих успехов!