Из былого спелеологического 2

  Здесь приведу отрывки из дневника студентки Светланы, что участвовала в той же экспедиции 1983 года. О которой у меня есть блог по следам собственного дневника.  Пещера Большая Пехоровская, попытка дойти до конца не удалась. Но нашиими усилиями мы увеличили длину пещеры почти до 3 километров, провели топосъемку и прочие исследования. Они даже стали примером для многих спелеологов СССР. Она под левой горой. 

 Прежде чем попасть в дальнюю часть пещеры Пехоровская, необходимо было прокопать 20 (или 40?) метровый тоннель в песке из большого зала, названного Грифон, в Галерею. Этот низкий, но широкий лаз получил название Пережим.

Копали понемногу парами все по очереди в течение недели, но дело шло медленно, начинали поджимать сроки. Основная работа досталась Кабанихину Александру и Угарову Андрею. В один из дней руководитель группы поставил перед ними задачу прокопать Пережим до конца.

Мужики запланировали выход в пещеру на 12 часов. Взяли с собой снаряжение и продукты. Воодушевленные предстоящей работой и ее значением для продолжения экспедиции, отправились в подземелье.

Копать пришлось в сложных условиях. Из зала, где стоишь во весь рост, по правой стене надо было наклониться под низкий эрозионный скол, встать на четвереньки, протиснуться под скол, лечь на песок и так копать. Маленькая саперская лопатка не вставала вертикально под потолок. Копать влажный, тяжелый песок, сверху покрытый липкой глиной, непросто.

Облегчало работу только то, что под сколом у тоннеля не было стен. Это была огромная щель, в которой потолок из твердой породы смыкался с песчаным полом. Мужики расталкивали песок по сторонам, прокладывая в нем траншею, по которой можно было проползти.

  В итоге первоначальной очистки получился шкуродер метров сорок из них семь особо сурового. Когда я и мой друг Борис помогали закидывать лагерь, эти метры стали особо суровыми. И это учитывая, что мы были худющими пацанами. В итоге на локоточках подтягиваешься вперед, а к ноге привязан транспортный мешок. Где-то через неделю было решено расширить Пережим, мне и товарищу Володе досталось эта честь, как удачно прошедшим акклиматизацию. Дело простое - ногами и руками спихивать песок в стороны. В итоге эти сорок метров стали более проходимыми. И наша команда збросила внутрь Лагерь № 2. 

 Автор после той заброски. В Смене наложились три кадра))

Впервые запланирован базовый подземный лагерь в пещере Пехоровская на довольно длительный срок - две недели без выхода на поверхность. Такого ранее в северных пещерах не было.

В снаряжении было все продумано до мелочей. Забрасывать его пришлось на километр под землей. Северные пещеры не отличаются особо просторными размерами. Большая часть пути в них проходит в горизонтальном положении. Снаряжение не несут на себе, а волокут за собой.

Пехоровской надо отдать должное, по сравнению с Кулогорской системой пещер, она чуть повыше в средних величинах высот, кое-где можно идти в полный рост.

Снаряжение, продукты, оборудование были уложены в непромокаемые транспортники - 11 штук по 10-15 килограммов. Заброску произвели 8 человек в течение 8 часов.

При заброске ощутили разницу между подстилающим грунтом на дне пещер. Ранее неоднократно забрасывали подземные лагеря в разные пещеры Кулогорской системы. Кулогорские пещеры - это так называемые "пещеры перетока паводковых вод". В них медленное течение, и поэтому осадочный грунт на дне пещер - тонкая глина. К тому же в пещерах много подземных водоемов. Делать заброску по такому грунту легче. Сказываются законы физики: спелеолог в сыром комбинезоне и сырой транспортник скользят по влажной глине. Толкнул транспортник вперед, он около одного или полутора метров скользит сам. А с бугорка, глядишь, и ты прокатился. Все ж легче!

Пехоровская пещера "разгрузочного" типа. Скорость течения вод быстрее, и в осадке на дне пещеры остается крупный песок. По влажному песку не очень-то поскользишь. Толкаешь транспортник впереди себя, или, привязав его к ноге, волочешь за собой, а он, гад такой, собирает впереди себя вал песка, который создает весомое сопротивление. Тяжесть неимоверная! Заброска была сложной. Все очень вымотались, когда дошли до зала с водопадом по названию Октябрьский, где было решено разбить лагерь. Это было первое испытание, которое мы ощутили в Пехоровской. Далее сюрпризов было много.

Кабанихин Александр и Поздеева Светлана, будучи студентами естественно-географического факультета Архангельского педагогического института, уже сдавшие экзамен по геологии и знавшие в теории азы этой науки, были назначены геологами этой экспедиции и несли в душе груз ответственности за исследование геологической структуры спелеомассива, в котором была заложена пещера Пехоровская. За свои обязанности принялись с большим энтузиазмом и азартом первопроходцев.

От самого входа в пещеру до дальней части составили подробную карту залегающих пластов пород, в которых проходит основная часть пещеры. Измерили толщину (мощность) каждого слоя, определили породы, зарисовали последовательность их залегания, измерили угол наклона и, по возможности, определили зеркало скольжения упавших пластов. Первыми вдвоем обследовали дальнюю часть Пехоровской.

И Пехоровская подкинула им приключений! Одно из них было сразу же при первопрохождении дальней части. Саша и Света отправились обследовать перспективы новых тоннелей. Пройдя значительную часть пещеры, еще не нанесенную на карту, они дошли до большого зала, в центре которого лежал огромный блок породы, рухнувший со свода и перекрывший дальнейший путь.

Саня стал искать проход справа от блока внизу, а Светлана, задрав голову, вглядывалась поверх блока под потолок. С правой стороны к блоку прислонилась большая плита, образовав треугольное отверстие, куда с трудом мог поместиться человек. Саня заметил лаз и исчез в нем.

Светлана поднялась вверх по выступам, так как увидела под потолком широкую щель и спокойно на четвереньках прошла на другую сторону блока. Спустившись быстро вниз, кинулась туда, где должен появиться Саня, а там - треугольная дыра с ладошку величиной. Она крикнула в дыру: "Саня, стой! Здесь не пройдешь!". На что в ответ услышала: "Уже поздно! Кажется, я застрял". 

Кабанихин Александр и Поздеева Светлана, будучи студентами естественно-географического факультета Архангельского педагогического института, уже сдавшие экзамен по геологии и знавшие в теории азы этой науки, были назначены геологами этой экспедиции и несли в душе груз ответственности за исследование геологической структуры спелеомассива, в котором была заложена пещера Пехоровская. За свои обязанности принялись с большим энтузиазмом и азартом первопроходцев.

От самого входа в пещеру до дальней части составили подробную карту залегающих пластов пород, в которых проходит основная часть пещеры. Измерили толщину (мощность) каждого слоя, определили породы, зарисовали последовательность их залегания, измерили угол наклона и, по возможности, определили зеркало скольжения упавших пластов. Первыми вдвоем обследовали дальнюю часть Пехоровской.

И Пехоровская подкинула им приключений! Одно из них было сразу же при первопрохождении дальней части. Саша и Света отправились обследовать перспективы новых тоннелей. Пройдя значительную часть пещеры, еще не нанесенную на карту, они дошли до большого зала, в центре которого лежал огромный блок породы, рухнувший со свода и перекрывший дальнейший путь.

Саня стал искать проход справа от блока внизу, а Светлана, задрав голову, вглядывалась поверх блока под потолок. С правой стороны к блоку прислонилась большая плита, образовав треугольное отверстие, куда с трудом мог поместиться человек. Саня заметил лаз и исчез в нем.

Светлана поднялась вверх по выступам, так как увидела под потолком широкую щель и спокойно на четвереньках прошла на другую сторону блока. Спустившись быстро вниз, кинулась туда, где должен появиться Саня, а там - треугольная дыра с ладошку величиной. Она крикнула в дыру: "Саня, стой! Здесь не пройдешь!". На что в ответ услышала: "Уже поздно! Кажется, я застрял". 

Света торопливо перескочила через блок под потолком обратно. Заглянула в лаз. В глубине его пыхтел Санька, пытаясь выбраться, но все каменные выступы цеплялись за его комбинезон. Он так плотно сам себя вогнал в эти каменные тиски, что ничего не мог сделать. Видимо, азарт первооткрывателя создал иллюзию способности раздвигать стены. "Света, тащи меня!" - крикнул Саня из западни.

Уже стал тускнеть свет фонаря - значит, скоро потухнет. Света одна… Санька в шкуродере под плитой… Они были в новой части пещеры, до этого никому неизвестной. До ПБЛа, примерно, часа полтора хода, до поверхности - все три. В запасе есть кусок свечи, которого хватит на час. Значит, одной до лагеря не дойти. Время выхода закончится через два часа, тогда друзья спохватятся, что не все вернулись. Еще полчаса на сбор спасательной бригады. Ребята тоже после выходов, уже уставшие. Все будет очень не скоро. Да и когда доберутся до нас, Санька может погибнуть от переохлаждения. Когда у Светланки все это промелькнуло в голове, ей стало жутко. Но в экстремальной ситуации она действует быстро.

Нырнула в лаз. Увидев подошвы Санькиных резиновых сапог, попыталась ухватиться за них, но руки скользили по мокрой глине сапог, и тащить было не за что. Ухватилась за штанины комбинезона и, отползая, стала тянуть изо всех сил. "Боже, как трудно!" Саня тоже старался, но ничего не получалось. Застрял основательно. Много прошло времени, когда они чуть продвинулись. Светлана вышла из лаза, но Санька все еще продвигался с большим трудом. Тогда она села вперед лицом к лазу, ногами уперлась в стену по бокам хода, наклонилась вперед, схватила Саньку за штанины, и, упираясь ногами и всем телом, стала тащить его оттуда. Рывок, еще рывок… Санька задвигался сам. Света отпрянула в сторону, давая ему дорогу. Выбрался.

Прошла первая неделя подземного лагеря в Пехоровской. Участники "подземки" стали замечать значительные изменения в протяженности времени бодрствования и сна. Длительность подземных суток значительно удлинялась день ото дня. Но никто не стал придавать этому особого значения, пока не произошло такое событие.

Каждое утро в строго определенное время участники экспедиции проводили сеанс телефонной связи с поверхностью: докладывали о самочувствии, сообщали, как идут дела, что успели сделать, какие планы на новый день.

И вот, спустя неделю, утром ребята на поверхности не услышали ответа по телефону из "подземки". Обеспокоенные тем, что же могло там произойти, подождали немного и позвонили вновь. Но вновь ответа не последовало.

Часть исследовательских работ в пещере велась с поверхности и в этот день на выход в Пехоровскую собиралась группа гидронивелировщиков, возглавлял ее Николай Франц. Было принято решение, делать обычный рабочий выход и заодно выяснить обстановку в базовом подземном лагере. Если обстоятельства потребуют, то начать спасательные работы.

Гидронивелировщики благополучно вошли в зал, где стояла палатка "подземки". Подошли поближе, прислушались. В зале все было спокойно, и только струя водопада из стены нарушала тишину… Заглянули в палатку - оказалось, что все "подземщики" спят мертвецким сном в спальных мешках под голубым пологом.

Франц дал всем распоряжение: "Не будить!" и увел группу работать в дальнюю часть пещеры. Разбудили они нас только на обратном пути и то невзначай. Светлана спросонья среагировала на шорох возле палатки и разбудила всех. Сонные "подземщики" высунулись из палатки, увидели в зале гостей и стали спрашивать, откуда они здесь так рано. На что Франц возмущенно ответил: "Да вы проспали 18 часов! Мы переживали за вас, когда вы не вышли на связь! Проходя мимо, слышали ваш богатырский храп. Мы уж день отработали, возвращаемся. А вы спите!"

Мы были в недоумении. Единственное, что дало возможность поверить в услышанное, это чувство хорошо отдохнувших людей, исчезла многодневная усталость, которая тяготила всех обитателей ПБЛ. Вот сони-то!

 Я уже писал о сдвиге времени в отрыве от поверхности. Видимо, люди появились изначально на другой планете. У них 36 часовые сутки. 

 Два геолога экспедиции продолжали изучение Пехоровской. По заданию Николая Франца им предстояло выкопать два шурфа в осадочном грунте пещеры. Для этой работы выбрали участок Галереи. Саня жил на поверхности, Светлана - в "подземке". Каждый раз они выходили друг другу навстречу и встречались у шурфа. Перед тем как войти в пещеру, Саня звонил в ПБЛ Светлане и предупреждал, чтобы она выходила навстречу.

Так им приходилось встречаться несколько дней. Долгими часами копали мокрый песок на дне пещеры, который под своей толщей скрывал много удивительных открытий. Этой работой было доказано, что пещера имеет нижний ярус и возможно не один, что он полностью погребен толщей осадочных отложений. По величине частиц можно судить о скорости течения паводковых вод в пещере за определенный период времени. Возможно, что Пехоровская существовала еще до ледникового периода, но пришел ледник и своей тяжестью погрузил первые ярусы ниже. Современный ярус образовался уже после ледника. Следовательно пещера более древняя по происхождению, чем мы думали ранее.

В один из дней Саня как обычно пришел к месту раскопа. Он вылез из глубины Пережима в Галерею и увидел, что из шурфа идет свет, и звучит песня. Он позвал Свету. Ответа не последовало. Свет виден и песенка слышна. Саня громче позвал. Опять ответа нет. Но свет потух, да и песенка прекратилась. Саня подумал, что так шутит Светлана. Подбежал к шурфу. Заглянул внутрь в надежде увидеть там ее. Но там никого не было! Кругом темнота и тишина... Ему стало жутко и очень не по себе. Саня забрался в шурф и стал дожидаться. Светлана появилась не скоро, и это время было для него тяжелым переживанием неизвестности. Он долго расспрашивал Светлану, не была ли она тут ранее. А она удивленно пыталась доказать, что только сейчас пришла. Тогда Саня понял, что словил "глюки". Очень неприятное ощущение.

 Визуальные и слуховые галлюцинации стали преследовать участников экспедиции на десятый день. Виделись яркие картины, слышались музыка, разговоры, шорохи, шаги. Многим позже, через несколько лет, прочитав много литературы, Светлана сделает вывод, что длительный подземный лагерь ни в коем случае нельзя ставить возле близко шумящей воды, будь то ручей, водопад или звуки капели. Это отрицательно действует на психику человека. Ведь не даром из древности дошла пытка капающей водой.

 В Пехоровской подземный лагерь стоял у самого водопада. Водопад был маленький. Из стены на высоте полутора метров, как из водопроводного крана, открытого на всю мощность, текла струя воды, шумя на значительное расстояние. Хоть и маленький, но он и сыграл роковую роль, намного быстрее расшатав сознание участников подземной экспедиции. У вполне нормальных людей "поехала крыша".

  Добавлю, что еще один спелеолог  видел перед собой бегущего котенка. И коогда идешь в группе последним частенько слышишь за собой шаги. Сенсорное голодание играет с нашим мозгом шутки.

Вход в Пехоровскую. Между глыб сразу попадаешь в ручей. Позже мы приспосабливались ходить в одних гидроштанах. Пещера в целом радовала относительной сухостью. 

Продолжение следует.