О пьесе "Графиня де Монсоро", где Шико делает вообще всё
Автор: Елена КисельВ общем, мы тут поговорили в прошлом посте про образ Шико у Дюма. И обмолвились о том, что этот персонаж появляется не только в романах «Графиня де Монсоро» и «Сорок пять». Нет, у Дюма он засветился ещё и в пьесе, которая так и называлась «Графиня де Монсоро». И имела бешеный успех. Вот только есть у меня сильное подозрение, что не Дюма писал эту пьесу, а как раз таки верный его литературный Снейп… кхм, литературный «негр» Огюст Маке. Или он как минимум очень сильно тянул на себя одеяло. Поскольку то, что получилось, - уморительная вещица, о которой непременно нужно поговорить.
А ещё Шико в пьесе делает ну вот вообще всё, и непонятно, зачем там все остальные.
Предупреждения: спойлеры к роману. Спойлеры к пьесе. Куча цитат, потому что без них никак нельзя, там подлинные сокровища.

В пьесе авторы сохранили две основные линии: попытки захвата короля и принуждения его к отречению в монастыре св. Женевьевы и любви Дианы и Бюсси назло злому Монсоро.
Сюжетно у нас тут вот что: есть свадьба Сен-Люка, засада миньонов, ранение Бюсси и знакомство с Дианой, похищение Дианы герцогом, а потом Монсоро. Полностью есть арка с Горанфло и переодеванием Шико в монаха, с коронацией Анжуйского. Есть арка с Бюсси, который пытается заставить Анжуйского помочь Диане, а Монсоро всё переигрывает и в результате Диана должна быть представлена ко двору. Есть момент с признанием Бюсси и Дианы, есть финальная комедия с переодеванием шута в короля. Есть финальная драка.
А теперь отличия пьесы от романа:
- Барон де Меридор сам приезжает в Париж и сходу кидается к королю, просить о милосердии.
- Шико убивает Никола Давида прямо в монастыре (потому что в пьесе не место длинной поездке шута и монаха).
- Шествие лиги происходит прямо в День праздника Святых Даров, то есть прямо в день событий в монастыре. Подсократили.
- Урезали роль Горанфло в событиях. Она остановлена там, где он объявлен сомнамбулой монахами, любим народом, а Генрих собирается дать ему аббатство. В принуждении короля к отречению Горанфло не участвует.
- Шико не колотит Майеннского. Вместо этого всю компанию накрывает стража. Анжуйский и Монсоро арестованы, Гизы сбежали и Генрих клянётся их разыскать.
- Нет дуэли миньонов.
Ну, и наконец – самое гениальное. То, как две линии соединены воедино авторами. Аплодисменты.
Дюма и Маке две основные линии соединили одним Шико.
Потому что Шико теперь – воспитанник барона де Меридора и названный брат Дианы, вона оно как! Он у нас сиротинушка, которого де Меридор взял во дворец. Не дворянин (или дворянство выслужное). И да, он тут же узнаёт приёмного отца, но делает вид, что не узнал, и вообще, Меридор же не в себе. А потом втихаря с ним встречается.
Меридор: Ты хочешь меня бросить!...
Шико: Я не придворный и не главный ловчий, чтобы предавать друзей... Я помогу вам, будьте уверены.
Меридор: Так кто же ты тогда?
Шико: Шут…
Меридор: Ты?!
Шико: Как и вы!* Ступайте! Ступайте! (Барон де Меридор уходит. – Шико обращается к входящему Нансею) Он уехал... Не беспокойтесь о нем. И почему подобных людей впускают в Лувр?
* Шико играет словами, по-французски "un fou" - это и шут, и сумасшедший.
И Шико держит слово. Шико помогает. Потому что Шико делает в пьесе вот вообще всё.
Он, а не Сен-Люк предупреждает Бюсси о засаде миньонов.
Чудовищно стебёт герцога Анжуйского, а не только короля, Монсоро и миньонов:
Шико (вносит завтрак короля): Ах, вы ссоритесь ?... Два брата! Как красиво!
Король: Замолчи.
Шико: Энрике, ты же старший, ты должен быть более благоразумным, а ты заставляешь малыша плакать.
Герцог (уязвлено): Ах ты!
Шико: Он такой милый!... Я не хочу, что бы над ним издевались. Не так ли, Франсуа, сладенький мой?
Герцог: Государь, отпустите меня, умоляю вас… Отправьте меня куда-нибудь, освободите!...
Король: Я не задерживаю вас. (герцог выходит)
(муси-муси, пуси-пуси, сладенький мой… кхм. И Франсуа уже такой: ПАМАГИТЕ, отпустите меня в Гималаи от этого тролля!)

Дальше – именно он при помощи Бюсси выясняет, что Диана жива. И обещает названному отцу помощь. А когда Бюсси в отчаянии – мол, как же так, Анжуйский нам не в помощь – Шико совершенно не унывает. Он-то знает, что и Монсоро, и Анжуйский будут схвачены в монастыре. Кстати, это происходит преуморительно.
Герцог: Но кто тогда... (читает подпись) «Шико Первый!... »
Монсоро (стягивает капюшон с поддельного короля): О!...
Шико (хохочет): Ах-ха-ха! Как я вас разыграл?...
Герцог: Несчастный!
Король (снаружи): Выламывайте двери, господин де Крийон!
Герцог (в панике): Ко мне! Ко мне!
Монсоро: Все кончено!... Каждый сам за себя, монсеньор. (выпрыгивает в окно и скрывается)
(кто ещё прочитал это голосом шакала Табаки – поднимите руки).

Вообще, Монсоро в этой пьесе прямо-таки олицетворение зла. Не сложный образ из книги, а прямо вот подлец из подлецов. И страшный ещё к тому же.
Бюсси: Ох, отвратительный вид!... И таким людям вы покровительствуете, монсеньор?
Антраге: Какой он некрасивый, этот Монсоро!
Бюсси: Ужасный!... Странно, не знаю почему, но я чувствую, что мне придется столкнуться с этим человеком.
Риберак: Тем хуже для него.
Ливаро: О, черт, да он людоед!

А в землянке людоед, заходи-ка на обед! Нет, на самом деле там дальше рассказ Ливаро о том, как он видел Монсоро с похищенной женщиной. И заканчивается очень показательно:
Антраге: Подумаешь, мы тоже, случается, похищаем женщин!
Риберак: Да, но мы позволяем им кричать.
(Смеются.)
Шуточки знати, угу. Но вернёмся в сюжет. Монсоро-Табаки вяжут. Шико ручается за Бюсси, Бюсси отпускают. Анжуйский, увидев это, прямо при Монсоро оглушительно орёт, что ЭТО БЮССИ! БЮССИ С ДИАНОЙ!! А Бюсси хочет немного герцога зарэзать, но не может. Герцог же герцог и без оружия к тому же. И вообще, арестованный. Потому Бюсси слушается совета Шико и идёт обнимать Диану. Которая почти что вдова, потому что муж тоже под арестом.
Но инфернальный Монсоро в одного раскидывает свой конвой и коварно сбегает, чтобы люто замстить. И тут, конечно же, опять прибегает Шико (швец, жнец, на дуде игрец) и такой: Бюсси, чего сидишь, беги за подмогой, тебе с Монсоро махацца никак нельзя! А я тут это, я сестру посторожу.
Следует ещё одна уморительная сценка:
Шико: Я отведу ее к отцу. Поспешите привести сюда Сен-Люка и его людей, но не попадитесь сами Монсоро на глаза. Вы единственный, кто не должен коснуться даже волоска на голове этого человека. Давайте же!
Бюсси: Я тороплюсь! Но пока меня не будет?...
Шико: Тут буду я!
Диана: О, вы покидаете меня! Я брошена!
Бюсси: Я остаюсь...
Шико: Да вы в гроб меня загоните! Вы можете убить ее, но только не бесчестите!
Бюсси: Я ухожу!
Диана: Прощайте! Я люблю вас! Прощайте!
Бюсси: О, до свидания! (уходит)
Диана (со слезами): Увы!
Шико: Наконец-то я могу выдохнуть!
Шико уже просто… «А-а-а-а, сколько можно тащить на себе всю пьесу, дайте мне уже сдохнуть». И тут приходит Монсоро с убийцами (по дороге набрал, что ли?). Желание сдохнуть исполнено.
Ага, вы верно поняли. Это Шико дерётся в последней страшной схватке, это он изранен и умирает от потери крови. И это он убивает Монсоро! При этом до последнего не снимает маску и не говорит, что он королевский шут. А то тогда Монсоро как побежит Бюсси убивать и напорется на шпагу Бюсси, а тому тогда никак нельзя на Диане жениться.
Бюсси (громким голосом): Сюда!... Здесь убивают!...
Шико: Сюда! Сюда!... (убийцы в страхе убегают)
Монсоро (узнавая Бюсси в свете факелов): Бюсси!... А кто же тогда другой?...
Шико (отстраняя Бюсси, который устремляется к Монсоро): Шут!... (снимает свою маску) Который собирается сделать свою последнюю глупость... (одним ударом шпаги пригвождает Монсоро к стене)
Монсоро (вытягивает шпагу из груди): Шико!... Проклятье!... Демоны!…
(вбегают Сен-Люк и стражники)
Были демоны! Но самоликвидировались. В общем, основной вопрос всего вот этого – а что в тексте вообще делает Бюсси?!
Ну, что-что… женится на Диане. Нет, серьёзно. Хэппи энд.
Через смерть основного героя. Который, в отличие от Бюсси в романе, был главным не для одной линии, а для всех вообще линий в пьесе.

В общем, это очень странная пьеса. И поскольку тут есть имя Огюста Маке в качестве соавтора…
Тут отступление. Кто не знает, Огюст Маке – это такой негр. Но не настоящий, а литературный. Он – литературный подёнщик Дюма, который вместе с ним писал эпизоды из «Трёх мушкетёров» и «Графини де Монсоро» (и из других романов тоже). А потом судился с Дюма, потому что хотел, чтобы его фамилию добавили на обложку. Но проиграл. Так вот, если уж здесь Маке таки указан как соавтор – рискну предположить, что это его текст или в большинстве своём его текст. Потому что вот такие странные повороты, слезливые прощания и мелодраматические сценки - словом, дешёвый сентиментальный пафос очень в духе именно Маке. Чего только стоит его «Прекрасная Габриэль». Где тоже есть Шико.
И потому в следующий раз мы подробнее расскажем об этом романе.