Рецензия на сборник рассказов «Сандзу. Мрачные легенды Японии»

Японская нечисть — народ занятный. Одни приходят за грешниками, другие селятся в старой утвари, третьи болезненно воспринимают супружескую неверность. Причём попасть под раздачу можно по самому бытовому поводу. Не вымыл кухню, накопил хлама, поклялся любить до гроба. С последним особенно осторожно: некоторые воспринимают такие обещания буквально.

В «Сандзу» Надежда и Лина собрали семнадцать историй по мотивам японских легенд. Нас знакомят с очередным ёкаем, рассказывают о его привычках и выпускают к людям. Иногда прилагаются справки о поверьях и разновидностях нечисти. Получился своеобразный бестиарий с художественными историями, причём с благополучными исходами здесь напряжёнка.

Читал с интересом, хотя понравились мне рассказы по-разному. И дело, как ни странно, больше в людях, чем в чудовищах.

В «Сукима-онне» парень возвращается в родительский дом, замечает странности и пытается найти им объяснение. Дневниковая форма к месту: герой ещё убеждает себя, что ничего страшного не происходит, а читателю уже хочется посоветовать ему съехать. Люблю, когда ужас начинается с мелочи, которую в собственном доме обычно пропустишь.

«Тэндзё-кудари» понравилась злой иронией. Мужчина мечтает избавиться от жены и пожить наконец в тишине. Способ выбирает весьма сомнительный, зато последствия запоминаются. Старуха под потолком — образ замечательно мерзкий. «Хонэ-онна» тоже выросла из супружеских отношений, только там неприятности начинаются с красивого обещания вечной любви. После таких историй влюблённым впору нанимать юриста для составления клятв.

Отдельно отмечу «Каппу». Чудовище заключает с человеком сделку и, в отличие от некоторых людей, готово соблюдать её условия. Здесь уже можно поспорить, кто виноват и можно ли было избежать беды. Таких историй мне хотелось бы больше.

Потому что довольно часто персонажу заранее выдают один определяющий порок: жадность, жестокость, лень, похоть. Ещё познакомиться не успели, а уже понятно, за что его будут убивать. Ёкай обычно появляется без опозданий. Для народной страшилки схема привычная, но за семнадцать рассказов начинаешь угадывать ход событий.

Особенно жаль, когда сами обстоятельства интереснее готовой морали. Хидэки из «Цукумогами» хранит старые вещи, потому что одинок и тяжело переживает утрату близких. Аки из «Хиннагами» сначала просто хочет выбраться из нищеты. Да, оба ошибаются, причём серьёзно. Но у меня эти персонажи вызывают больше сочувствия, чем, кажется, предполагает авторская оценка. Ёкаям смягчающие обстоятельства безразличны, а читатель их замечает. И это даже хорошо: появляется повод поспорить о справедливости наказания.

Вот только повествование частенько спешит вынести окончательный приговор. Герой совершил глупость, расплатился, иногда особенно мучительно. Всё понятно. Но следом объясняют, почему жадничать плохо, а обещания нужно выполнять. Порой ещё и задают прямой вопрос читателю.

Да поняли мы. Особенно после того, как очередного бедолагу съели.

Авторы вообще любят подстраховываться: повторяют чувства персонажей, добавляют эпитетов, отдельно сообщают, насколько чудовищно происходящее. Между тем удачных образов хватает. Женщина в щели, покойница под потолком, ожившая утварь — они прекрасно пугают сами по себе. Мне бы хотелось, чтобы им почаще позволяли работать без пояснений.

С эротическими эпизодами похожая ситуация. К откровенности в хорроре у меня претензий нет; страх, возбуждение и отвращение отлично соседствуют. Но некоторые сцены соблазнения и расправы тянутся уже после того, как эффект достигнут. Подробности продолжаются, а напряжение понемногу уходит. И вычитка сборнику нужна: опечатки, пунктуация и согласования порой отвлекают даже в удачных эпизодах.

При всех придирках увлечённость авторов темой ощущается. Кое-какие существа были для меня почти незнакомыми, и после чтения захотелось узнать о них больше. Порадовало и завершение: «Дзенгё», история о добром духе, после убийств и проклятий оказалась очень кстати. Оказывается, с японской нечистью иногда можно и мирно сосуществовать. А я уже начал опасаться за местное население.

«Сандзу» вполне посоветую любителям японского фольклора и мрачных сказок, особенно если интересны авторские версии старых легенд. Здесь есть что почитать, чему удивиться и над чем поспорить. Мне же хотелось бы побольше неоднозначных людей, поменьше повторов и морали, которую проговаривают за читателя.

Пусть уж чудовища сами объясняют последствия человеческой глупости. У них убедительнее получается.