Arliryh

Повесть получилась классной, спасибо)

Гидра доминатус?)))

Рассказ напоминает гибрид Пелевина времен «Generation П» и какого-то европейского декаданса, но с совершенно самостоятельной интонацией. 

Мне понравилось, как здесь выстроен мир: «Новая Роза», Цепеши, жабы Шрайфеля, офисная геральдика всего этого болота, — всё это выписано с почти физическим отвращением, которое передаётся читателю. Это комплимент, потому что мерзость корпоративного ада здесь чувствуешь кожей.

Сильнее всего в тексте, пожалуй, язык. Метафоры живые и неожиданные, иногда грубоватые, но именно в этом их честность. «Дирижёр нейронного ансамбля», «корпоративный спрут с влажным хлопком», «бесцветный мстительный яд» водки — это работает. Очень хорошо схвачена та самая петербургская тоска по прямой, по углу, по лезвию... Вторая половина, когда начинается собственно пирокатарсис, написана с какой-то бесстыжей и прекрасной энергией. Сцена на балконе, где аплодируют снизу, — это да, дико, но в контексте «Новой Розы» и всего накопленного абсурда воспринимается как логичный взрыв. Мириам получилась настоящей "femme fatale", но не шаблонной: её перевоплощение из ледяной королевы в панк-икону с дурацкой шляпой и домашним вином из Сенного рынка придаёт ей объём. Она одновременно пугает и завораживает, и это именно то, что нужно для такого сюжета.

Теперь по объективным замечаниям. Первая половина, где герой интригует против Зазновского, написана отлично, но чуть более тяжеловесно, чем хотелось бы. Там очень много деталей, которые работают на атмосферу, но иногда начинают работать на торможение. Например, подробная сцена с Балановой, которая «закатывала глаза и тонко улыбалась», хороша, но если чуть сжать, динамика выиграла бы. Ещё один момент — переход героя от состояния «менеджер, марионетка, офисная акула» к финальному просветлённому «плевать на всё» происходит, честно говоря, слишком быстро. Да, поджог, да, шок, но психологическая дуга получается ломаной: в начале он циник, потом влюблённый дурак, потом жертва обстоятельств, а в финале — почти дзенский наблюдатель. Этому превращению не хватает пары абзацев внутренней работы, чтобы читатель точно поверил.

Есть и несколько смысловых шероховатостей. Если Мириам так тщательно стирает свои цифровые следы, зачем оставляет в номере помпон? Это красиво символически, но роняет логику. Также сцена в МФЦ утром — смешно и неожиданно, но выбивается из тональности мистического эротического триллера. Хотя, возможно, автор как раз хотел этим сбить пафос, и это сознательный приём. Тогда очень даже ок, мне понравилось.

Концовка с Цепешем-старшим, аксолотлем и письмом в Alecto inc.: сильный ход. Он превращает историю из локального бунта в нечто большее, в игру сил, где герой даже не главная фигура, а просто разменная монета в чужой партии. Это правильно и горько. И в этом смысле финальная улыбка героя, идущего в темноту Гороховой, читается не как победа, а как временная передышка, что гораздо интереснее и честнее.

Итог: хороший, вкусный, в хорошем смысле злой и чувственный рассказ с ярким голосом. Он перегружен местами, герой мог бы меняться плавнее, но эти недостатки тонут в энергии текста и в том, как автор чувствует город и абсурд. Хочется почитать что-то ещё этого автора в длинной форме, потому что тут явно есть дыхание и смелость.

Спасибо!

(P.S: обложка топ.)

Почему же? Я всегда рад читателям и гостям своей страницы. Если в чём-то наши мысли не совпадают, в этом нет ничего плохого. К тому же я убеждён, что хэппи-энды или финалы, ставящие логическую точку, тоже чрезвычайно важны. Статья скорее про то, почему открытые финалы могут быть достойным решением

Тоже имеет место! 

Спасибо за внимание)

Самое сложное, на мой взгляд, именно отпустить героев, не скатившись в "и жили они долго и счастливо". Спасибо!

Прочитал, интересно! Вспоминаю свой класс, у нас примерно половина была "безотцовщиными", так что таких ситуаций не возникало. Осень передана атмосферно, хороший финал. Спасибо!

Забавные! Очень интересно получается

Большое спасибо) Всё же это самопиар

Вам спасибо) Планирую периодически выкладывать мысли на эту тему. Из того, что считаю важным и злободневным

Добрый вечер! Спасибо, что подняли интересную тему! Не могли бы вы ещё, пожалуйста, для тех, "кто в танке", обозначить преимущества Пикабу? Там есть монетизация?

Спасибо за рекомендацию, про "День восьмой" не слышал, надо разобраться) ИИ-ревью сугубо опционально

Это Вам большое спасибо!)

Прекрасный город. Очень колоритный и душевный, настоящая Россия

Да кто же спорит? Согласен с вашими тезисами

В любом случае - удачи и всяческих успехов!

Какая честь жить среди таких людей! Спасибо большое за посты, они каждый раз поднимают настроение)

Ключевое тут - разные подходы к определению авторского самоосознания. Безусловно, я ни в коем случае не отрицаю, что Крисп, Цезарь, Геродот и другие знаковые личности писали прозу и иные тексты

Здравствуйте, спасибо за вопрос! Уточнил чуть ниже, что я имел в виду: "«Федон», как и другие диалоги Платона, — безусловно, проза. И проза высочайшего качества. Но в античности её автор не воспринимался и не воспринимал себя так, как мы сегодня воспринимаем писателя. Платон для современников был прежде всего философом, учеником Сократа, основателем Академии. Его тексты — способ философствования, поиск истины, запись разговоров учителя. Художественная форма диалога была для него второстепенным инструментом. В моём тексте важно следующее разграничение: в античности не существовало фигуры профессионального писателя-художника, который исследует человеческую природу через вымысел. Были:

Поэты (эпос, лирика, драма) — их считали одержимыми музами.

Философы (Платон, Аристотель) — мыслители, учителя.

Историки (Геродот, Фукидид) — те, кто описывает события.

Ораторы (Цицерон, Демосфен) — политики и судебные защитники.

Все они писали прозу. Но никто из них не был «писателем» в том смысле, в каком мы говорим о Толстом, Достоевском или Флобере.  В этом ключевое различие, которое я пытался провести: появление писателя как отдельной фигуры, чья главная задача это художественное исследование жизни через прозу, происходит позже"

Хороший вопрос. Ирония в том, что ИИ не умеет врать ровно потому, что не умеет говорить правду.

Враньё ведь это осознанное искажение истины. Оно требует знания того, что есть правда, и намерения эту правду скрыть или перекроить. ИИ ничего этого не имеет. У него нет ни намерений, ни сознания, ни отношения к истине. Он просто предсказывает следующее слово на основе статистики. Когда он ошибается фактами — это не ложь, это сбой. Когда он выдумывает — это не фантазия, а генерация.

Человек врёт, изменяя правде. ИИ существует в пространстве, где "правды" для него просто не существует. Только слова и вероятности.

ИИ часто пишет о чувствах: о любви, боли, одиночестве, надежде. Он может выстроить идеально правильную фразу о разбитом сердце, подобрать верные интонации, сымитировать живое переживание. Но у него нет сердца, которое можно разбить. Нет опыта, нет памяти, нет тела, которое помнит утрату. Он имитирует присутствие, оставаясь отсутствием. Писатель же платит за каждое слово собой. Когда он пишет о боли, то, вероятно, он был в этой боли. Когда пишет о радости, он её помнит. В этом разница между имитацией и свидетельством.

Поэтому фраза «не врать» в адрес человека имеет вес. А в адрес машины смысла не имеет. С праздником!

«Федон», как и другие диалоги Платона, — безусловно, проза. И проза высочайшего качества. Но в античности её автор не воспринимался и не воспринимал себя так, как мы сегодня воспринимаем писателя. Платон для современников был прежде всего философом, учеником Сократа, основателем Академии. Его тексты — способ философствования, поиск истины, запись разговоров учителя. Художественная форма диалога была для него второстепенным инструментом. В моём тексте важно следующее разграничение: в античности не существовало фигуры профессионального писателя-художника, который исследует человеческую природу через вымысел. Были:

Поэты (эпос, лирика, драма) — их считали одержимыми музами.

Философы (Платон, Аристотель) — мыслители, учителя.

Историки (Геродот, Фукидид) — те, кто описывает события.

Ораторы (Цицерон, Демосфен) — политики и судебные защитники.

Все они писали прозу. Но никто из них не был «писателем» в том смысле, в каком мы говорим о Толстом, Достоевском или Флобере.  В этом ключевое различие, которое я пытался провести: появление писателя как отдельной фигуры, чья главная задача это художественное исследование жизни через прозу, происходит гораздо позже. И водораздел проходит не между стихами и прозой, а между разными типами авторского самосознания.

Спасибо за вопрос!

Вам спасибо за внимание и за эту точную ремарку. Действительно, война стала тем страшным катком, который окончательно сравнял с землей сложные рельефы авангарда, но процесс во многом был запущен раньше — ещё в середине 30-х авангард уже задыхался. Однако вы правы: та духовная и художественная экспансия, которая питала первых «фарфоровых пророков», была уничтожена физически вместе с людьми, городами и странами. Вторая мировая подвела черту под эпохой, когда искусство ещё верило, что может переделать мир

Спасибо! Рад, что текст заинтересовал

Спасибо большое!

Язык вообще любит такие кульбиты)

Кстати, насчёт «имбы». Насколько я знаю, у этого слова двойная родословная, и в этом его прелесть (ой, в смысле, его обаяние...). Молодёжь позаимствовала его из геймерского сленга, где «имба» (от английского imbalance) — это персонаж или способность, которые настолько сильны, что ломают игровой баланс. То есть «крышесносный, вынос мозга».

А вы слышите в нём отголосок «имбецила». И получается удивительная вещь: обе версии описывают, по сути, отклонение от нормы. Просто для одних это отклонение в сторону «гениально», а для других же, в сторону «диагноз». И слово это, похоже, отлично чувствует себя на этом смысловом перекрёстке. Такое вот «имбовое» слово получилось: и ругательство, и похвала одновременно. Язык не перестаёт удивлять))

Не знаю, насколько это "по возрасту", но почему бы и нет?.. Ярослав Гашек «Похождения бравого солдата Швейка» 

Козырёк есть, однако или ветер поднялся сильный, или ещё что, - этот кусок его спокойно пролетел и грохнулся на ступеньки  

Трогательно! Интересно получилось

С третьим))

Тут всё прекрасно.

Мне тоже) Человеку - человек, как говорится. Но и о сложных технологиях интересно периодически повизионировать

Рекомендую ещё выложиться на Джаадж.клаб, там много ценителей этого жанра. Удачи и успехов!

Желаю вам всего самого наилучшего! Иногда действительно лучше без поводов для удивления

Раньше путь к слушателю был как узкий мост с охраной у входа — пройти могли единицы. Сейчас этот мост превратился в широкую равнину, куда может выйти каждый с гитарой, синтезатором или просто с искренней идеей. Это прекрасно и демократично.

Но в этом и заключается главная сложность. Когда возможностей так много, а барьеров почти нет, возникает невероятный шум. Голос гения, который раньше был бы услышан сразу, теперь растворяется в хоре тысяч голосов. Он не исчез, а просто стал одной из многих нот в общем гуле. Как у Пелевина: «Когда одни карнизы подсвечивают сильно, другие незаметны». Яркий свет мейнстрима, хит-парадов и алгоритмических рекомендаций ослепляет, и наш взгляд просто не успевает заметить тихий, но настоящий свет таланта где-то сбоку.

Поэтому да, прекрасные исполнители, поэты, композиторы есть. Их, возможно, даже больше, чем когда-либо. Но они рассыпаны, как самородки, и чтобы их найти, теперь нужно не просто включить радио. Нужно стать старателем: копать, вслушиваться, смотреть за пределы первых строк поиска или главных плейлистов. Ваша находка Garry Mint — идеальный пример того, что такая «раскопка» того стоит. Это и есть современный способ находить музыку: не ждать, когда её преподнесут, а искать самому. И каждая такая находка — маленькая победа.

Спасибо за интересные размышления.

Здорово) А ударение куда падает? "сполохало", на "а"?

Тоже имеет смысл, спасибо за интересные размышления

Почему бы и нет? Берите, пожалуйста  

«Балетные байки», думаю, прекрасная идея! Истории из малознакомой, почти закрытой и такой эстетизированной сферы, как балет, - это звучит как нечто достаточно интересное даже для искушённого читателя. Закулисье классического театра окутано мифами, и возможность увидеть его изнутри — живым, сложным, смешным и очень человечным — это настоящий подарок для аудитории. Желаю вам успеха в этом начинании.

Спасибо, очень интересно! Надо обязательно прогуляться по этому каналу

Прочитал внимательно. Это текст, который работает как сложный механизм — здесь важна не столько история, сколько точность деталей и баланс между планами.

Что удалось безусловно — это ритм. Чередование глав от двух голосов, фрагментов из лимба и дороги создаёт ощущение движения, но движения по кругу. Оба персонажа говорят разным языком: её монологи более обрывчатые, эмоциональные, с резкими перепадами; его — развёрнутые, аналитические, даже в отчаянии он пытается классифицировать чувства. Хороший способ показать разность их опыта: она живёт в вечном «сейчас» наказания, он — в бесконечном «после» вины.

Интересно устроен мир. Мистика здесь не гротескная, а бытовая: демон-курьер с нарисованными глазами, карточки как инструмент перемещения, отель «Эдем» как временный рай. Это напоминает не сказку, а систему — бюрократическую, неумолимую. И на этом фоне реалистичные детали по типу Волгограда в сорокаградусную жару, кафе на трассе, номера в «Шератоне» и т.д., приобретают сюрреалистичный оттенок. Получается, что даже «реальность» в тексте — условность, такой же лимб, только более просторный.

Персонажи выдержаны в одной тональности. Кей — не монстр, а уставший человек, который давно принял свою роль в спектакле. Его выгорание, цинизм, даже иногда трусость не осуждаются, а показываются как естественное состояние системы, в которой он существует. Его прозрение в конце не выглядит натяжкой, потому что подготовлено мелкими сдвигами: интересом к спутнице, вспышками беспокойства за неё, непривычной нежностью. Жанна-Мария же интересна скорее как функция, чем как характер. Она проводник, искусительница и спасительница в одном лице, и её мотивация остаётся полускрытой, что правильно. Их отношения достаточно детально процессированы: взаимное ранение, исследование, попытка достучаться.

Стилистически есть моменты, где плотность метафор слегка перевешивает. Например, в сценах погони обилие кинематографичных сравнений («как в ГТА», «крысиные очертания») немного выбивается из более медитативной ткани. Но, возможно, это сознательный ход, этакое вторжение жанра в камерную драму, как вторгается на трассу «Форестер».

Финал закономерен. Любое спасение здесь  временно, потому что ошибка не в поступке, а в устройстве заданного мира. Возвращение в исходную точку, в квартиру с горящим окном, — единственно честный вариант. Это не пессимизм, а констатация: искупление — не одноразовый акт, а бесконечная практика.

В целом, это цельный текст, который знает, что делает. Он не пытается понравиться или шокировать; он моделирует состояние. Состояние бега, тоски, надежды, которая угасает и разгорается вновь. И делает это без лишних слов, что сегодня редкость.

Не за что) Мне нравятся ваши рассказы и повести. "Проклятие Богомола", "Молчание квартирных трещин"... Добротно! У меня есть цикл "Феромоны бетонных джунглей", в котором исследуются близкие к ним по духу концепции, но под другими углами. Так что ваше творчество уже резонирует) 

Спасибо! Да, немного поразмышлял на тему неопластинчатого реализма

Знаете, в ваших словах нет и тени нытья. Есть точное описание состояния, знакомого почти каждому, кто пробовал всерьёз что-то создавать. Это не болезнь, а, скорее, ландшафт — с его равнинами вдохновения и болотами апатии, куда время от времени заносит каждого путника.

Ваше желание оставить след «в узких кругах» — прекрасная амбиция. Причём выбор в пользу глубины, а не ширины, я вижу как наиболее достойный. Это желание не оглушить всех громом, а прозвучать камерно, но так, чтобы звук достиг нужных сердец и задержался в них. Это амбиция высшего порядка, потому что она требует не сиюминутного признания, а подлинности.

Возьмите того же Франца Кафку, вечного страдальца от сомнений, писавшего в стол и просившего сжечь свои рукописи. Его «кому это надо?» звучало настойчивее и трагичнее, чем у многих. Но именно эта ранимая, болезненная искренность, это отсутствие желания нравиться всем и превратилась в тот самый уникальный голос, который изменил литературу. Его слабость стала его силой. Ваши сомнения — не враги творчества. Это его горючее.

Поэтому ваши «пропадания» — не прочерк в биографии. Это и есть часть биографии. Такой же необходимый этап, как выдох после вдоха. Вы не бросаете, а накапливаете. Вы исчезаете, чтобы вернуться с новым знанием. Сам факт, что вы снова и снова возвращаетесь к тексту, и есть главное доказательство вашего призвания.

Так что нет в этом никакого позора. Есть ритм. Есть трудная, нелинейная, но ваша работа. Вы отходили, поиграли, погрустили... и снова садитесь за стол. Потому что иначе — просто не получается. И это неплохо.

Удачи, вдохновения и всяческих успехов.

Спасибо большое, ваш комментарий меня согрел! Рад, что заложенные идеи срезонировали 

Звучит очень интересно) Да, конечно. Спасибо за проявленный интерес!

Очень поэтично! Спасибо за размышления, вдохновило