Глубокий

Я был человеком и любил искусство. Вы убили Битховена, потому что он был другим. Я был монстром и хотел покоя. Вы сожгли дом ребенка, который назвал меня другом. Вы сами создали своего дьявола, а теперь дрожите, когда он стучит в ваши двери. Моё алое пальто — это не ткань, это знамя каждого, кого вы втоптали в ил Темзы. Это кровь тех, кого вы считали никем. Поэт умер. Да здравствует Дирижер смерти. Касиан, смотри внимательно. Это — моё последнее произведение. И оно будет сыграно до конца».

Ну, расскажи-ка, как вы там? Всё ли спокойно, все без тревоги? Скажи так, чтобы каждый сам Понял — без лишней лжи и чтоб история была не долгой Здесь у нас — тишина и свет, Те, кого вы любили, — все рядом. Нет обид, ни забот, и ни бед, Только память плывёт водопадом. Вы живёте, как светик в окне, А у нас — всё в иное окрашено. Недавно героя встречали — во сне… Он ушёл, но остался отважным. А бывают и те, кто ушёл Слишком рано, без смысла, без срока. Иногда их зовёт алкоголь, Иногда —...

Ты видела взгляд, где не бьется весна, Где в черных колодцах застыла вина. Ты звала по имени — звук, как стекло, Разбился о время, что прахом легло. Не трогай ладонью мой алый рукав, Я — шепот листвы среди мертвых дубрав. Я — тлен, чьё сердце засыпал песок, Я — пуля, что в чей-то попала висок. Ты ищешь тепла в моем бледном лице? Но я лишь актер в бесконечном конце. Та маска, что я, нанес на виски Лишь способ сдержать этот крик от тоски. Беги от меня, пока гаснет фонарь, Пока не открыл я...