Дмитрий Мотылёв

Как я случайно написал книгу. Или не случайно Всё началось с того, что я хотел написать несколько постов в соцсети для друга. Про чай, про историю. И понял, что совершенно ничего не знаю про это. Пришлось искать информацию, копать и заходить в очень странные места, чтобы ознакомиться со всем многообразием информации. И в процессе я начал писать. Написал один текст, потом второй. А потом понял - это же письма! К десятому письму я посмотрел и подумал: кажется это уже не посты для друга. Это...

Когда я начал исследовать искусство анимации, то пришел к выводу, что все, чем я интересовался до этого момента не зря. Меня манит рисование карандашом, но не хватает терпения, чтобы достичь результатов. Меня захватывает музыка, иногда настолько, что я вижу картинки, когда закрываю глаза. Но я не настолько хорош, чтобы стать известным исполнителем. Но анимация... Анимация. Анимация! Она содержит в себе абсолютно все! Я попробовал нарисовать десять секунд (десять, Карл!(Пусть это будет...

Шуфутинский окончательно выбил из моей головы образ мрачного детектива на пространстве постапокалиптической Москвы. Вместо этого родилось.... Представьте: станица, паром «Чайка», сторож-биолог Саня Герасимов по прозвищу Геша и радиодиджей Петрович, зацикливший любимые песни на весь эфир. Всё идёт своим чередом, пока местные алкаши не находят в плавнях ржавую бочку с мутной жидкостью. К утру Толик, отведавший «мягкой» стоит по колено в Дону, мычит и ловит раков голыми руками. Странный...

Собрался тут закрыть гештальт. Что это такое - до конца не знаю, звучит как болезнь или порода рыб, но люди умные говорят: надо закрывать. И у меня как раз есть один незакрытый - рассказ про зомби. Но только вот незадача - с улицы доносится «Левый берег Дона». Пытаюсь спасти ситуацию: ну а что, если зомби-апокалипсис разворачивается в станице? Казаки-мертвецы, курени, заражённый самогон. Нет, не идёт. Эх, Михал Захарыч, что ж ты с зомби натворил... Теперь у меня вместо хоррора - тоска по...

Как автор вы обязаны развить в себе достаточно вкуса, чтобы почувствовать, когда выразительность переходит в эксгибиционизм. Роберт Макки

На балконе в верхнем углу, у потолка и стенки, сидит паук. Сидит, потеет. Ему, конечно, неизвестно, что в тени +30, а на солнце + 40, но, думаю, он подозревает. Так вот сидит, потеет, а солнце подбирается к его ноженькам. Раз, свет упал на одну ногу, паук ее поджал. Потом на вторую - тоже поджал. Третью, четвертую. Вот уже сидит паук потеет не только от солнца, а еще от того, что нужно только четырьмя ножками держаться. Вот солнце полностью осветило паука, и он поджал и остальные ноги. Ничего...

Сдерживание и дисциплина в творчестве дают поразительные результаты! Не ограниченная же ничем свобода, как правило, заканчивается оглушительным провалом. Роберт Макки