Радомир Старш

будет ещё, "коллекция" регулярно пополняется

я уже писал эту цитату в нескольких писательских чатах. Можно сказать, классика Перло-Мутров 

да есть ещё, тем более, я сегодня наткнулся на золотую жилу как будто. Славно пополнил свою "коллекцию"

Они же не вчера появились, Операторы БЯМ были и раньше, просто теперь получили легальный статус.

Но мне куда важнее в первую очередь выразить какую-либо мысль, реализовать некий сюжет или задумку в рамках написанного мною и получить оценку именно этого аспекта произведения, ибо если задумка пуста, неинтересна и банальна до нельзя - смысла редактировать и шлифовать нет.

Много говорится о ценности идеи, насколько она важна, и так далее. Чем уникальнее идея, чем большее количество умов она может зацепить, тем лучше, конечно же, но ещё больше зависит от её реализации. Два автора могут взять одну и ту же идею, но, условно говоря, один напишет, как школьник, а другой -- как классик. Кого будут читать и какое произведение ценить?

Это пример, которым я хочу сказать, что важна не столько идея, а как она преподнесена. И не совсем верно ожидать от читателя прикладывания усилий, работы. Такой читатель есть, конечно же -- есть люди, которым нужно продираться, превозмогать. Но таковых очень мало. В основном, читатель ожидает, чтобы история воспалила его интерес, увлекла, развлекла. Это запросы массового читателя. И потому желательно снижать "порог входа" как можно ниже.

Успехов Вам!

Дружище, слишком сильный перекос в описательную часть. Описания не работают на драматургию. Очень сильно не хватает действий, которые двигали бы сюжет. Действия так-то есть, но они как описания -- ни драматургии, ни движения сюжета. К слову:
https://author.today/post/737454

Советую почитать "Слово живое и мёртвое" Нора Галь.

тринадцатилетние так не говорят:
мы тщательно скрывали наше увлечение от обитателей деревни;
наша идея не увенчалась успехом...чуть не стоила нам жизни;
невероятное и притягательное обояние;
зачем ему уличать тебя;

и так далее.

Вам ждать ничего не нужно. 

Я способен объяснить, что подразумевает под собой фраза "пишите лучше". Более того, я активно этим занимаюсь. 

Он и так старается, куда уж дальше...

Если бы одного "сферического старания в вакууме" было достаточно всегда и в любом деле, то можно было бы согласиться.

просчитался, но где?

1. Люди боятся ставить отметку о том, что текст создан с помощью нейросети из опасения, что весьма скоро с платформы выметут чохом всех, кто это сделал. Выметут, как они это сделали на трех последних крупных конкурсах романов. И вот эта вероятность очень даже не призрачная, и ничуть не смешная. Сначала призвать, а когда люди поведутся - запретить. 

У вас паранойя. Везде мерещатся запреты.

2. Боюсь ли этого я? Да, боюсь как любой охоты на ведьм. Потому что как раз "ведьмы"-то не пострадают. Пострадают честные люди, с помощью ИИ редактировавшие текст или искавшие в нейросетях информацию по какому-то вопросу. А объявить созданным нейронкой любой текст любого автора - вообще нечего делать. Потому что доказательств обычно не приводится. Нужен предлог, чтобы убрать - и убирают. А повод найдут.

Утверждение "пострадают честные люди, с помощью ИИ искавшие в нейросетях информацию..." очень красноречиво говорит о полном непонимании ситуации и того, что написано в посте. 

3. Автор той "простыни" правильно понял, что скоро живо-писатели начнут подражать текстам, созданным с помощью нейросетей, то есть станут от них малоотличимыми. И призвал в конце "пишите лучше". Словно писатели не стараются хорошо писать, а гонят халтуру по собственному недомыслию. Что значит "лучше" он даже не попытался объяснить.

Есть люди, которые умеют логически продолжить мысль и сделать правильные выводы.  
Вам же нужно объяснение, но...

Как трепетно я это скрывал! Вы вывели меня на чистую воду

Она уменьшается с каждым годом.

Государство -- это неправильный поручитель. Оно не расплачивается, а только взимает 

речь не о близкой или далёкой аналогии, а о мечтах, стремлениях, талантах и упорном труде.

какой мальчишка, начавший играть в футбол, не мечтает стать звездой? И кто-то ей становится, но точно не тот, кто перестал об этом мечтать.

И-и-истрерррия!

сразу видно, что читали невнимательно. Прочитали что-то своё, не связанное с текстом поста. Устали, гляди, на третьем слове?

да, конвейеризация своего рода. 

Но зато все честно  

Автор книги нейронка, она же и в блоге с читателями общается 

И не поспоришь 

Ну а если серьезно, то раньше, во времена моей юности, за новой книгой была охота. Реально приходилось бегать, чтобы найти новую книгу. Покупать столько, сколько я читал, было не реально. Но были библиотеки, друзья, знакомые, с которыми можно было поменяться, или просто взять почитать.

О, да. Помню такое, когда я узнал, что у коллеги моей матери есть книги интересного мне автора, я выпрашивал их одну за другой. Вот были же времена, эх.

одна есть неточность, я бы сказал, многие, читая "живой автор" понимают "качественная литература". Так вот, эти понятия не тождественны. Вот у качественной литературы всегда будет читатель, а у живого автора -- не всегда. 

это не басня, чтобы в ней была мораль. Основная мысль проста: те, кто пишет с помощью нейронки, хватит стесняться, ставьте маркировку и пишите дальше. Те, кто пишет без нейронки, занимайтесь делом вместо битв в сети и злорадства.
Ну и прогнозы

так это и есть признак деградации. Человек уже ленится напрягать мозг, чтобы выдать пару связанных абзацев на выбранную собой же тему.
Когда мозги не используются, они, скажем так, упрощаются.

Первым делом скажу, что в первой главе очень хорошо виден авторский стиль, дающий тексту индивидуальность, уникальный голос. И он цепляет с первой строки. В первых четырёх абзацах не вижу явного «крючка», но интерес возникает и поддерживается именно за счёт авторского стиля.

Как для АТ, уровень письма уже довольно высок, текст лишён того разнообразия ошибок и слабых моментов, которыми «грешат» новички. Сильная работа.
Но она не лишена слабых мест.
В основном, это структурные проблемы. Это касается как отдельных предложений, так и структуры первой главы в целом.

Но, прежде чем перейти к этой теме, я хочу сказать, что знакам препинания нужно уделять не меньше внимания, чем подбору слов в предложениях.
Вот для примера:
«Чуть дальше золотилось, тронутое закатным солнцем, поле, у края которого приютилась маленькая деревушка.»
Что не так в нём с запятыми? На первый взгляд — они расставлены полностью в соответствии с правилами и, с этой точки зрения, вопросов нет.
А с точки зрения интонации?
Прочитайте это предложение, делая небольшую паузу на каждой запятой.
Чувствуете, как ломается его ритм, как теряет оно свою художественность? Запятые заставляют его грохотать, как деревянное колесо по брусчатке. Теперь давайте исправим знаки препинания в нём так, чтобы они соответствовали ритму и дыханию предложения:
«Чуть дальше золотилось тронутое закатным солнцем поле, у края которого приютилась маленькая деревушка.»
Нарушены ли правила пунктуации? Нет. Улучшился ли ритм и звучание предложения? Однозначно да! Теперь оно звучит и играет.

Ещё необходимо правильно оформить прямую речь с авторским комментарием в её разрыве. Встречаются как правильные, так и неправильные варианты оформления.
Пример неправильного:
«— Думаешь, не каюсь? — глухо прошептал он сквозь пальцы, — Каждый день в горле стоит…»
Там не запятая нужна, а точка. Потому что авторский комментарий не разрывает предложение, а находится между предложениями. Запятая нужна только тогда, когда авторский комментарий прерывает предложение, и после авторского комментария оно продолжается, и тогда оно будет с маленькой буквы, а не заглавной. Здесь же случай однозначный.
А вот неоднозначный:
«— Правда Татьяне сына не вернёт, — Аглая сплюнула пустую смородиновую веточку в траву, — Только вот не пойму: отчего же ты после не вернулся?»
В конце авторского комментария если запятая, то дальше реплика должна продолжаться с маленькой буквы, потому что это предложение не закончено. Но если реплика начинается с другого предложения, то авторский комментарий должен заканчиваться точкой.

Возвращаемся к структуре.
И сначала посмотрим на предложения.
1) Это не аксиома, но текст читается плавней, если предмет в центре внимания выносится в конец первого предложения, когда второе тоже говорит о нём. Это снижает когнитивную нагрузку на читателя, помогает поддерживать мысль и внимание.
Пример:
«Из всего народа на улице Аглая встретила лишь румяную бабу у колодца, да двух босоногих мальцов, тыкавших травинкой лягушку.
— Доброго здравия, матушка! — обратилась Аглая к бабе…»
Сначала вниманию читателя представляется женщина у колодца, затем дети, затем снова женщина у колодца. Не будет ли плавней сказать о мальчишках сначала, а затем — о женщине, ведь к ней и обращается Аглая в следующем предложении?
«Из всего народа на улице Аглая встретила лишь двух босоногих мальцов, тыкавших травинкой лягушку, да румяную бабу у колодца.
— Доброго здравия, матушка! — обратилась к ней Аглая…»
Чувствуете, как плавно переводится внимание читателя от общего, к более конкретному, а затем — к диалогу? Нет скачков, будто Аглая неистово вертит головой, отмечая людей вокруг себя.

2) Выстраивание иерархии главного и второстепенного действия, управление деепричастным оборотом.
Деепричастный оборот — это не украшение, а инструмент. Я не устану повторять, что если можно без потерь обойтись без него, лучше обойтись без него. Бывают же случаи, и они могут встречаться часто, когда без него не обойтись, и тогда нужно чётко понимать, где и почему ему место. Что он делает в предложении? Зачастую он помогает в выстраивании иерархии действий. Он оформляет его, как второстепенное, менее важное, одновременное.

а) Первый пример.
Может показаться, что это придирка, но послушайте:
«Стянув с головы влажный платок, Аглая присела на сухую хвою и огляделась — лес по правую руку обрывался крутым склоном, откуда открывался вид на речную излучину и заливные луга.»
Можно ли сказать, что деепричастный оборот здесь незаменим? Теряем ли мы что-то с его устранением?
Давайте посмотрим:
«Аглая стянула с головы влажный платок, присела на сухую хвою и огляделась — лес по правую руку обрывался крутым склоном, откуда открывался вид на речную излучину и заливные луга.»
Что изменилось? Потерялась только та тесная неразрывность действия — стягивание платка и «присаживание» на траву. В варианте без деепричастного оборота эти два действия тоже следуют одно за другим, но они просто последовательны, а не «срощены» вместе. Велика ли потеря?
Можно этот оборот в предложении и оставить. Более того, возможно, только у меня за него цепляется взгляд. Но это первый довод в копилку того, что автору чуток не хватает контроля за деепричастными оборотами.
Идём дальше.

б) Второй пример:
«Укрыла платком тёмную косу, оглядела себя и, убедившись, что приняла степенный облик, перешла шаткие мостки и побрела полем к деревне.»
Неровность этого предложения находится в его последней части:
«…перешла шаткие мостки и побрела полем к деревне.»
Вы хорошо сжимаете время, но делаете это неравномерно, от чего появляется едва заметное несоответствие. «Перешла» и «побрела» — это действия разного типа. Первое может быть как наблюдаемым, так и быть выведенным логически из ненаблюдаемого. Например, мы увидели Аглаю перед «шаткими мостками», отвернулись, затем повернулись снова и увидели, что она их перешла. Мы заключаем, что она «перешла шаткие мостки». Мы могли смотреть, как она это сделала, а могли и пропустить. Есть результат, мы его озвучиваем.
Но вот «побрела» — это только наблюдаемое действие. Чтобы понять, что она именно побрела, а не пошла вприпрыжку, не побежала, не засеменила, не просто пошла, мы должны чётко это увидеть. Мы не можем отвернуться, затем увидеть её уже у деревни и подытожить — она побрела или пробрела это расстояние.
То есть, первый глагол даёт итог, а второй — сообщает характер действия. И при этом, в предложении они расставлены с равноценной значимостью. Нет иерархии. Они равны. Вот здесь на помощь и приходит деепричастный оборот, позволяющий их «развести»:
«перейдя шаткие мостки, побрела полем к деревне.»
Это не просто устанавливает иерархию, но сжимает время, которое занимает «резюмирующее» действие, подчёркивая длительность наблюдаемого. Чувствуете?
К сожалению, это изменение требует перестроения всего предложения из-за «убедившись».

в) Ещё пример:
«Отмахиваясь и бранясь сквозь зубы, она прорвалась сквозь частокол ольховых зарослей и выбрела к редкому сосновому лесочку.»
Проблема в этом предложении с глаголами в том, что «прорвалась» говорит о приложенных усилиях, а «выбрела» — об усталости, потерянных силах.
С одной стороны, всё логично. Она потратила силы, прорываясь, а потому, истратив их, уже просто выбрела к сосновому лесочку. Но проблема в том, что они равноправны, нет иерархии, не установлена длительность. Чтобы исправить это, их нужно «развести» по разным уровням. Либо добавить временной маркер, например:
«она прорвалась сквозь частокол ольховых зарослей и, наконец, выбрела к редкому сосновому лесочку.»
Но более красивым вариантом, я считаю, будет опять-таки сжать время одного из глаголов, понизив это действие в иерархии:
«прорвавшись сквозь частокол ольховых зарослей, (она) выбрела к редкому сосновому лесочку.»
Таким образом предложение и читается плавней, и не вызывает вопросов, понятней для читателя, и не ломает авторского стиля. Но опять-таки, такое исправление несёт за собой необходимость перестроения всего предложения. 

Этими тремя примерами я хочу показать, что хоть деепричастные обороты и являются частью авторского стиля, должны лучше контролироваться и применяться по необходимости в нужных местах, а не лишь в угоду стилю.

Следующий момент, вызывающий вопросы, это структура всей главы.
Начинается с Аглаи, затем флешбэк (ф1), затем флешбэк к флешбэку (ф2), затем возврат в первый флешбэк (ф1), затем возврат в настоящее время.
Такие прыжки не то, что в первой, а вообще в любой главе вызывают вопросы. Почему не вынести всю матрёшку флешбэков в отдельную главу? Первую посвятить полностью Аглае, закончить её на моменте, где она зовёт Мирона. Как по мне, это отличный момент, который зацепит интерес любого читателя — молодая девушка вышла ночью в лес, бесстрашно зовёт то ли зверя, то ли нечисть какую-то. Читатель волей-неволей задастся вопросами, мол, это она так уверена в себе или там что-то другое? И закономерно будет желать ответа. Что дать читателю во второй главе — вопрос отдельный. Сейчас не о нём.

Ещё один момент, который привлёк моё внимание, это реплика Аглаи в разговоре с Василием, старостой:
«— Люди-то? — хрипло проронил он, — Горазды они плести… Сами глазами не видали, а уже страхов навыдумывали.
— Правду молвишь, Василий, — согласно кивнула Аглая, — Авось, и вправду волки с голодухи к деревне вышли, а народ уж и раздул. Да только худо одно — нет у вас тут ни храма, ни часовенки малой… А вот коли, не приведи Господь, и впрямь тварь какая завелась, там и другая следом потянется. Бывала я в сёлах, где такое лихом обернулось…»
Здесь вызывает диссонанс её согласие с мнением Василия, а затем чёткое и однозначное противоречие. Читая эту реплику, я сразу понял, что Аглая — мошенница. Это выделяется и торчит. Ведь она пришла с легендой, которую было время обдумать, представить и предугадать разговор, который пойдёт у неё со старостой. В таком случае, я думаю, с оглядкой на то, как мягко она наплела бабке у колодца, я предположу, что было бы лучше, если бы она согласилась с Василием не так категорично, а с сомнением. Через «может и так, Василий», «может быть», «и такое бывает» или что-то в этом роде. А затем развить это сомнение противоположным суждением, нагнать страху. Собственно, это она и сделала. Но начало реплики Аглаи вызывает вопросы и сильно выделяется, выбиваясь из канвы противоречием.

Ещё один момент на счёт диалогов — не нужно вставлять в разрыв реплики авторский текст с действием другого персонажа, который не произносит эту реплику:
«— Солнце жжёт? Ясным днём из-под веток не выйти? — снова кивок, — Помер ты, милый, да не ушёл куда следует, — вздохнула Аглая.»
Реплику говорит Аглая, а кивает — Мирон. Чтобы не путать читателя, лучше оформить кивок Мирона не в разрыв реплики, а с новой строки.
«— Пруд в лесу знаешь? — Василий кивнул. — Там, где ёлочки рядком растут, лопата твоя лежит. И Мирон рядышком… Похлопочи уж, чтобы на сей раз он покой нашёл.»
Опять реплика Аглаи, а в разрыве — кивок Василия. Ситуация такая же, как и в предыдущем случае.

В целом, уровень письма довольно-таки высок, что уже позволяет задумываться помимо всего сказанного, также о том, как звучат слова в предложении. Прочитайте следующее предложение, ничего не привлекает внимание?
«Стянув с головы влажный платок, Аглая присела на сухую хвою и огляделась — лес по правую руку обрывался крутым склоном, откуда открывался вид на речную излучину и заливные луга.»
Мы рассматривали это предложение выше, но в отрыве от того разбора, прочитайте его, как есть. Обратите внимание не на смысл слов, а на их звучание.
Два слова здесь слегка ломают его текучесть и плавность. Заметили?
Это «обрывался» и «открывался». Они настолько созвучны, что почти полностью рифмуются, но получается это не к месту. 

Может показаться, что часть из сказанного — лишь придирки, да закрыть на них глаза. Но уровень текста таков, что очень близок к той качественной литературе, к который привык требовательный читатель, воспитавший свой вкус на классике. И только эти небольшие шероховатости осталось подчистить.
Речь идёт, обращаю внимание, о технике письма. 

Это одна из двух сильнейших работ, рассмотренных в рамках марафона Ли Динхай «Хватит стесняться»!
Ну, и опечатки подчистить, конечно же))

мы читаем и не осуждаем

если я правильно понял, то всё от того, что теперь маркировка будет? 

Благодарю за визит, мастер двузначности!  

Скажу, как есть. Варианта два.
1. Текст сгенерирован, но только автору известно, так ли это.
2. Текст написан полностью человеком, но тем же языком, что и нейронка.

И я даже не могу сразу сказать, какой вариант на самом деле хуже. Но во втором случае вывод может быть только один -- нужно учиться писать не так, как нейронка, а искать свой голос. 

дайте людям право верить в то, во что они хотят верить.
Не разрушайте их убеждения.

 
я думал о прямом переводе "больших языковых моделей", сокращая в БЯМ

по сути -- точно))

Это инструкция для операторов БЯМ, не принимайте на свой счёт))

я стал читать больше 

как быстро меняется мир. Ранее люди гордились, что писали сами, теперь гордятся, что сами придумывают план книги, но и то не полностью, отдавая даже его на правку нейросети.
Завтра будут гордиться, что сами придумали идею, а послезавтра, что сами составили детальный запрос. 

Если оригинальных мыслей нет

Просто дайте запрос нейросети на десяток оригинальных мыслей

Она не придумала, как подать условия, обозначенные в документе, интересней и живей.

С первого взгляда видно, что над текстом поработали, но создаётся ощущение, что из-за чрезмерных усилий при чистках, он стал выглядеть грубым и угловатым. Это впечатление появляется с первых строк, но почти сходит на нет после текста брачного договора.  

Основные слабые места — это неточные, несобранные, грубые образы, использование неточных прилагательных и глаголов, а что самое главное, эмоциональная отстранённость повествующего, ведь это главный персонаж.

Последнее — это, не побоюсь сказать, непростительная ошибка. Отстранённое описание применяется в тех случаях, когда у нас имеется объективный рассказчик — «муха на стене» или линза кинокамеры. У него нет эмоций, нет оценок, есть только записанный результат объективного наблюдения. Но как только рассказчиком становится персонаж, будь то закадровый голос или главный герой, то субъективность повествования начинает играть всё более важную роль. 

Поэтому повествование в первой главе выглядит так, словно автор не смогла уверенно и устойчиво отделить объективного рассказчика от главного персонажа, и время от времени героиня становится «мухой на стене». Повествование в эти моменты сухое, обезличенное, в канцелярском сером цвете. 

«Морщинистая рука с коричневыми старческими пятнами протягивает мне перо, кончик которого жирно блестит от чернил. Указательный палец другой руки направлен на пустое место в самом низу толстого листа гербовой бумаги.»
Объективное описание с канцелярским налётом: указательный палец другой руки направлен… Можно ведь сказать мягче и легче. Обязательно ли такое крупное увеличение картинки этого эпизода, если не описывается характер этого жеста и его оценка героиней? Как он указал пальцем на место для подписи? Уважительно и деликатно или снисходительно, а может быть, грубо? Если палец направлен на пустое место, это не даёт ощущение дистанции к месту для подписи. Глагол «указал» в этом контексте приближает палец к бумаге. Глагол "аккуратно дотронулся" или "ткнул" уже дают не только тактильность, уместную в кадре с таким приближением, но ещё и описывает характер действия. Здесь либо нужно использовать крупный план с описанием характера действий, оценке их героиней, либо давать более мягкий и лёгкий образ, словно героиня не так сильно концентрируется на руках нотариуса и не оценивает характер движения пальцев. 

«Свидетели, собравшиеся в комнате, смотрят на меня с удивлением. Их тринадцать, многовато даже для просторного кабинета, ведь он заставлен солидной мебелью, по стенам громоздятся заполненные документами шкафы и полки.»
Первое предложение опять описательно-отстранённое. Во втором есть оценка пространства персонажем, но такая общая и не индивидуальная, что может быть присвоена кому угодно. Голоса героини не чувствуется.
Вдобавок, этот визуальный образ не точен и конфликтует сам с собой. Второе предложение логически неверно. В нём используется оборот с оценкой и противопоставлением. Оценка есть, противопоставления нет. Нужно либо переформулировать, сменив оборот, либо добавить противопоставление.
Кабинет просторный, но тесный из-за мебели? Как будто героиня оценила его просторность до того, как появилась мебель. Ощущение просторности или тесноты формируется не так. Ведь мы не говорим: «Какой просторный автобус, вот только сегодня в нём не протолкнуться.»
Слово «солидный» в этом предложении обладает неточным значением, потому что само предложение имеет два контекста, которые влияют на выбор значения слова «солидный». Его желательно заменить на более точное.
Слово «заставлен» (о кабинете) даёт контекст, словно мебелью организовали пространство кабинета, а «громоздятся» (о мебели) больше создаёт образ хаотичного накопления, при этом, не в горизонтальной плоскости, съедая «полезное пространство», влияющее она ощущение простора или тесноты, а в вертикальной, как будто шкафы свалены один поверх другого.
Да и не могут ни шкафы, ни полки громоздиться по стенам. Шкафы не вешаются на стены, а потому не могут громоздиться по стенам — только у стен. А полки не сваливаются одна на другую, когда уже повешены. Они могут тянуться по стенам. И одновременно полки со шкафами не громоздятся, потому что полки не вешают поверх шкафов для документов, которые и без того выше человеческого роста.

«Тётка, наряженная в пышное платье из лилового шёлка, поджимает тонкие губы. Пока лишь молча смотрит на меня. Однако, судя по выражению её лица, уже готова испепелить. Громкому скандалу мешает только присутствие посторонних и торжественность момента. Я буквально чувствую, каких невероятных усилий ей стоит сдерживаться.»
В этом абзаце уже можно заметить попытку добавить субъективности описанию, но это не более, чем робкая попытка. «…молча смотрит на меня.» — сухая констатация.
«…мешает только присутствие посторонних…» — сухо, по-канцелярски. Где чувства персонажа? Из них здесь только «Тётка, наряженная…» В остальной части — голос героини не чувствуется. 

Брачный договор. Я решительным образом выступаю против приведения в тексте «оригинального текста» любых документов, какими они ни были. Это сухо, скучно и менее интересно, чем их эмоциональный пересказ персонажем, на чью жизнь этот документ влияет. Пересказ самых важных моментов добавит субъективную оценку, эмоций и красок.
Кстати, в каких документах пишется «сего года» и прозвища?

Конфликт, обозначенный в первой главе, основан на недостоверной основе. Во-первых, судя по брачному договору, в этом браке более заинтересована сторона героини, а не принца. Иначе условия были бы не настолько односторонними. А раз они посчитали возможным основать договор на подобных условиях, да и подписаны они были принцем заранее, словно всё уже решено и никакого торга не предвидится, то выглядит сомнительным, что героиня имела возможность что-то выторговать в последний момент.
В то же время, предложение второго принца с риском потерять часть собственности семьи, просто отдать незнакомому человеку при выполнении определённых условий, выглядит максимально неправдоподобно. Мало того, что из контекста разговоров создаётся впечатление, что характер жениха повышает риск потери при внесении подобного условия, так ситуацию для доказательства неверности жениха можно ещё и подстроить. А вдруг эта незнакомка задумала дурное? Вдруг она мотивирована на бракосочетание лишь желанием отобрать часть замка? Её отец мёртв, ей рано или поздно будут нужны деньги для существования. Вдруг в этом и состоит её коварный план? Нельзя жанром книги оправдывать поступки персонажей. 

В тексте встречаются ещё логические ошибки, перечислять все не буду.

«Неизвестно, как будет развиваться эта сцена… Но тут раскрывает рот Второй принц, который стоит неподалёку, рядом с Восьмым принцем. Первый принц тоже намеревался посетить церемонию, однако в последний момент не явился.»
В этом абзаце мы видим не оценочное суждение героини, а ошибку, словно она показывает отношение ко Второму принцу, мол, он ничего хорошего сказать не может, потому что противен ей и только пакостит. Использована неверная фраза. Это признак слабого контроля контекста.
Насколько важно, кто рядом с кем стоит? Во-первых, в кабинете тесно от собравшихся тринадцати свидетелей, то есть, они все стоят рядом. А во-вторых, нет даже попыток создать точный образ расположения в кабинете гостей. С одной стороны, это верно — зачем это визуализировать? В этом нет необходимости. А с другой стороны — зачем тогда пытаться говорить о том, кто где стоит? Это выглядит, как ошибка. Необходимо более устойчиво контролировать внимания читателя.

«Невооружённым взглядом видно…»
Невооружённым глазом. Может, так и задумано для подчёркивания абсурдности ситуации, но выглядит, как ошибка.

 «Нотариус уже, вроде бы, решается, но тут же возражает.»
Не чувствуете какого-то несоответствия? Этот момент короткий, с единственным сломом, но предложение, из-за перегруженности запятыми, читается тяжело, будто спотыкаешься после каждой пары слов. Негде поставить акцент и вложить ожидаемую эмоцию. Можно ведь проще и плавней, чтобы смысл, ритм и эмоция не расслаивались, например:
«Нотариус уже почти решается, но тут же возражает.» С одной запятой чувствуется слом, изменение, однозначно читается интонация, эмоция, с которой совпадает ритм предложения.

«— Нет, ваше высочество, я не вправе пойти на такое. Ведь Третий принц успел подписать договор заранее.»
Я говорил, что не буду упоминать другие логические ошибки, но не сдержался. Нотариус уже пошёл на такое. Он уже изменил условия без ведома Третьего принца. Он либо принципиальный, либо нет. Да хоть денег ему предложили бы. Где основа для его отказа? Откуда берётся изначальная мотивация пойти на подлог? Почему в первый раз он соглашается, а во второй раз — нет? Это нельзя объяснить размером обмана. Нотариус либо изначально продажный, либо изначально честный.

«Первый принц (он же наследник престола)…»
Скобки необходимо убрать. Переформулировать предложение так, чтобы необходимость в них отпала.

«…запас моего везения на сегодня исчерпан.»
Почти по-канцелярски чистая фраза. 

Достоинство первой главы — в лёгкости повествования. Читатель, который примет установку «все условности условны» и не будет критически осмысливать текст, может остаться вполне доволен.
В целом, в главе чётко обозначен конфликт, очень слабый «крючок» с самого начала, в виде дисбаланса знаний между героиней и читателем. Заканчивается глава без мотивирующего толчка читателя перейти к следующей.

так это же в списке запрещённых в-тв

Так точно, Капитан! В обоих случаях растает, но в одном из них -- не очень приятно

ну не дети же малые, всё в рот пихать, в самом деле-то

разве не общеизвестно то вещество, которым Стивен Кинг стимулировал воображение и продуктивность? Он же об этом сам упоминал даже, каялся.

Шоколадку в карман не положишь

да рекомендуйте сразу уже метод Стивена Кинга. Он же работает. Проверено лично им.

да всё понятно. Ожидали восторженного отзыва, а вот оно как получилось. Бывает.

ну, раз вы считаете месяц внушительным сроком, то ладно. Некоторые 6 ал правят более долгий срок, но ладно, пусть будет так.

возможно, эффект Даннинга-Крюгера. 

я же не о Вас говорил, а о читателях. По этому поводу только вспоминается "волков бояться -- в лес не ходить". В том плане, что если бояться выражать свои мысли, используя тире, двоеточия и другие "маркеры", которые недалёкие люди считают признаками нейронки, то, может, лучше и не писать вовсе? А то получится водяная вода, которая и на текст литературный мало походит.
Это я к тому, что то предложение, которое и Вы раньше посчитали бы более приемлемым вариантом, а сейчас вряд ли бы использовали, потому что кому-то могло бы показаться, что это нейрописный текст. А потому лучше было бы чёткую и собранную мысль размыть так, чтобы она казалась текучей, словно порождённая мутным сознанием живого человека, как нейронка точно не могла бы сказать.

Похоже, люди забыли, что рецензия -- это не реклама и не продающий текст. 

РЕЦЕ́НЗИЯ, -и, ж. Письменный разбор, содержащий критическую оценку научного, художественного и т. п. произведения, спектакля, концерта, кинофильма.

А всё то, что пишется на заказ, напоминающее по своему содержанию сахарный сироп, это не рецензия, а реклама. И рецензией называться по существу своему не может.