Радомир Старш

Думаю, это не нуждается в пояснении. Попросите неросеть сгенерировать текст на какую-то тему и сравните полученное с классической литературой.

В марте чаще встречается тема ИИ в историях. ИИ -- как персонаж. В феврале несколько раз встретилась иная форма жизни на основе грибов. Ах, и в январе был один рассказ, в финал попал, кстати, с этой темой.
А технически, как говорится, "на манеже -- всё те же" -- перегруженные предложения, например, вот одно показательное:
1956 год, Сибирь, день был ужасен, я весь день пахал на заводе и терпел этот ужасный холод, после работы я быстро поехал домой встречать своих детей и жену, я приехал домой, жена поставила на стол тяжелую чугунную соковородку, и запах жареной картошки на мгновение заставил меня забыть о ледяном ветре за окном.

Ляпы всякие интересные встречаются часто, неясно выраженные мысли, импульсивная и нелогичная событийность, нет обоснования мотивации персонажей, похожая на шизофрению (неадекватные реакции, эмоциональная холодность, без реакции, там где она нужна и ожидаема и т.д.), канцелярит, инфодамп
И, конечно же, мой "любимый" текст, похожий на генеративный. Этого много нынче.

сюжетные тенденции или "технические"?

Прочёл этот рассказ в рамках "СтаршРадара", где я выбираю лучшие произведения, опубликованные за определённый месяц на АТ в жанре НФ.
Это единственное произведение за март, которое я могу рекомендовать к прочтению. Не потому, что это короткий рассказ, а потому, что идея его уникальна.
А в рамках СтаршРадара я ознакомился уже с более 700 произведениями в жанре НФ с начала этого года.
Да, рассказ желательно бы пропустить через редактуру, даже не раз, а дважды-трижды -- что-то подчистить, что-то удалить, что-то улучшить, но на фоне всего мартовского он стоит особняком, единственно достойный внимания.
Рекомендую к прочтению!

безусловно, если всё показывать, то текст заметно полнеет. Не всё нужно показывать. Небольшие, быстрые отрывки, на которых автор не хочет останавливать внимание читателя надолго, даже требуют рассказывания. Просто потому, что это гораздо короче.
Согласен с Вами, что классики тоже не безупречно писали. Но им это прощается, и прощается заслуженно. 

места с другим течением времени - это чужие миры. Поставить заводы там не дадут, а вот сдать в аренду представителям элиты соседнего мира пару гостиничных номеров - другое дело

Вопросы возникли потому, что в первой главе не поясняется. Ну, раз завод там не поставить, то вот спальные места установить дадут?
Я тут и сам задумался, как было бы здорово, если бы можно было вот так -- вошёл в портал, выспался там, сколько захотел, и вернулся назад, а прошёл лишь час. Это же можно было сколько всего за сутки переделать!
Эх, мечта.

Я думаю, что как комментарий к книге мой обзор ни к чему. Если хотите сохранить -- просто скопируйте в блокнот на компьютере или в заметки на телефоне. А читателей отвлекать этим не нужно. Как я и говорил, увлекает идея. Пускай читатели на ней концентрируют своё внимание, а техническая часть пусть остаётся за кадром.

Глава однозначно требует редактуры. Пройдёмся сначала по категориям с примерами:

Канцелярит и тяжеловесные фразы.
«по стойкому отсутствию»
«Очередь…выстроилась существенная…»
«обнаружился вставший на учёт»
«пришедшими контролировать наладку»
«На обед в столовой предприятия подавалась густая бобовая похлёбка, два ломтя хлеба и половина треть графина вина с водой (в разных сосудах).»
Избегайте отчётного стиля повествования.
«У Татьяны имелся городской муж, побаивавшийся её молодой парень, красивый и глупый, из неодаренных…»
Звучит, как справка из досье.
Это не всё, не буду копировать каждый случай.

Неточность формулировок/образная размытость/ошибки/перегруз.
«После собрался небольшой колдовской сейм без особых излишеств и со средним заводским начальством. Он с удовольствием выкушал кувшин прохладного вкусного пива и расслабился под оживленные разговоры в курилке обо всём и сразу.»
Эти два предложения объединены в один абзац. Первое предложение звучит немного тяжеловесно. Его бы лучше переформулировать, добавив точности и лёгкости звучанию. Дальше — он. Кто такой он? Сейм? Сразу можно подумать, что сейм с удовольствием выкушал кувшин пива и расслабился в курилке. Для точности следовало бы использовать имя героя. Следующий момент, раз эти предложения — отдельный абзац, то логично предположить, что они объединены одним событием. Но не понятно, Пётр участвовал в сейме или же занимался более приятными делами, пока основная масса народу была на сейме. 

«мастер-артефакторник»
Уж лучше либо артефактник, либо артефактор. Если речь идёт о том, что он создаёт атрефакты, то артефактор. Если он просто работает с артефактами, то артефактник. Но не комбинация обоих. Это усложнённая формулировка, обладающая признаками разговорного стиля. Немного противоречащие понятия — в разговорном стиле обычно прослеживается упрощение.

Скобки, зачёркнутый текст, плюсы, слэш — это «инструментарий» блога, а не художественной литературы. Наличие в тексте скобок почти всегда выглядит, как признание автором неспособности оформить мысль в литературный текст. 

«Вот по приходу с сейма наутро и обнаружился вставший на учёт квартальный пункт выдачи маны. Портал определили на ремонт еще раньше.»
Не совсем понятно, зачем это в тексте? В самом начале главы уже упоминается и закрытый на учёт пункт выдачи маны, и огороженный портал, закрытый на ремонт. Герой заново их «открывает», как Колумб Америку? Или же мысль оформлена неточно?

«– Ничего, Пётр Петрович вполне мог пройтись до работы и пешком, далеко не в первый раз уже, да и полезно молодому организму прогуляться.»
Кто говорит эту реплику? Она ведь оформлена прямой речью.

«Вот по приходу с сейма наутро и обнаружился вставший на учет квартальный пункт выдачи маны. Портал определили на ремонт еще раньше.
– Ничего, Пётр Петрович вполне мог пройтись до работы и пешком, далеко не в первый раз уже, да и полезно молодому организму прогуляться.
На проходной артефакт личности зажегся зеленым. Привычно кивнув вахтёрше Марь-Иванне, Пётр с прочими работниками прошел во двор»
Он же домой с сейма вернулся? Или наутро после сейма он сразу на работу пошёл?

«в третий корпус, где на благо страны и народа трудился его отдел, там же и располагалось рабочее место мастера – колдуна Пе-Трова»
Повтор. Его отдел = место работы. Мастер-колдун пишется через дефис.

«ведьмы–трёшницы»
Через дефис: ведьмы-трёшницы. Не короткое тире.

«На завтра ближайший пункт выдачи маны так и не заработал.»
Это предложение смотрит из прошлого в будущее так, будто оно уже случилось. Этот эффект создаёт «на» перед «завтра». Так говорят, например, в таких случаях: на завтра в планах; на завтра мы вынесли; оставим это на завтра.

«На работе со склада достали некоторое количество комплектующих на дневную норму выработки, но тут сломался производственный манопровод: тут уже посерьёзнее была и конструкция, и поломка.»
Некоторое количество — очень неопределённая формулировка. Дальше — на дневную норму выработки. То есть, вполне определённое количество, которого хватит на дневную норму выработки. На производстве это число хорошо известно. Так получается, некоторое или вполне определённое?
Предложение в целом тяжёлое и перегруженное. Лучше переформулировать. 

«…пошел ругаться с ремонтниками из местного гномского сервисного отряда.»
Местные — это скорее о жителях, а не о работниках конкретного предприятия. Как будто сервисный отряд кочевал раньше какое-то время, но вот прибился и освоился неподалёку, решил обосноваться и пустить корни. Стали теперь местными, но к производству относящимися «постольку, поскольку».

«…где-то к полудню понял…»
Зачем в этой фразе «где-то»? Оно не добавляет смысла, а значит, в нём нет необходимости.

«…бывшими у него в подчинении.»
«…его подчинёнными». Упрощайте, избегайте канцелярского тона.

«Лена была его, Петра, женой-на-работе, а Ирина удачно играла роль её страшненькой подруги, причём более чем натуралистично.»
И его, и Петра — не нужно уточнять два раза. И не лучше было бы упростить предложение, избежав ненужных оборотов и лишних слов?
Я бы предложил его переформулировать сразу вместе с предыдущим предложением и облегчить концовку.

«…с откуда-то взявшимся (предусмотрительно из дома принесённым) тортиком…»
О скобках я уже говорил. А тортик всё-таки непойми откуда взявшийся или из дома принесённый? Нужно выбрать что-то одно, а то создаёт эффект: у меня перед домом откуда-то яблоня сегодня появилась почти в три метра высотой! На самом деле, это я посадил её пять лет назад, но какое чудо! Так внезапно!

«весом четыре пуда ++»
О плюсах — то же, что и со скобками. Пуд же — это, грубо говоря, 16 кг. Четыре пуда — это едва больше 65 кг. При росте 170-175 см — это может быть вполне аппетитная фигура, в зависимости от соотношения мышц/жира. Так что такая фраза несёт несколько пренебрежительный/насмешливый оттенок, но основы для неё просто нет. Вот будь она шесть пудов или ростом в 160 см или ниже (рост не указан), тогда можно было бы понять пренебрежительный/насмешливый тон.

«Та недельная поездка в пансионат обошлась Петру в три страстных секса с Татьяной. Дом отдыха на пару выходных он сходу оценил в один качественный страстный секс.»
Эти два предложения лучше переформулировать, чтобы добиться более точной передачи смысла. Не каждый читатель поймёт с первого раза, о чём идёт речь.

«У председателя были свои представления о жизненных принципах, потому местком не обделял Пе-Трова теми или иными купонами, поездками, льготной женой вперед холостяцкой очереди или ещё чем в хозяйстве полезном.»
В предыдущем абзаце уже шла об этом речь. Зачем повторяться?

«Пункт выдачи маны, похоже, тоже после учета, наконец, открыли…»
Его и закрывали же на учёт. Раньше об этом уверенно сообщалось. Откуда сомнение?

«На следующий день у Петра взыграли-таки остатки совести, и вместо обеда в столовой щами, картошкой с мясом и какао он предпочёл маленькую комнатку в месткоме, чувственную Татьяну и алкоголь с вкусным сыром и тропическими фруктами в очередном роскошном номере где-то в другом временном потоке.
После такого ударного времяпровождения группа Петра выполнила месячный план уже к середине рабочей недели. Главный колдун отдела Михал Иваныч даже подошел после смены, и дружески посоветовал несколько снизить темпы сексования на работе…»
Есть вопросы к пунктуации, но сейчас не на них фокус.
Это уже чисто комедийный момент, потому что на группе Петра сказывается его секс с Татьяной, как будто он там свою группу по несколько раз до оргазмов довёл на выходных. И воодушевлённая оргазмами группа, в знак благодарности Петру, как непосредственному оргазмодарителю, ударно принялась выполнять план.

Ошибки в пунктуации.
«…магических артефактов – продукции предприятия, – опять не привезли.»
Пояснительная вставка «продукции предприятия» выделяется одинаково с обоих сторон. Либо двумя тире, либо запятыми. Не вместе. Но предложение лучше вообще переформулировать, ибо тяжеловесно.

«По этому случаю коллеги Петра – ведьмы–трёшницы Рита и Марго, устроили чайную церемонию…»
Пояснительная вставка «ведьмы-трёшницы Рита и Марго» выделяется одинаково с обеих сторон либо тире, либо запятыми.

«Вполне хваткая, и неглупая.»
Запятая не нужна.

Есть и другие моменты. После редактуры желательно заново пройтись, поискать ошибки.

Отстранённость.
«Глухую стену соседней пятиэтажки покрывал красочный мурал»
Почему бы не передать эту деталь мира через наблюдение персонажа? Например, Пётр мог бы задуматься, что мурал пора обновить — краска выцвела, особенно красная, став вообще жёлтой. Бюджета на это нет, что ли? А как же «гордо реет Красное Знамя…», как там поётся. Теперь или песню перепивать на «Жёлтое Знамя», или мурал обновить наконец-то.
Придавайте субъективности внешним деталям мира. Показывайте, как персонаж смотрит на этот мир. Он же в нём не статуя, а живёт, переживает, что-то думает.

«Парящий плакат…трепетал от ветра»
Точно такой же случай.

Далее примеры приводить не буду по этой категории. Читателю интересней погружаться в мысли персонажа, а не читать хоть и красочное, но отстранённо-холодное описание мира. 

Диалог.
«– Ну, здравствуй, Петя.
– Здравствуй, Татьяна.
– Как живешь, что в гости не заходишь. Занят сильно, что ли?
Пётр промолчал, неопределенно поразмахивал в воздухе пальцами и как-то криво кивнул, мол, да, чутка занят.
– Как жена твоя молодая?
– Ничего, спасибо, привыкаем. Когда там ее из Жукококанда в наши края привезли?
Татьяна заглянула в разбросанные на столе свитки:
– Месяца четыре как уже.
– Уже четыре месяца, хорошо. Пообвыкнуть должна к городу-то. Скоро. Надеюсь.
– Не привыкла еще?
– В процессе, – Пётр опять скривил лицо и помахал в воздухе пальцами.
– Ну, привыкнет. Мама вот моя по слухам быстро привыкла.»
Диалог нужно править основательно. От первых двух реплик можно смело отказываться. Но это не всё. Кто какую реплику говорит? Для простоты — говорит мужчина и женщина, мужская будет М, а женская — Ж.
Ж: Как живёшь, что в гости не заходишь. Занят сильно, что ли?
Ж: Как жена твоя молодая?
М: Ничего, спасибо, привыкаем. Когда там её из Жукококанда в наши края привезли?
Ж: Месяца четыре как уже.
М: Уже четыре месяца, хорошо. Пообвыкнуть должна к городу-то. Скоро. Надеюсь.
Ж: Не привыкла ещё?
М: В процессе.
Ж: Ну, привыкнет. Мама вот моя по слухам быстро привыкла.
Вопрос: Почему Пётр спрашивает у Татьяны, когда жена его приехала из Жукококанда в их края? Почему Татьяна знает ответ на этот вопрос, а Пётр — нет? Почему Пётр сначала не знает точно, привыкла ли его жена к городу уже или ещё нет, а в следующей реплике определятся точно, что жена ещё в процессе привыкания?
Почему Татьяна не знает, быстро ли привыкла её мама? Она по слухам это знает, а не от мамы? Или её мать привыкала к городу, используя слухи, а не собственный опыт (намёк на две пропущенные запятые)? Как Татьяна определила, что это слухи, а не достоверная информация (это намёк на точность формулировки)? 

Отдельно:
«…стояла жаркая южная ночь, пели цикады, Петру сразу захотелось ещё выпить вина и Татьяну»
Для тех, кто слышал «пение цикад», особенно вблизи, оно вряд ли будет настраивать на романтичный лад. Когда зарубежные авторы пишут об этом, они обращаются к опыту читателя, который ассоциируется с родным домом, когда писатель вырос в местности, где есть цикады. Нам же такое описание не совсем понятно, основная масса наших читателей не знает, как они звучат. Может, как сверчки, можно подумать. А потому возникает ощущение такого таинственного и слегка романтичного, тёплого чувства от упоминания «пения цикад». На самом деле, эти насекомые настолько немелодично и громко «поют», что только человек с «особым вкусом» может воспринимать это, как романтичный фон. Такому и кудахтанье курочек, и похрюкивание свинок покажется романтичным. Если это желаемый эффект, тогда ладно. Но для романтики, для образа тихой лунной ночи, где он и она лишь вдвоём, лучше подойдут сверчки.

«Ночь ярких бурных наслаждений на курорте совпадала с получасом времени в мире советской магии. Устроители портала грамотные и опытные колдуны, чай, не для чужих старались-то.»
Вот это — самая большая сюжетная уязвимость. Если колдуны могут создавать пространство, где время течёт быстрее или медленней, то они могли бы весь завод разместить в нём. Или создать мини-заводы/фабрики для небольшого числа рабочих в таких «карманах». Тогда и никакого транспорта не нужно, чтобы туда рабочих доставлять — поставил один портал в центре района. Рабочие туда пешком дойдут и окажутся прямо на рабочем месте. Во-вторых, там они могут отработать 6 часов смены, а в их родном мире пройдёт полчаса. Ну или 12 часов смена, а в реальном мире — час. Это же и спальню можно устраивать в таком «кармане» — зашёл, поспал 12 часов, вышел — а в реальном мире полчаса прошло. Тогда в сутках 24 часа, спишь ты два раза в день по 30 минут (по 12 часов в «спальном пространстве»), работаешь час, а всё остальное время (22 часа) — занимаешься своими делами. Не сильно ли такая технологическая/магическая возможность повлияет на сюжет, не сделает ли некоторые его ходы невозможными? Или она просто забывается? В мире, где люди магию используют в производственных целях, такая возможность точно нашла бы практическое применение, а не только развлекательное.
И ещё один вопрос — если они могут наколдовать там любую еду, то почему в столовой такой скудный выбор?

Резюмируем:
- текст определённо нужно править, упрощать и сглаживать, удалять лишние слова, канцелярит, и так далее;
- убрать отчётный тон и «цитаты из досье»;
- добиться точности формулировок и передачи смысла;
- добавить субъективности тексту, приблизить повествование к герою;
- поправить пунктуацию;
- поработать над диалогом.

Что хорошо.
Это идея. Идея выделяет книгу. Она свежа и интересна. Именно она вовлекает читателя, который, преодолевая сопротивление текста, продолжает читать. Если убрать описанные выше причины, создающие сопротивление чтению, книга (судя по идее из первой главы) имеет добротный потенциал. 

Чего не хватает?
Конфликт не обозначен. Возможности его заложить и накалить есть, но первая глава — это просто повествование. Сама по себе, технически, первая глава не цепляет. Цепляет идея. Хочется о ней узнать больше. Но с хорошо выстроенным конфликтом можно было бы как будто добавить множитель к читательскому интересу. Пока потенциал не использован.
И концовка главы пока не цепляет. Читателю больше интересны реальные события, а не сны. Вот представьте, ваш товарищ приходит и воодушевлённо говорит, что видел обалденный сон! Сейчас его расскажет. Вы чувствуете то же воодушевление и интерес или зарождающуюся тяжесть? Уверен, большинство выберет второе.  

Но недавно сам читал автора, который не использует лишних объяснений, не декларирует эмоций и показывает социальную иерархию через жесты, поведение и поступки. Это очень тяжело читать, часто спотыкаешься, перечитываешь и ничего не понимаешь. Я в этом случае за простоту.

Важно не просто "показать", но и правильно это сделать, чтобы и не раздувать текст, описывая максимально кратко, но и использовать точные и, что самое главное, правильно интерпретируемые детали.

Например, можно написать:"он сжал кулаки и шагнул вперёд." Без контекста, мы не понимаем, какую эмоцию он испытывает. Под "сжатые кулаки" подходит и злоба, и обида, и даже просто физическая боль. Некоторые авторы, используя технику "показывай, а не рассказывай", делают это неправильно. Потому и читать тяжело и многое непонятно. 

Благодарю. 

примите, как мотивацию к действию -- проштудировать книги о писательском ремесле, приложить усилия для редактуры... Это не быстрый путь, но посильный. Просто начните идти в этом направлении, и всё получится!

потому что мы белые. Были бы чёрные, то была бы у всех спина чёрная. Ну очевидно же, сударь 

Уже первые предложения главы выдают состояние текста — не прошедший правок черновик.

Первое предложение:
«Высокий, темноволосый юноша быстро двигался, пробиваясь сквозь толпу людей.»
Во-первых, запятая между «высокий» и «темноволосый» не нужна. Во-вторых, он двигался сквозь толпу людей или пробивался сквозь толпу людей? Первое слово придаёт фразе оттенок канцелярита, хотя таковым не является. Самое главное — смысл дублируется. В ещё большей степени он дублируется словом «быстро», потому что пробиваться — это уже такое движение, которое характеризуется стремительностью. Да и завершается предложение повтором «толпа людей». Слово «толпа» уже подразумевает большое скопление людей. Вот если бы это была толпа эльфов или конкретной группы людей, как африканцев каких-то, то можно и уточнить.
В чистом виде оно бы выглядело так: «Высокий темноволосый юноша пробивался сквозь толпу.» Но, по правде сказать, и в таком виде оно звучит костляво. Тем более, как первое предложение главы. Всё ещё нужно перестраивать.

Второе предложение:
«Скоро должен был начаться экзамен, в котором участвовали только выпускники «Снежных Барсов».»
И снова тяжёлое предложение с лишними словами. К тому же, оно отстранённое, внешнее. Что утяжеляет это предложение? Конструкции типа «должен был начаться» по-канцелярски отстранённая, грубая. Слово «экзамен», звучит грубо и неестественно, ведь в русском языке появилось где-то на стыке 18 и 19 веков. Почему не взять более лёгкое, вроде «последнее испытание»? Конструкция «в котором участвовали» тоже не добавляет лёгкости. «…только выпускники…» даже без слова «только» понятно, что «только выпускники». Но «выпускник» — это тот, кто полностью завершил курс обучения и сдал все экзамены, в том числе и последний. А главный герой последнее испытание ещё не прошёл.
Ещё бросается в глаза отстранённость этого предложения от главного героя. Это ослабляет текст. Поэтому переформулировать его можно во что-то в виде: «Последнее испытание начнётся с минуты на минуту. Только пройдя его, Сеймур мог по праву называться «Снежным Барсом».» Оно становится привязано к главному герою и звучит более «лично».
Можно и лучше сформулировать, усилить срочность, показать, что опаздывать нельзя, и что это — единственная попытка. Я предложил не финальный вариант, а направление, в которое стоит направить мысль при перестроении предложений.

Возьмём третье предложение?
«Эта проверка ставила точку в обучении воинскому искусству за последние десять лет.»
«Ставила точку в обучении» — это не о выпуске, а об остановке. Поставить точку в обучении можно на любом этапе, даже спустя месяц после начала. Метафора некорректна. И в целом, предложение, опять-таки, тяжеловесно:
«в обучении воинскому искусству за последние десять лет». Ладно «воинское искусство», но то, что окружает эту фразу — однозначно нужно переформулировать. И опять же, поближе к герою, а не так отстранённо и холодно. Например: «Десять лет… Десять долгих лет обучения воинскому мастерству заканчивались сегодня.» Появилась оценочность ситуации. Мысль стала ближе к герою.
Единственный положительный момент в этом предложении — это слово «проверка», а не «экзамен».

Глядя на первые три предложения и предложенные правки к ним, я склоняюсь к тому, что их нужно объединить и переформулировать полностью. Показать, сколько усилий вложено в обучение, сколько пролито пота и крови, сколько получено ушибов и ссадин за последние десять лет. Испытание начнётся с минуты на минуту, Сеймур опаздывает, а у него — лишь одна попытка, чтобы доказать, что всё это было не напрасно. И ставки высоки — либо провал и потерянные впустую 10 лет (можно ещё последствий добавить, как падение статуса ниже прежнего), либо успех и надежда (а не гарантия) на достойное будущее.

А мы разобрали только первые три предложения. Прочитал я главу полностью два раза.

Я не буду разбирать дальше подробно, лишь подведу итоги:
- предложения перегружены;
- много лишних слов;
- много неточностей в формулировках;
- размытые образы, не дающие определённую, точную визуальную картинку;
- неработающие метафоры;
- канцелярит;
- повествование слишком отстранено от ГГ;
- диалогам не хватает живости, проскакивает «фальшь»;
- ошибки в пунктуации;
- ошибки в описании визуальных деталей;
- ошибки в фокализации;
- отдельно упоминаю злоупотребление словом «парень», как замену имени и местоимению;
- введение имён второстепенных персонажей без необходимости;
- декларативность в описании эмоций;
- некоторая общая событийная наивность.

Исправив всё это, можно будет начинать говорить о структуре и стилистическом исполнении, оформлении конфликта и так далее. К этому тоже есть вопросы.
Но для исправления указанного, потребуются знания, которые не получить, просто переписывая текст и внося локальные правки. А получив эти знания, станет понятней, как оформить и усилить конфликт, как не допустить стилистических ошибок, как выстроить устойчивую структуру. Рекомендую читать книги о том, как писать книги.

Но ровно половина работы уже сделана — есть текст. Вторая половина — это провести его через редактуру и правки.
Успехов!

Начинается глава с диалога, который затрагивает писательское ремесло, и, по моему мнению, это не лучший выбор, так как в большей мере будет интересен тем читателям, которые сами писатели. Подобное неторопливое и ровное повествование будет, конечно же, интересно определённому кругу читателей. Но для того, чтобы заинтересовалось большее их число, нужно добавить динамики. Учитывая, что вторая часть главы, которая начинается с приходом капитана, во-первых, более динамична, а, во-вторых, абсолютно самостоятельна и не зависит от диалога доктора с писателем (между этими частями нет устойчивой связи), то может, с этого и стоило начать главу.

Диалог и игра в шахматы. Возникло ощущение, что игра введена лишь для того, чтобы добавить динамики, но шахматы — это не динамичная, а интеллектуальная игра. Соответственно, игра в шахматы могла быть использована, как иллюстрация хода диалога — один атакует, другой защищается, один аргументом ставит шах, другой уклоняется от атаки острой фразой или меняет позицию в разговоре. Но этого нет. Игра просто идёт фоном, не добавляя диалогу ни динамики, ни смысла.

Введение имён персонажей выполнено неудачно. Вначале главы даются имена двоих, потом используются «писатель» и «доктор» настолько долго, что читатель успевает забыть, как их зовут. А затем имена вводятся снова, но уже двух других персонажей. В итоге читатель во второй раз вынужден вникать и внимательно вчитываться, чтобы сообразить, кто есть кто и чью реплику он сейчас читает.

Прочитав «Шустер молчит» я уверен, каждый читатель вернётся назад, чтобы посмотреть, кто такой этот Шустер.

Перегруз:
«Вам, наверное, не понять, но каждая творческая личность, коей я, с вашего позволения, тоже являюсь, прежде всего озабочена тем, чтобы не повторить предшественников, сказать что-то новое, выдать оригинальное.»
Мысль длинная. В принципе, она не сложная, но таковой кажется из-за избытка оборотов. Читателю нужно удерживать всё предложение от начала до конца в голове, чтобы понять его смысл. Можно упростить его для читателя и сохранить такую неторопливую манеру речи. Приведу пример с «умеренным вмешательством»:
«Вам, наверное, не понять, но каждая творческая личность, коей я, с вашего позволения, тоже являюсь… Так вот, каждая творческая личность прежде всего озабочена тем, чтобы не повторить предшественников. И ей остаются лишь поиски нового, оригинального.»
Манера речи сохранена, большая часть оборотов тоже. Одно предложение с помощью точек мы разрезали по смыслу на три, последнее переформулировали. Читается и воспринимается легче.

«Снова, как и вчера, они сидят за стеклянным столом и играют в шахматы, всё ещё морщась от нестерпимо белого света, не оставляющего теней, и от тошнотворных цветов — голубого и розового — фигурок и квадратов на доске.»
В «снова» нет необходимости. «они сидят за стеклянным столом и играют в шахматы» — почему не проще «они играют в шахматы за стеклянным столом»? Из-за длины предложения в нём смещается акцент. О чём оно? Начинается о том, что они снова заняты игрой в шахматы, то есть, их дни похожи один на другой, потом идёт описание интерьера, затем снова возврат к шахматам. В нём нет ударения (центра внимания), главная мысль не выделена. Лучше разделить и переформулировать.

«Только тогда, когда говорю с писателем»
В этом предложении, как минимум, есть одно лишнее слово. Как максимум, можно придумать несколько вариантов, которые звучали бы красочней.

«Да и, в конце концов, никто не заставит человека пользоваться Модулем в обязательном порядке.»

«Теперь ни у одного человека уже не хватает такой широты ума, чтобы охватить в полной мере всё движение от анналов до настоящего».
Тяжёлое для восприятия предложение. Его желательно упростить.

В тексте много предложений с «лишними словами», которые не несут смысловой нагрузки или повторяют уже сказанное.

Неопределённые фразы:
«это было там-то, а это — там»
Очень общая и необразная фраза, которая выглядит лишней. Уж лучше придумать конкретные примеры, эмоционально окрасить их и реакцию персонажа, например, через возмущение: И, скажите, что нам остаётся?

Нет явной эмоциональной вовлечённости персонажей в разговоры.
«— … Ну да чего тут распространяться, если ещё Сократ…»
В этой фразе читается скрытая провокация, скрытый укол. И какой получаем ответ?
«— Хорошо, кажется, я вас понял.»
Ответ сугубо на логическую часть. А эмоции где? Нет, персонаж может ответить лишь на логическую часть, но как-то должен же проявить эмоции?
Эмоции обозначены местами, и по отдельным репликам их можно заметить, но они существуют точечно, только в этих местах. Они не создают устойчивого и заметного общего эмоционального фона. 

Неточность формулировок:
«Писатель опускает руку, чуть было не схватившую пешку, под стол и склоняет голову набок.»
В таком виде предложение не совсем точно передаёт мысль. Внимание читателя переключается с руки на пешку, а потом снова к руке, которая оказывается под столом. Мини-флешбэк такой с пешкой.
«Писатель чуть не хватает пешку, но опускает руку под стол и склоняет голову набок.»
В таком виде в предложении выстроена чёткая последовательность, без разрывов и «возвратов в прошлое руки». А потому легче воспринимается. Внимание читателя уверенно контролируется.

Это не все примеры.

Первая глава, по моему мнению, требует реконструкции и редактуры. Пока более похожа на черновик, прошедший одну лёгкую правку. 

смысл в том, что подход "если смотреть шире" приводит к абсурду

если смотреть шире, то все люди -- рыбы 

тот же сюжет, но другой попаданец из добрейшего и нежнейшего домашнего обитателя "попадает" в того же гада-начальника. Книга учит, как учить выживать "неиграбельных персонажей" в экстремальных корпоративных условиях.

Первая глава "Других" написана очень лёгким и плавным языком, почти мелодичным.

Но встречаются смысловые повторения, вот даже взять первый абзац:
"Осторожно ступая, я беззвучно вошла в гостиную. Касаясь пола подушечками лап тихо-тихо, стараясь не цокать когтями по глянцевому паркету, старалась проскочить в свою комнату незаметно."
Начало же хорошее, интригует и с первых предложений даёт понять, что происходит -- будто подросток возвращается домой под утро, хотя должен был в это время спать в своей кровати.
Но смысл действия повторяется трижды. Да, есть небольшое расширение смысла, дополнение образа. И всё же, я выступаю за сокращение повторений, в том числе и смысловых. Менее требовательный читатель наверняка займёт твёрдую позицию, что менять ничего не нужно, а для меня это звучит примерно так: я тихо пытаюсь пробраться, ступая тихо, тихо проскочить через гостиную в свою комнату. 

Повторюсь, как начало -- эта зарисовка, по моему мнению, отличная. Она даёт красочный образ, минимальные детали и примерное понимание происходящего. Она интригует, заставляет ум зацепиться и читать дальше, чтобы понять, кто этот персонаж, что за мир в этой истории и что происходит.

Повествование идёт плавно и красиво, так как построено на живом языке. Это, я считаю, первая из сильных сторон. Вторая -- это грамотная диспропорция знания между читателем и персонажем. Он знает больше, и читатель постоянно "в отстающих", пытается узнать больше. Это создаёт и поддерживает интерес до самого конца главы.

Но есть ещё несколько моментов, на которые я хочу обратить Ваше внимание.
Белые бегут от двойной морали и становятся серыми. Но серая зона -- это именно зона двойной морали. То есть, это зона между белым и черным, где обе позиции сосуществуют, создавая почву для возникновения двойной морали. Может, они бегут от несправедливости или чего-то ещё, но именно, что оказываются во власти двойной морали.
С другой стороны, хорошо показан механизм перехода, мол, изначально все белые, некоторые уходят в серые, а из серых часть -- в чёрные, но чёрные -- это не навсегда, и какие-то могут вернуться обратно в серые.
Что мне нравится, так это та точность и уверенность мысли, которая поясняет это движение.

Следующий слабый момент -- это визит Константина. Он молниеносный. Понятно, зачем он введён. Мир реагирует на поступки героини. Реакция быстрая и закономерная, но показательная и слабая. Я не о том, что нужно её тут же пришпилить и наказать, но раз он пришёл, то у него возникли подозрения. Да, это утро выходного дня, он -- гость, но совсем не попытается хоть как-то надавить или что-то выудить? Не задаст напоследок каверзный вопрос? Не вернётся со стуком в дверь, как капитан Коломбо? Просто пришёл, чтобы заявить о себе и, удовлетворившись простым "нет", ушёл? Момент не дожат, не получил должного накала.

И ещё один слабый момент -- конец главы. Современный читатель требует... кх... стимуляции для переворачивания страниц. Не хватает мотивационного "тычка".

В целом же, хорошая, крепкая работа с лёгким и живым языком!

с такими размытыми рамками, можно почти любую книгу подвести под попаданцев. Не подберу сильного и конкретного слова, чтобы сказать "нет, это заблуждение".

жаль, нельзя посту этой категории жмакнуть "нравится".  
Поздравляю! Очень рад за Вас!

Не было и нет цели у меня никого громить или что-то подобное. Это не разгром. Это "подсвечивание" тех мест, которые можно (и желательно) улучшить. 

«Сгрыз печеньки с кружкой кофе … решил выпить кофе … потом ещё кофе…»
Три кружки или две?

Много... в этом и задумка, ГГ всё непонятное, сваливает на кофе.

Смысл в том, что нужно показать это уверенно, чтобы не возникало ощущения, что это какая-то ошибка.

незрелость рассказчика (не самого автора, а того голоса, который представлен авторской речью);

Этот момент объясните пожалуйста? Если незрелость ГГ, то именно для этого была написана эта глава.

В книге есть, грубо говоря, два главных голоса -- это внутренние и внешние реплики главного персонажа и повествующее лицо, чьи слова мы читаем, как слова автора. У повествующего имеется своя личность. Иногда она совпадает с самим автором, иногда нет. Обычно при подаче от третьего лица эта личность отличается от главного персонажа. Она может иметь своё мнение, может субъективно оценивать действия главного героя, а может быть объективной и беспристрастной. В Вашей истории, личность повествующего идентична персонажу, обладает той же незрелостью, как и он сам. Очень показателен вот этот фрагмент:
"Ден не знал, чья это была мысль. Реальность замерла. Предвкушение, надежда на возможный секс с девушкой, аура первого свидания выключилось, и "мистер Некто" неожиданно увидел происходящее со стороны. Или это Ден? Сложный вопрос. Но новая сущность парню понравилась: смесь иронии, созерцания и равнодушия.
Лена, мгновенно выбрав, между возможностью сделать селфи и парнем рядом, выбежала наружу, сбив Дену настрой. Растерянно проведя ладонью по лицу, парень наблюдал как подруга, вполне самостоятельно справилась со стулом, дверью и зеваками на улице. Дождавшись заказа, пошёл искать потерявшуюся подружку."
Незрелость выдают не только слова, фразы и обороты, но и то, о чём говорит нарратор. 

- неестественные и необоснованно импульсивные действия персонажей;

Сюжет нелинеен и глава не зря называется "точка отчёта ноль". Почти каждая сцена и большинство слов и предметов -- это гиперссылки к последующим событиям. Монолог диджея, фраза "дебила кусок", сцены в "компьютерной игре", кофемашина, кеды, северное сияние, белые волосы -- это отсылка к последующим событиям и предшествующими тоже. Практически всё, происходящее с ГГ неслучайно.

Речь не идёт о линейности/нелинейности сюжета или количества сцен в первой главе. Речь о том, как они вводятся и какое получают обоснование. Совершенно разные вещи.
Герой звонит подруге, но тут же забывает о ней; необычный случай с погружением в игру не производит на него сильного впечатления, он просто переключается; соседка, обиженная на него, соглашается пойти с ним за шаурмой; внезапно выбегает на улицу; у гг откуда-то мысли о сексе с ней; приглашённая подруга реагирует неадекватно и так далее.
Можно сказать, что разве каждый отдельный случай не может случиться? Конечно может, но при наличии достаточного обоснования. Даже самая неестественная реакция персонажа может быть обоснована, и читатель поверит. В этих случаях поведение персонажей выходит за рамки обычных реакций, и обоснования такому поведению нет.

- события происходят, возникая из ниоткуда — случайно, хаотично;

Стертая память -- точка отчёта событий замкнутых в "колесо". Именно с этого начинается глава, ну и смотрите выше.

Уже говорил выше -- должно быть обоснование. У персонажа разве память стирается каждые 10-15 минут? Как он мог забыть, что пригласил подругу? Почему соседка выбежала наружу, как психопатка? Почему он вместо игры отвлекается на что-то другое в ней? Не нужно отвечать на эти вопросы. Ответьте себе -- есть ли в тексте, в самом тексте, в первой же главе, обоснования этим событиям?

- конфликт несущественный и надуманный;

Конфликт ГГ с самим собой, или с девушками? Уточните, пожалуйста.

Начнём с того, что все конфликты смазаны. Им не хватает фокуса и остроты. Они не доведены до накала.
Начнём с конфликта с соседкой. Получила дверью. Извини, пойдём за шаурмой вместе? Хорошо, пойдём. Всё, конфликт закончен.
Конфликт с приглашённой. Увидела его с девушкой и вспылила. Они не целовались, не обнимались, не держались за руки, не хохотали, как парочка влюблённых. Просто вышли на этаж вместе. Откуда конфликт здесь? Ни вопроса, ни послушать, что гг скажет -- на тебе конфликт. Можно сказать, что вот она такая, так пылит сразу. А где обоснование этому?
Конфликт персонажа с собой? Это что он не помнит чего-то? Это не кофликт, а сюжетные уловки. Конфликт внутри игры с каким-то таинственным противником? Он не оформлен. Он ещё не состоялся.

исправить оформление диалогов;

Зачем? На мой взгляд правила оформления запутаны и мешают чтению, да ладно -- режут глаза. Я немного упростил и систематизировал. Или официальные правила составляли не люди?

Зачем тогда вообще ставить любые знаки препинания? Они не запутаны и не мешают чтению?
В оформлении диалогов (знаками препинания) есть ошибки. Есть чёткие правила их оформления. Менять их, систематизировать и упрощать не нужно. Они уже есть, систематизированы и упрощены.

исправить ошибки в фокализации — не прыгать в головы второстепенных персонажей

"внимательно рассмотрела счастливую улыбку Дена и, подняв глаза, поинтересовалось у вселенной: «за что ей всё это?»" фраза произнесена вслух, дальше ГГ отвечает от лица вселенной. Может я что-то не заметил?

Обратите внимание, как Вы оформляете прямую речь, а как -- мысли. Мысли Вы закавычиваете, а прямую речь пишите, начиная с новой строки и тире. Оформлено это с помощью кавычек. Так это мысли или слова? Если Вы выбираете определенные способы оформления прямой речи и мыслей, то придерживайтесь их, а не заставляйте читателя гадать, что это в этот раз. Но это не единственный момент. Вот ещё один, например: "Лена, мгновенно выбрав, между возможностью сделать селфи и парнем рядом..." Нарратор здесь тоже "заглядывает" ей в голову и читает мысли. 

Так получилось, что это не мой кусочек текста. Его написала одна профессиональная писательница с правильным образованием, я только переделал под себя оформление. И поэтому, я текст не трогал. И про "монолог диджея": специально накидал слов, пытаясь быть похожим на ведущего с радио, которые вынужденно заполняют время эфира. В основном повторами и бессмысленным трёпом. Работа у них такая.

Не важно, кто писал этот кусочек. Он в Вашей книге. Диалог не выделен со сноской, что написан кем-то другим. Читателю это неизвестно. А книгу рекомендованную обязательно прочитайте. Уверен, после этого у Вас появится желание исправить не только этот диалог.
Какая бы ни была работа у ведущих на радио, как бы они не говорили в реальности, мы же говорим всё же о литературе, художественном тексте, а не репортаже с прямой речью. Поэтому нужно имитировать стиль радиоведущего, но писать художественный текст.

Начну с примеров.

«Мощная вспышка на солнце, превышает всё виденное нами ранее. Сегодня зафиксировано несколько мощных выбросов, которые решили проверить на прочность нашу старушку Землю.»
Эти два предложения имеют и рядом стоящие повторы, и накладываются друг на друга, а в формулировке первого ещё и не всё в порядке. Лучшим способом будет не править первое и думать, как убрать повторы, а объединить в одно:
«Несколько невиданно мощных вспышек на Солнце решили проверить на прочность нашу старушку Землю.»

«дебила кусок»
Лично я всегда выступаю против нецензурщины и близких к ней выражений, считая, что в эти моменты автор имеет отличную возможность поупражняться в остроумии и завернуть цензурные слова в такой узел, что получится яркая, но кислая конфетка.

«К вылетающему из адского нутра, бесконечному монологу, парень привык и считал необходимым для комфортной жизни.»
Пропущено слово, из-за которого предложение становится странным и рассогласованным. Важно не убирать слова, без которых нарушается конструкция мысли.

«Такой иллюзии сопричастности к большому миру.»
Это не самостоятельное предложение.

«Нет, не так… чуждым.»
Это предложение характерно для блогов, а не для книг. 

«…парень обернулся на монитор компьютера,»
Это обиходно-разговорный оборот. В литературе мы можем прочесть, что кто-то обернулся на звук, на шаги, и так далее. Если же это статичный предмет, то «обернулся на…» звучит неестественно. Лучше будет «обернулся к монитору», а ещё лучше сказать проще: «посмотрел на экран компьютера». Во-первых, его положение в пространстве не обозначено. Читатель знает только, что он стоит. А как стоит — спиной к экрану, боком — неизвестно. Тем более, что в следующем предложении он «падает в кресло». Можно дать читателю представить, что он просто встал из кресла перед столом. Посмотрел на экран, вспомнил, что делал, и сел в кресло опять. Образ неразрывный и действия близки.

Ден, парень, геймер — не нужно много синонимов. Ден и он — вполне достаточно.

«Как память стёрло…»
Есть отлично подходящее выражение «как ветром сдуло». В «память стёрло» есть какое-то внутреннее усилие, есть сопротивление. В «ветром сдуло» же чувствуется лёгкость этого действия, быстрота.

«Плохой симптом, стареешь Денчик, скоро начнёшь…»
А вот это предложение лучше разбить на два или даже на три:
«Плохой симптом. Стареешь, Денчик, скоро начнёшь…»
«Плохой симптом. Стареешь, Денчик. Скоро начнёшь забывать трусы надеть.»

«Вон уже метеозависимым становишься, и начнётся…»
Или «Скоро уже метеозависимым станешь, и начнётся…»
Или «Вон уже метеозависимым становишься, скоро начнётся…»

«…попробовал вспомнить нахрапом…»
Нахрапом — это действовать дерзко, напористо и решительно. Как можно вспоминать дерзко, напористо и решительно?

«зашёл-разулся» и «вроде»
Если эти слова намеренно употребляются, чтобы подчеркнуть особенности речи главного героя, то ладно.

«Сгрыз печеньки с кружкой кофе … решил выпить кофе … потом ещё кофе…»
Три кружки или две? 

«На экране монитора вспыхнула заставка загрузки в виде «колеса Сансары»»
Тяжеловато. Экран монитора и заставка загрузки… Может, лучше так:
«На экране закрутилось колесо Сансары — пошла загрузка.»

««Звездец», — мелькнуло в месте, предназначенном для ношения шлема.»
Это предложение имеет несколько слабых мест, потому лучше позволить Дену высказаться:
— Звездец, — вырвалось у него.
Или колоритней:
— Холодец мне в трусы!

«Ден видел только шлем, который стал центром нового мира, а длинные, белые волосы закрыли остальную картинку.»
Если речь идёт о том, что волосы перед лицом ограничивали обзор, то может, именно их и стоит сделать центром предложения? Тем более, что герой дальше именно на них обращает своё внимание.

«Не, а чё…»
Это допустимо в прямой речи или мыслях героя, которые встречались ранее в тексте, будучи закавыченными («…»). В этом случае они не взяты в кавычки, да и по стилю повествования не отличаются от слов автора.

«…и этот момент связан с какой-то деталью»
Слово «деталь» вызывает ассоциации с деталями какого-то устройства.

«…говорит персонально для него…»
Почти канцелярит. Когда можно проще, лучше сказать проще:
«говорит только с ним»

«На уровне озарения»
«Как озарение»

Диалог:
— Привет, — зачастил голодающий, — Занята?
— Не особо, — с напускной усталостью протянула девушка, — Что хотел?
— Вспоминал сегодня «Шаурманию», как мы с тобой в тот день на мопеде Макса за ней гоняли. И как дождь лил стеной, как будто все осадки мира на нас выпали. Помнишь?
— Как такое забудешь, — зевая, проговорила Ольга, пошатнув надежду на встречу, — Я потом на неделю с кашлем слегла. И собеседование запорола. Прокатились, называется, мог бы и такси взять.

Рекомендую прочесть книгу Роберта Макки «Диалог», в таком виде его оставлять нельзя. Он лишён контекста, персонажи будто читают реплики с бумажки, а не говорят вживую.

Это слабые места, взятые лишь из первой четверти главы. Не буду перечислять все, лишь резюмирую:

Видно, что в тексте уже были правки, но их недостаточно. Нужно продолжать редактировать, исправлять слабые места.
А это:
- убрать канцелярит;
- избавиться от неточностей в формулировках;
- убрать несогласованности частей предложений;
- разделять тяжёлые и длинные предложения на несколько отдельных, но полноценных и независимых;
- убрать несамостоятельные предложения;
- добавить пропущенные запятые и удалить запятые не в тех местах;
- избавиться от чрезмерного использования синонимов (к имени ГГ);
- добавить фантазии и выразительности в ругательствах;
- избавиться от излишней детализации — перечисления мелких, не слишком важных действий и деталей;
- переписать диалоги;
- исправить оформление диалогов;
- исправить ошибки в фокализации — не прыгать в головы второстепенных персонажей;
- убрать разговорные слова и обороты из авторской речи.

Сомнительные приёмы:
- нужно ли «пробивание четвёртой стены»?
- нужны ли близкие к нелитературным ругательства?
- нужны ли авторские отрицания очевидного? (захотел, нет, не в туалет и пр.)

Концептуальные слабые места:
- незрелость рассказчика (не самого автора, а того голоса, который представлен авторской речью);
- неестественные и необоснованно импульсивные действия персонажей;
- события происходят, возникая из ниоткуда — случайно, хаотично;
- много несюжетных действий и деталей;
- конфликт несущественный и надуманный;
- «крючки», вовлекающие читателя, слишком неявны — есть места, где они могли бы быть, но эти возможности не реализуются.

Что хорошо:
- неплохо показана нестабильность внимания главного героя, как будто у него СДВГ;
- не уверен, что это задумка автора, но персонаж хорошо читается незрелым и неопытным;
- вложены интересные события (но не использованы на полную возможность).

Вас записать? Наверняка к моменту, когда наступит Ваша очередь, уже будет опубликована существенная часть

Только помнить нужно, что все имена берут своё начало в языке

угумс. На АТ

конечно можно, +1 читательское мнение автору всегда в радость, если оно не в гадость 

не знаю, почему эта тройца "добранежелателей" отметилась, но думаю, что было бы что сказать по делу -- были бы комментарии.

сказано -- сделано  

Например, такой момент: "В следующий момент раздаётся звук в замке...и -- представьте себе, входит..." Затем идёт абзац, который сам по себе хорош, но только начался интересный момент -- в камеру постучали, кто-то входит, так вместо показа того, что происходит дальше, нам подают рассказ о тонкостях стука в дверь.
Это моё предположение, что может, его лучше разбить на 2 части, и первую, где идёт речь о грубом стуке в дверь, вставить сразу после того, как постучали аккуратно -- мол, у нас так не стучат в дверь. А вторую часть разместить чуть позже -- входит не группа массажистов, а такой-то мужичок. Вот я удивился.

И этот абзац, который начинается с "Если по сроку, то знаете, как на воле говорят..."
Он разве что атмосферы добавляет, но вот я читаю, пропуская его -- и становится динамичней, потери невелики.

я тогда дочитаю полностью, и напишу рецензию.

Первая глава Шкатулки на память.
Начинается живо, цепляя интерес. Читатель как за нос ведётся к концу главы.
Техника письма хороша, сразу позволяет втянуться в чтение и погрузиться в повествование. Не спотыкался я ни о канцелярит, ни о курьёзные фразы, ни о предложения с непонятной структурой или с неточно выраженными мыслями. В этом плане -- отлично.
Порадовало, что нет перегруза лором (вставки есть, но они необходимые). Единственное, что бросалось в глаза -- что они иногда врезаются в интересные моменты сразу после их начала.
Персонаж отлично раскрывается через его манеру повествования. 

Единственный момент, который вызывает вопросы, это концовка главы.
Её я оценил, как читатель. Да, понятно, что если бы герой просто согласился -- это не "по канону". Конфликт же должен быть. Но вот как для читателя -- отказался, и истории конец. Затравка интересная, намекает на приключения, но они отметаются. Вероятно, он либо передумает, либо его силой вытащат из одиночки. Но отказ как будто ставит точку.
Надеюсь, двум пожизненным медвежатнику даётся объяснение дальше в тексте, так как этот момент вызывает недоумение немного.

В целом, крепкая и качественная работа.
Когда говорят: "пишите так, как говорите", можно эту главу приводить в пример. Подкупает лёгкостью и разговорным стилем повествования.

можно 

а для человека, который не настолько сильно погружён в восточную культуру, как это понять? Может, монах какой-нибудь.

здесь вопрос был именно к формулировке. Можно перефразировать, чтобы смысл считывался точнее и не возникало пространство для догадок.

Другое дело, что сказанное Вами в комментарии знает автор, а читатель?

Начинается глава со слов:
«Наконец-то она очнулась.»
Зафиксировали. Мы это уже знаем.
Второй абзац:
«Жаль, если так…» (в смысле, что умерла).
В этой фразе нет необходимости, так как она пытается подрубить сомнением первую же установку.

Начинается глава с загадки, это увлекает читателя. Но позже действующие лица меняются. Глава оканчивается на завершённом действии, что не мотивирует перейти на следующую. Читатель может продолжить чтение ради того, чтобы узнать, что дальше произойдёт с Вэйаном и его спутницей, но история с лисёнком не интригует.

Канцелярит:
«…едва вышедшая из подросткового возраста…»
«…по-женственному оформившаяся…»
можно же сказать проще: совсем юная, но уже не подросток.
О фигуре можно при желании добавить деталей.

«Она оглянулась за спину, будто ожидала увидеть там что-то.
Или как будто проверяла неосознанно отсутствие того, что там когда-то должно было быть.»
И канцелярит, и в целом тяжеловесное предложение. Лучше упростить:
«Она оглянулась и на мгновение замерла, словно ожидая что-то увидеть.
Или хотела убедиться, что там взаправду ничего нет.»

«Вэйан не стал распространяться о том, как сам он относится к этой идее и к своему имени.»
«Вэйан не хотел говорить об этой идее и своём имени.» Так легче, не правда ли?

«Вэйан продемонстрировал небольшую табличку, которую носил за отворотом халата. Чернила, которыми было написано на ней его имя, специалист опознал бы как используемые государственным ведомством Учета и Контроля, а отсутствие специальной маркировки показывало, что он простолюдин, не состоящий на государственной службе.»
В этом абзаце канцелярит встречается несколько раз. Желательно упрощать формулировки.

Канцелярит встречается и далее.

Избыточность формулировок:
«…бормотала девушка, будто припоминая что-то. Будто не могла она вспомнить, о чём говорит ей имя одной из величайших империй Поднебесья.»

«Вэйан не вполне понял, что она конкретно имеет в виду…»
Вэйан не понял, что она имеет ввиду…

«Первая мысль Вэйана была о том, чтобы сейчас одному пойти в город, там заглянуть в лавку готового платья и вернуться. Но слишком опасался он, что оставив эту сумасшедшую одну, рискует вернуться и не обнаружить её на месте.»
«Вэйан подумал, что мог бы сходить в город один и купить ей платье. Но эта сумасшедшая могла уйти до того, как он успеет вернуться.»

«И все-таки, по крайней мере…»
Или первое, или второе.

«…провоцируя как слюноотделение у сравнительно достойной части мужского населения, так и лихие помыслы у менее достойной.»
Тяжёлое предложение. Можно проще.

«Сам Вэйан остался в белой рубашке,»

Немного избыточно используются местоимения.

Неточности:

«— Когда я нашел вас, вы уже были одеты так, — начал с конца юноша, — Мое имя Цзянь Вэйан, я заклинатель из Бессмертной секты Тайань с горы Тянь Динь. Мы сейчас у озера Чунь Ду, это в часе ходу от города Лицзян.»
Автор знает, что она из Небесного Царства, а не Земного. Вэйан говорит так, будто тоже знает это, а потому выдаёт «полный адрес». Но, на самом деле, даже не догадывается:
«Что же пережила эта юная красавица? Кто привез её сюда, забрав почти всю одежду, и пытался утопить в озере Чунь Ду?»
И почему привёз? На чём основано это утверждение? Может быть, Вэйан без объяснений Аосянь задавался бы просто вопросом, как она здесь оказалась? 

«…что она была совсем не чужда практик…»
Либо «ей были совсем не чужды практики», либо «она совсем не сторонилась практик», а лучше: «ей были знакомы практики». 

«Бамбуковая трость его походила внешне на меч в ножнах, но в действительности, к сожалению, не была им: не всегда удача поворачивалась к путешественнику лицом.
Сказать по правде, такие случаи были скорее исключением.»
Как изменчивость удачи связана с тем, что трость не была мечом? Когда он каждый день берёт трость в руки, существует шанс, что она окажется мечом?
В последнем предложении нет необходимости. Этот смысл читается из предыдущего.
Вдобавок формулировка «не была им: не всегда» может быть упрощена, чтобы избежать повторения «не»: «…не была им: удача редко поворачивалась…»

«за пределы городов»
за пределы города или за город.

«…небольшой комочек мягкого белого меха. Маленький, размером с некрупную кошку, белый лисёнок лежал, распластавшись на земле.»
Комочек или распластавшись? Это разные визуальные образы. Комочек собран, а распластавшись — это вытянулся.
К тому же, лучше не разрезать образ сравнительной вставкой, а дать его полностью:
«Маленький белый лисёнок, размером с некрупную кошку…»

Дальше:
«Мех его был перепачкан кровью, и в боку зияла колотая рана…»
Собранный ранее образ разрушен этим предложением.
Это уже не белый-милый-и-пушистый. На белой шерсти хорошо видна кровь. Поэтому она бы «сразу заметила белого, испачканного кровью лисёнка с раной в боку. Совсем маленького, не больше кошки.»
А тип раны она вот так сразу определила, с первого взгляда?

«Втроем барышня и ее служанки…»
Лучше либо «втроём они», либо «Барышня и её служанки». Мы уже знаем, что служанок двое. 

Это предложение приносит комедийный оттенок. Лучше без него:
«В глазах лисенка отразился животный ужас.»

Что хорошо:
- Начало с цепляющей фразы и загадки;
- читается хоть и с сопротивлением, но оно минимально;
- повествование последовательно, нет ощущения хаоса и беспорядка;
- в целом, достойный уровень.

Изначально я хотел построить отзыв по примерно той же структуре, как и три предыдущих — вынести примеры неточностей, избыточных оборотов, переусложнённых предложений, декларативные моменты подсветить и так далее.
Но текст перенасыщен ими.

Повествование очень тягучее, постоянно сопровождает ощущение, что автор хочет что-то сказать, но не знает, как это сделать — слова не образуют стройных и понятных конструкций.
В первой главе большое количество лишних слов, избыточных оборотов, примеров тавтологии.
Стиль повествования — от приближённого третьего лица — не выдержан. Автор вторгается в мысли персонажа и переписывает их вместо их простого наблюдения и передачи читателю.

 «…она замечала, что сознание возвращается к ней всего на считанные секунды...»
Сознание — это именно то состояние, в котором человек может что-то замечать. Если оно не вернулось, человек не осознаёт этого, так как находится вне сознания. Поэтому сказанное звучит, как парадокс. И человек не может осознавать, как долго не приходил в сознание.

«Так приятно было видеть что-то собственными глазами чуть дольше…»
А чьими ещё глазами она может видеть?

«С языка сорвался сдавленный хрип, ничуть не похожий на человеческую речь»
Хрип образуется в горле. И на речь он никогда не похож.

Подобного в тексте очень много, концентрация слишком высока.

Диалоги оформлены с ошибками, восклицательный знак ставится перед вопросительным, пропущены запятые, слова автора или атрибуция начинаются с большой буквы, реплику говорит один персонаж, а слова автора относят эту фразу к другому:
«— В какой-то степени безумец, в какой-то — преступник. Но вообще-то я учёный, — Она заметила, как он склонил голову в знак знакомства, — Профессор Норд Гольдес к вашим услугам. Признаться, по части вас меня терзает тот же вопрос.»
И не «по части вас», а «в отношении вас» или «к вам у меня тот же вопрос».

«…ей захотелось задать ему множество вопросов, пусть даже голос пока что ей не подчинялся. Она тешила себя той мыслью, что скоро сможет его укротить.
Потому что ей это было жизненно необходимо.
Она устала от того, что в её голове висела звенящая тишина. Ни мыслей, ни воспоминаний — в ней не было ничего. Совершенно пустое сознание.»
В этом отрывке всё собрано вместе. И избыточность формулировок, и неточности в выражении мыслей, и абсурд, и декларативность.
Она сможет кого укротить? Его или голос? Если голос, то разве он стал непокорным, отбился от рук и делает, что сам пожелает?
Она тешила себя мыслью, но в сознание было совершенно пустым, без мыслей и воспоминаний. Как это сочетается?

«древняя старуха»
«в расцвете своей юности»
«черты его лица, которые стали задумчивыми»
«Лицо нагнулось к ней»
«не видел случаев, похожих на вас»
«отняла свою руку от груди»
«без памяти девушка чувствовала себя … неправильно и неуютно»
Это некоторые могут растянуть на цитаты в сборники перлов.

 
Избыточность и в словах, и в формулировках, и в экспрессии, во всём:
«Если сейчас она не задаст свои вопросы, как бы трудно это ни было, то попросту сойдёт с ума.»
Чьи ещё вопросы она может задать в этот момент? Почему она сойдёт с ума, если не задаст их? Накал ради накала?
«И тут её больной разум посетила безумная мысль.»
В больном разуме мысли по умолчанию безумны. Можно было бы сказать: «И тут её больной разум посетила здравая мысль.» В таком предложении есть смысл. А в изначальном либо «больной» нужно удалить, либо «безумная».

«Даже разглядев всю эту комнату, а не только её потолок, она получит хоть какие-то ответы.»
Лишние слова в предложении, но важнее то, она знает, что не может толком видеть. Зачем ей тогда даже пытаться осматриваться? Она ничего не разберёт.
У неё есть немного сил, чтобы попытаться приподняться на руках, но недостаточно, чтобы повернуть шею? Почему она лежит и строго смотрит вверх? 

Текст находится в состоянии черновика «до первой редакции». Читать тяжело. Сейчас всё нужно переделывать. Править, править и править.

можно и здесь.
Заявок много, но мы и до Вашей главы обязательно доберёмся!

Благодарю 

Спасибо!

Начало главы.
Первый абзац хорош тем, что начинается с конфликта. Сразу есть движение, расстановка, мысли героини. Читатель сразу понимает «правила игры» и включается — кто главная героиня и почему они конфликтуют?

Но уже с девятой строки начинается «введение в лор». Это дезориентирует и выбрасывает читателя из сцены. Во время развития конфликта нет нужды в справочной информации. Эту часть желательно вырезать ради удержания читателя и создания более устойчивого вовлечения.

Декларативность.
Повествование от первого лица наиболее сильно тем, что показывает персонажа «изнутри» — его/её субъективный взгляд, мысли, опыт и так далее. Это мощнейший инструмент.
А прямое декларирование:
«Обжигающим холодом внутри меня поднялись ярость и страх.» — похоже на недоработку. Да, когда мы пишем черновик, можно написать и так. Но на этапе редактуры подобные формулировки однозначно нужно менять на что-то более телесное и личное.

Необходимо помнить основной принцип:
1. Мозг оценивает ситуацию до осознания.
2. Запускает телесную реакцию.
3. В  ответ на телесную реакцию, и основываясь на ней, в сознании появляется вывод: я чувствую то-то.
То есть, сначала реагирует тело, потом появляется осознание эмоций. Но не всегда нужно описывать телесную реакцию. Если мы к каждой эмоции будем давать описание телесных реакций, это в какой-то момент станет утомлять читателя. Можно давать внутренние реакции без телесных. В повествовании от первого лица даже нужно ими пользоваться. Примитивный пример, лишь для иллюстрации:
«Мне захотелось спрятаться, убежать — от этого мелкого ублюдка можно было ожидать чего угодно.»

«Я улыбнулась натянуто…»
Это скорее внешнее описание улыбки, а не внутреннее. «Изнутри» это звучало бы ближе к: «Я заставила себя улыбнуться.»
Это лишь моё мнение, но возможно, было бы лучше вставить это предложение в разрыв реплики, вот так:
«— Позвали, — я заставила себя улыбнуться и мысленно махнула рукой, в кои-то веки подыгрывая уязвлённой гордости. — Пошли.»

«Сейчас я чувствовала себя неуютно, словно заключённая или пленница.»
«Я чувствовала себя заключённой или пленницей.» Вдобавок это предложение находится не на своём месте. Оно разрывает описание двух других персонажей (необходимость в котором сомнительна, на самом деле).

«Сейчас я чувствовала себя неуютно, словно заключённая или пленница. Джархан был младше меня на пять лет и пока ещё ниже, а вот четырнадцатилетний Кадан уже вымахал почти со взрослого мужчину. И плечи у него были широкими, хотя и костлявыми. Даже зная, что серьёзного вреда мальчишки мне не причинят, я не могла не напрягаться. Напряжение сжималось внутри меня ледяным комком.
Хотелось убивать.»
Убрав лишнее, чтобы проследить за изменением эмоционального состояния героини, получаем следующее:
Я чувствовала себя заключённой или пленницей. Я знала, что серьёзного вреда мне на причинят. Напряжение сжималось внутри. Хотелось убивать.
Переход от ощущения беспомощности или отсутствия контроля к желанию убивать выглядит резким, как будто часть обоснования потерялась. В то же время, накал снижается от знания, что ей не причинят вреда.

Неточности.
«Обжигающим холодом внутри меня поднялись ярость и страх.»
Ярость — это очень сильное чувство. Хоть оно и соседствует со страхом в некоторых ситуациях, но вытесняет его. Не отключает навсегда, а заглушает до тех пор, пока сама не отступит.
Существует даже техника выхода из ступора из-за страха через вызывание злости (она может сосуществовать со страхом), которая затем переводится в ярость (в этот момент страх вытесняется).
Да, некоторые писатели и поэты используют слово «ярость», как замену менее ярким словам злость и гнев. Но давайте разделять случаи, когда это название конкретного эмоционального состояния, а когда это слово используется в качестве прилагательного или наречия. 

«Мой отец — Сохор, …, имел детей от трёх разных женщин и ко всем нам относился одинаково.»
Это тонкий момент, но разные читатели под «нам» могут понять разное. Варианты:
- ко всем детям;
- ко всем жёнам;
- и к жёнам, и к детям.
Второй вариант курьёзный, потому что это намёк на «запрещёнку». Чтобы этого избежать, лучше изменить, например, так:
«…оставил потомство от трёх женщин, но ко всем своим детям относился одинаково.»

«Джархан выглядел так, будто готов был притащить меня к брату силой.
Попытаться.»
Предложения в таком виде выглядят рассогласованными. Да, можно сказать:
«Джархан выглядел так, будто готов был попытаться притащить меня к брату силой.»
Но из-за того, что «попытаться» вынесено отдельно, без уточняющих слов рядом, эта конструкция выглядит неестественно. Можно так:
«Джархан выглядел готовым притащить меня к брату силой. Он мог попытаться, но ещё неизвестно, чем бы это закончилось.»

«Чувствовала запахи дыма и раздражения, животных и усталости, еды, азарта и боли. Одни — носом, а другие кончиком языка.»
Второе предложение из-за пропущенного глагола кажется неестественным, заставляет возвращаться и перечитывать, сбивает ритм чтения. 

«Кадар обернулся, удивлённый силой моих эмоций и откровенностью их проявления. Крови демонов в нём было не меньше, чем во мне, и мой мандраж, мои разочарование и горечь он явно ощутил. Я от него не улавливала почти ничего. Держать эмоции при себе, запирать их так глубоко, чтоб даже острые носы сородичей ничего не уловили — этому мы учились с детства. Провал моего самоконтроля был досадным.»
Подчёркнутое предложение выглядит, как внезапный «прыжок» в голову другого персонажа. Да, героиня говорит, что способна более тонко чувствовать чужие эмоции. Но Кадар скрывает их, и она сама говорит, что не чувствует его сейчас. А значит, это её предположение. Потому желательно добавить сомнения в утверждение:
«Кадар обернулся. Похоже, он заметил…» или «Кадар обернулся. Наверняка он удивился…»

«Сильные, яростные и живучие не в меру оборотни…»
Можно равноценно предположить, что либо сильные, яростные и не в меру живучие, либо не в меру оборотни.
«Сильные, яростные и не в меру живучие оборотни…» — теперь разночтений нет.

«Благодарить за всё это стоило Одвала — моего старшего брата, последнего выжившего из детей моей родной матери.»
Предложение, в целом, тяжеловесно. Насколько важно в этот момент то, что Одвал — выживший? Может, упомянуть это в том месте, где это будет играть какую-то роль? А сейчас можно чуть упростить примерно так:
«Благодарить за всё это стоило Одвала — моего старшего брата по матери.»

«Я посмотрела на него сверху вниз. Хотела презрительно, но вышло зло.»
Она не может знать, как выглядит результат её попытки посмотреть на него презрительным взглядом, потому что не видит себя в зеркало в этот момент.

Канцелярит и штампы.
«…были достаточно взрослыми, чтобы считаться полезными»
Можно проще: были уже в том возрасте, когда могли стать полезны.

«…принимали такое положение дел…»
Можно либо «считали это само собой разумеющимся» или «считали это привычным делом». Можно ещё варианты придумать.

Не совсем строгий канцелярит:
«…рядом с шатром, где будет находиться мой брат Одвал, мне показываться категорически не стоило.»
Можно облегчить:
«…рядом с шатром, где находился (или куда придёт) мой брат Одвал, мне лучше не показываться (или нельзя было показываться).»

«А также всю ту гамму чувств, что переживала я из-за невозможности бросить(ся?) в бой.»
Предложение желательно перестроить, исправив подчёркнутые места.

Избыточность формулировок.
«Я резко обернулась и зашипела на улыбающегося мальчишку:
— Шёл бы ты своей дорогой… Ублюдок, — с низкими нотками процедила я.»
Лучше или зашипела, или процедила, но не вместе.

«— Или тебя не позвали снова?
Меня не позвали, и он, разумеется, об этом знал.»

«…ублюдок поравнялся со мной и встал по правую руку.»
«…остановился справа (от меня).»

«Других своих прихлебателей…»
«Других (или остальных) прихлебателей…» Понятно, что это его прихлебатели, уточнение не нужно.

«Он скривился, запах обидой и беспомощной детской злостью, по вкусу напоминающей прокисшее молоко.»
Слово «запах» с первого раза читатель может посчитать и за существительное, и за глагол. В первом случае, он прочитает дальше и вынужденно вернётся. Чтобы избежать этого «спотыкания», лучше переформулировать, поставив слово в такую форму, которая не будет иметь разночтений.
Второй момент — запах по вкусу напоминал прокисшее молоко или Джархан на вкус стал, как прокисшее молоко? А может, имелось ввиду, что его обида и детская беспомощность на вкус была похожа на прокисшее молоко?
Предложение желательно перестроить, поменять формулировки, чтобы избежать самой возможности разных интерпретаций. Позже в тексте даётся объяснение тому, что некоторые чувства она ощущает, как какой-то вкус. Этот отрывок — первое упоминание этой способности, но объяснения нет. А это именно тот случай, когда оно необходимо. 

«Я отчаянно улыбнулась, мысленно давая себе обещание…»
Мы и так читаем мысли героини. Уточнять, что это «мысленное обещание» нет необходимости.

Нестабильное внимание.
Персонаж иногда прерывает внешнее наблюдение, переключаясь на внутренние переживания по стороннему поводу, а затем возвращается в начальную точку. Зачем разрывать образы?
Подчёркнуты предложения, которые находятся не на своих местах, разрывая цельные блоки:

«Его светло-русые волосы — не полностью бесцветные, как у нормального потомка демонов — разметались по плечам так, будто мальчишка недавно бежал. Кожа казалась неестественной для человека — чересчур бело-мраморной, но откровенно серой, как у меня или у отца она не была. Одно слово — ублюдок.
Внешность Кадана была привычнее и нравилась мне больше.
Сейчас я чувствовала себя неуютно, словно заключённая или пленница. Джархан был младше меня на пять лет и пока ещё ниже, а вот четырнадцатилетний Кадан уже вымахал почти со взрослого мужчину. И плечи у него были широкими, хотя и костлявыми.»

«Я смотрела строго вперёд. Сквозь шумный военный лагерь мы двигались к командным шатрам. Я видела солдат, тренирующихся и занимающихся рутинными делами. Чувствовала запахи дыма и раздражения, животных и усталости, еды, азарта и боли. Одни — носом, а другие кончиком языка. Эмоции всегда ощущались где-то во рту, и избавиться от них, приложив к носу надушенную тряпку, было невозможно.
Суета лагеря будоражила и бодрила.
Я приоткрыла рот и вдохнула глубже, неосторожно демонстрируя оживление и азарт.
А также всю ту гамму чувств, что переживала я из-за невозможности бросить в бой.»
Второй отрывок в целом немного хаотичен. Первое его предложение вообще относится к предыдущему эпизоду. В виде «я смотрела строго вперёд… Я видела солдат, тренирующихся…» Она утверждает, что смотрит только вперёд, но по контексту мы понимаем, что она осматривается по сторонам. Поэтому абзац лучше начать с предложения:
«Сквозь шумный военный лагерь мы шли к командным шатрам. Суета будоражила и бодрила. Казалось, никто не слонялся без дела.
Я чувствовала запахи животных, дыма и еды, азарта и раздражения, усталости и боли. Часть их ощущалась носом, другая — кончиком языка…»

Фокус внимания читателя постоянно «сбивается» вставками описания лора. Они часто ощущаются не на своём месте. Если информацию о мире не встраивать в действие, а подавать подобным образом, то нужно тщательно её дозировать и вводить только там, где без объяснений не обойтись.
Вот, например, такой отрывок:
«У крупного шатра стояли старшие офицеры: разномастные оборотни и немного друидов. Потомки демонов, видимо, собрались внутри. До самого начала совещания мы будем держаться друг от друга на ненавязчивой, но все же дистанции.
Люди Из-За-Реки видели в нас что-то вроде «королевства» — единые ценности, единая власть, единые цели. Конечно же, это было не так. Много лет назад всех нас объединяло подчинение тварям Бездны, но те времена давно прошли. Потомки демонов и друиды, искажённые оборотни и их дальние, в полной мере контролирующие себя кузены, чистокровные люди и твари, питающиеся человеческой кровью — лоскутное одеяло населяющих Калимор группировок затрещало по швам сразу же, как только ему дали волю. Мы расползлись по норам, в лучшем случае игнорируя друг друга, а в худшем воюя. Не навлеки Цаагал беду на наши головы и те же оборони счастливы были бы вцепиться в глотку Сохору.»
Совсем не очевидно, зачем дана такая справка именно в этот момент. Она никак не влияет ни на этот конкретный эпизод, ни на сцену в целом. 

«Джархан позволил мне войти первой.
Шатёр был дорогим и громадным — крупнее землянок и домиков в поселении, где до начала этой войны жили мы с матерью, сестрой и Одвалом. Разругавшись с Сохором, мать сбежала поближе к границе и, когда война началась, погибла одной из первых. Сестра умерла от голода в дороге, пока мы лесами добирались до Города Слёз. До отца.
Сохор стоял у стола в центре шатра.»
Опять каскад: входим в шатёр, шатёр оценивается, сравнивается с опытом героини (это нормально, но куда дальше движется мысль?), мать ругается с отцом, сбегает и погибает, что влечёт за собой смерть сестры, возвращение к отцу. Зачем этот каскад сейчас? Они просто входят в шатёр. Вставка о гибели матери и сестры на входе в шатёр излишня и инородна.

Ненадёжность рассказчика не как авторский приём, а как упущение.
Первое утверждение:
«Мой отец — Сохор, …, имел детей от трёх разных женщин и ко всем нам относился одинаково.»
Второе утверждение:
«К брату Сохор всегда относился с интересом и доброжелательностью. В отношениях с отцом это означало, что он примерно помнит, насколько ты взрослый, и раз-два в неделю интересуется твоими успехами.
Я даже такого “внимания” не удостаивалась.»
Они противоречат. Где правда?

Джархан не обладает острым чутьём, заявляется в одном моменте, когда он не замечает открытого проявления её эмоций. Но позже он почувствовал момент её паники, и только он. Без объяснения.

«Благодарить за всё это стоило Одвала — моего старшего брата, последнего выжившего из детей моей родной матери.»
А она себя не считает? Ведь у её матери не один, а два выживших ребёнка — старший брат и она.

В тексте встречаются как ошибки в словах, так и в знаках препинания.


Что хорошо:
- энергичное начало;
- быстрый ввод читателя в конфликт;
- яркие эмоции, это положительно влияет на погружение читателя;
- ощущается крупный масштаб (не по вставкам лора, а по сцене совещания, где обсуждаются планы);
- оборотни, маги, демоны, люди, друиды — много возможностей, много потенциально заинтересованных читателей;
- это третья рассмотренная глава в рамках марафона, и она пока ощущается наиболее вовлекающей.

Пара полезных статей по повествованию от первого лица:
https://author.today/post/810248
https://author.today/post/755219

многократно полученный негативный результат является подтверждением.
я же не говорю, что он полностью бесполезен. Можно пользу извлекать, но не предложенным образом.

такое же впечатление от статьи. Комментарии особо не читал

даже самую светлую идею можно извратить, вывернуть наизнанку и показать в чёрном цвете. Вы этим сейчас и занимаетесь.

Благодарю 

у ии смех звучит притворно, не искренне 

это входит в "иерархию внимания". 

Уже сказано ниже, но повторю: если творчество -- это мат и наркотики, то действительно, такого "творчества" нам не надо.  

когда покопался некоторое время, вывел для себя уже ставшими очевидными правила, возникает такая штука, только что об этом подумал, "проклятие знания". Не знаю, чего оно так пафосно называется. Никакое это не проклятие, на самом деле.
Это когда, узнав или освоив какую-то информацию, человеку трудно представить, что другие её не знают или понимают не в той же мере, как он сам. В результате он начинает считать очевидным то, что для других может быть совершенно новым.
Принял замечание.

не переусердствуй, а то будет "не в надбровные дуги, а..."