Renat Sakhib

Ночь холодна, а огонь – единственный, кто слушает без вопросов. Стойбище тронулось с места, что кормило нас поколениями, – лес замолчал, дичь ушла, а голод не спрашивает разрешения у гордости. Люди шли, стиснув зубы, а Старшие покрикивали на кулов, как оно всегда и бывает: тяжесть чужого недовольства падает на самых бесправных. Первая же ночь взяла своё. Хайима, горшечника, дорога и спешка доконали – старость с ними редко ладит. А мальчонку Нагыма забрала та самая лихорадка, что зовут белой,...