Заходил
В коротких тоже можно заметить.
1) По мелким несуразностям и чуши в деталях.
2) Героев нейронка любит делать функциями без характера, внутренних конфликтов и глубины.
3) Образ героя и мира нейронки плохо держат. В коротком отрывке заметить это сложно, но кое-что режим взгляд.
Эксперимент номер два: https://author.today/post/878015#first_unread
Эксперимент номер два: https://author.today/post/878015#first_unread
Эксперимент номер два: https://author.today/post/878015#first_unread
Помните, что когда вы делаете неправильный выбор где-то грустит Анджей Сапковский отрывок текста которого называют нейросеточным =) 
Дочитал до 12 главы.
Дополнительные положительные впечатления:
Интересный мир и попытка показать его глазами разных героев. Получается интересный эффект. Тебе показывают кусочки картинки с разных ракурсов, и ты в голове достраиваешь картинку. Для массового читателя — слишком сложно. Но мне такое часто нравится.
Для меня самым понятным и близким героем оказался Норман. Обычный парень, глазами которого на мир смотреть легко и приятно.
Постепенно привыкаешь к сказочно упрощённому стилю, и он затягивает.
Дополнительные отрицательные впечатления:
Быстрая переключения между героями. В этой книге ничего исправлять не нужно, но в будущем лучше сосредоточиться на 1-2-3 героях или давать каждому радикально больше времени. При быстрых переключениях мне сложно сопереживать героям и следить за их линиями.
Я тут провожу эксперимент https://author.today/post/878015 и там текст Анджея Сапковского обвиняют в ИИшности. Так что не беспокойтесь.
А ещё я нашёл способ с помощью ИИшки генерировать тексты которые Яндекс.Директ считает на 60-70% человеческими. Не спрашивайте как - не скажу. И так слишком много нейро чуши в литературе.
А ещё, хоть и очень редко, правда бывает такое что Яндекс.Директ начинает считать тексты написанные человеком нейронными. У меня в романе 2-3% текста Яндекс считает ИИшными.
это не работает. Никакие ухищрения со стилем, длинной предложений, необычными словечками и т.д. не обманывают Яндекс.Детектор. Он ловит нейронки на математических закономерностях вероятностной генерации слов. Так что пока для обмане Детектора нужно использовать другой способ.
Я пишу отвратительно безграмотно. Стабильно прошу нейронки исправлять ошибки, не меняя слова. Результат 97-100% человек по Яндекс.Детектору.
Я периодически прошу нейронки поискать факты по какому-нибудь сложному вопросу. Например, проверить диалог на соответствие процессуальным нормам ведения допроса. И дать свои комментарии. Некоторые предложения нейронок обдумываю и внедряю. Результат 97-100% человек.
Я даже регулярно прошу нейронки найти и выделить в тексте тавтологии и плеоназмы. Часть выделенных нейронкой проблем исправляю или переписываю вручную. Результат 97-100% человек.
Изредка Яндекс.Детектор докапывается к одному или другому абзацу текста, обзывая его «предположительно сгенерированным» или «сгенерированным». Но объем таких ложных срабатываний на произведение в пределах 3-5%. Никак не 20% и тем более не 50%.
Да. Но я не доверяю нейронки даже чистку логических тавтологий и плеоназмов. Нейронка 20% нужных слов выделяет как неуместные и ещё часть слов пропускает. Так что только «выдели жирным» и затем сам ручками исправляешь. В некоторых случаях переписываешь предложения, полностью перестраивая его иначе.
Нейронная литература конкурента способна только пока выдаёт себя за написанную человеком.
Это как соевая колбаса. Очень маленький процент покупателей готов её покупать. Единственный выход — выдавать соевый продукт за нормальную колбасу.
Мне зашло "Работай позже, веселись сейчас" не знаю почему. До второго сезона досмотрел с удовольствием.
Огромное спасибо за развернутый отзыв и впечатления! Отклик читателей мотивирует меня писать дальше. Это особенно важно, когда впереди осталось несколько глав до конца, нужно собрать все нити и довести историю до логической точки.
на что ни пойдут капиталисты ради трехсотпроцентной прибыли?
На всё. Увы многие детали романа, не связанные с магией, реалистичны =(
Вон, даже отдел магической безопасности есть, только вот в самом ли деле он безопасностью занимается?
В следующей главе они наглядно продемонстрируют, как занимаются безопасностью. Там же будет хитрый твист, который сначала может показаться «богом из машины», но если присмотреться к деталям, то всё встает на свои места.
Вообще, отдельно тронул образ Артиста. Вроде, бродяжничающий дедок, но, похоже, видит больше, чем другие, хоть и говорит стихами и в загадках…
Про Артиста и их взаимоотношения с Марой хоть отдельный приквел пиши =(
Все-таки Лида еще слишком порывистая, слишком идеалистка и правдоруб.
Есть у ней такие недостатки. А ещё упрямство! =)
Но где проходит та грань, после которой нет возврата?
Это вопрос станет одним из главных в продолжение романа.
Не совсем. В коротком фрагменте можно спутать. Но, читая длинное произведение, видно нейронку по куче признаков. Мелкая чушь в каждом втором абзаце. Плавающие образы героев и мира. Шаблонные и тупейшие сюжетные ходы.
Самое интересное, что нейронка хорошо умеет в убедительную имитацию. И пока вы читаете 2-3-4-5 текстов, можно спутать. А на 20-м тексте нейронки начинает подташнивать от всех особенных косяков нейронок.
Эти формальности можно обойти. Даже на уровне промта, ну или при пост вычитке. А вот с среднестатистическими героями, шаблонными сюжетными ходами и прочей ерундой так справиться не получиться.
Интересный обзор. Хорошо, что кто-то обозревает не топовых авторов ;) Спасибо вам за труд.
Спасибо за наводку. Захотелось почитать! Люблю необычные произведения, реализм и драму.
Большое спасибо вам за обзоры и рецензии! 
Обложки и аннотация — две мои боли. Решительно непонятно, как одной картинкой и парой строк рассказать о книге так, чтобы захотелось прочесть. Это как попытка сфоткать пару вещей человека и создать образ.
С «Литературных странствий 12»
В Dead Space я играл в далеком 2010 году и сейчас помню из событий игры примерно ничего. Только смутные образы Айзека, Ишимуры, монстров, Обелиска. А ещё я не люблю фанфики как жанр. Поэтому буду рассматривать книгу как самостоятельное произведение, пытаясь делать вид, что ничего не знаю о Мертвом Космосе. Но всё равно дальше будет много спойлеров.
Сосредоточусь только на положительных впечатлениях от книги, полученных после прочтения первых 3 глав.
Айзек Кларк — удачный герой без военных навыков, дара свыше, внезапных сверхзнаний. Обычный инженер-ремонтник, который отправился на Ишимуру, чтобы увидеться с возлюбленной Николь. Он приспосабливает к миру и новым задачам постепенно. Его поведение хоть и немного "игровое" вполне возможно в такой ситуации. На чужом корабле человек пытается не поехать кукухой сосредотачиваясь на понятных рациональных действиях.
Айзек умеет чинить корабельные системы, использовать инструменты и имеет явно рационально-аналитический склад ума. После первого нападения, он убегает. Находит резак и думает, как использовать его в качестве оружия. Когда валится на пол под тяжестью некроморфов, не совершает героического рывка — лежит и ищет, что ещё осталось в руках, и находит способ выжить.
Корабль Ишимура в книге — классное действующее место. Есть в нём величественный ужас оставленных людьми мест. Как в заброшенных зданиях, только здесь эффект умножается за счёт бескрайних полупустых просторах космоса и наличия некроморфов.
Такая громадная машина, которая должна работать, но сдохла и молчит. И каждая деталь кричит, что корабль умер и медленно, метафорически разлагается. Пыль на перилах причальной палубы. Приветственный голос корабельной системы в пустом ангаре: «Надеемся, что ваше пребывание на борту будет приятным». Этот голос звучит дважды: в начале, когда корабль кажется просто сломанным, и в конце первой главы, когда до героя и читателей доходит, в какой жопе оказался Айзек.
Некроморфы пугающие. Этакая смесь жуткой телесной трансформации, безумной агрессии, устойчивости к атакам. Всё это в помещениях погибшего «потрошителя планет» и под аккомпанемент влияния Обелиска.
Ну и дополнительная вишенка — то, что все они были людьми. Это проговаривается не сразу, сначала Айзек просто замечает человеческие черты на изуродованных телах. Потом находит надпись на стене кровью «Режьте конечности». И тут до инженера доходит, что кто-то уже пытался убить этих тварей и, возможно, поплатился за это потрохами. Потом видит, как монстр превращает труп капитана в расчленителя за несколько секунд. К третьей главе инженер уже смотрит на некроморфа и думает: «Этот был техником, работал в этом же отсеке». Дистанция между «монстр» и «человек» сжимается с каждой главой. Это формирует интересный, гнетущий фон происходящего ;)
Записки мёртвых используют почти везде аккуратно и уместно. На протяжении трёх глав Айзек находит диктофоны, носители, планшеты и постепенно слышит отзвуки трагедии Ишимуры. Голос восторженного учёного-юнитолога, который называет превращение людей «восхитительным». Письмо доктора Кейна капитану и попытка остановить. Запись Николь: «Нам нужна помощь, не хватает людей». Переговоры ремонтников, которых убивают прямо во время записи. Инженер Темпл, который оставляет послания на видных местах, словно знает, что кто-то пройдёт этим путём после него. Куча маленьких историй, складывающиеся в общую нить.
Понравилась честная работа с темой корпоративной вины. «Ишимура» находился в запретной зоне. Добывать там ничего нельзя, но корпоратам никто не указ. Всё это подаётся через записи, через детали, через реакцию Айзека, который думает: «Если бы не стремление жадных дельцов набить свои карманы, всего этого бы не было». При этом сам Айзек работает на ту же компанию.
Спасибо. Добавил книгу в библиотеку ;)
У вас хорошо получается писать рецензии ;)
2-8. Red Lotus Alchemist, «Мертвый космос. Падение»
Видимо ответов больше не будет. Жду до вечера и подводим итоги.
О, как мы с вами похожи в слабостях! =)
1) Я планы пишу, но никогда им не следую долго. Герои и сюжет всё время куда-то сворачивают не туда.
2) Я могу придумать общий сюжет. Но в ходе написания книги этот сюжет мутирует до неузнаваемости. Например, в изначальной версии романа «Журналистика, магия и заговор» не было никаких Мар и Мороков. Был только дух кошмаров. Славянская мифология появилась позже.
3) Пейзажи. Стараюсь давать их скупо и к месту.
4) Тоже последнее время стараюсь писать компактно, активно используя принцип айсберга и недосказанности.
5) Да, есть такое. Но я обычно понимаю, о чём в целом должна быть глава. Но как это воплотить? Могу день или два обдумывать, прикидывать варианты, мысленно собирать и пересобирать главу. Затем сажусь писать, и мысль уходит ещё дальше.
6) Тоже есть. Обычно мне скучно писать произведения, в которых одна сюжетная линия. Поэтому у меня их сразу 2-3-4 взаимосвязанных. Каждой хочется уделить внимание. А ещё раскрыть мир, героев, детали, нюансы. Поэтому некоторые «проходные» сцены, заслуживающие пары абзацев, превращаются у меня в целые мини-рассказы =(
Значит у меня не всё так плохо! Мне только хочется пару приквелов написать =)
Добавил в библиотеку, начал читать.
Необычная рецензия! =)
Хорошо!
Книга не вызывает никаких эмоций и чувств — словно пластмассовый помидор жуёшь.
При этом рецензия написана эмоционально, с едкой иронией и сарказмом. Получается, что книга, не вызывающая эмоций, их вызывает — парадокс.
Экономики нет, политика не продумана, ресурсы не прописаны, локации просто есть и все.
Мне тоже нравится, когда за произведением чувствуется социально-экономически-политически-культурное основание. Но на это удивительное малое количество людей обращает внимание.
А ещё необычная структура, подача, посыл. И переходы местами необычные:
Волкодлаки…
Книга — скорее сборник мифических славянских существ: есть мавки, навки, лешие, кикиморы, волкодлаки, волхвы, филины, водяные и люди.
Я бы добавил, что многие тропы могут быть переплетены в одном конфликте.
Например, в первой фазе войны «белой и алой розы» мы видим:
«Кризис престолонаследия». Частичное безумие Генриха VI и наличие сильного конкурента — Ричарда Йорка с династическими правами.
«Регентство». В 1454–1455 гг. Ричард Йорк стал лордом-протектором из-за недееспособности короля.
«Борьба фракций». Этот троп вообще встречается всегда. В той войне дворянство
условно разделилось на ланкастерскую партию, йоркшистов и тех, кто не занимал ни одну из позиций.
«Фаворит монарха». Эдмунд Бофорт, герцог Сомерсет, пользовался исключительным доверием Генриха VI и сосредоточил в своих руках огромную власть, что дико бесило многих.
«Династический брак». Брак Генриха VI с Маргаритой Анжуйской был чисто политическим союзом с Францией. Притом, как это ни странно, судя по всему, Маргарита и Генрих любили друг друга. А Маргарита Анжуйская, несмотря на молодой возраст, была одной из глав партии ланкастеров.
«Государственный переворот». Завершающее часть первой фазы свержение Генриха VI: в 1461 году, фактически осуществив военный переворот.
Спасибо за поддержку. Надо собраться с силами, найти время и дописать.
Не смог я ограничиться тремя вопросами: https://author.today/post/880912
Эмоциональный отклик тоже может быть полезен, если он конкретный. Когда я читаю «вот этот персонаж мне нравится, он такой необычный и интересный», я понимаю, что вводил и прописывал его не зря. Или, наоборот, когда читаю, что «ну эмоции героини здесь какие-то слишком сильные», понимаю, что нужно как-то прояснить мотивацию или описать чуть сдержанней.
Спасибо!
Спасибо за флешмоб ;)
Спасибо! У вас талант разбирать всё по полочкам. Рецензию прочёл с удовольствием.
Я к вам с марафона «Литературные странствия» 12
МИР
Интересное переплетение привычного и фантастического.
Советский быт Светлояра органично сосуществует с межпланетными порталами Серебряного Пути и живыми человеческими реакторами. Засекреченный город выступает одновременно наукоградом и узловой точкой всего мироздания.
Есть известная многим концепция «Зоны». Но здесь она сильно изменена и переработана. Аномальная территория Светлояра способна выступать мощной созидательной силой. Местные аномалии могут воспитывать и т. д.
Писатель постоянно сталкивает совершенно несочетаемые вещи.
Обычный школьный урок прерывается экстренным сигналом коммуникатора. Уютное домашнее чаепитие разрушается новостью об исчезновении инженера. Смех над забавными фразами мгновенно сменяется жуткими видениями.
ПЕРСОНАЖИ
Больше всего мне запомнился Ростислав, Тошка, Лина и Сэнед, конечно!
Подростковые книги часто показывают взросление героя через столкновение с окружающим миром. Рэйден меняется именно по такой схеме. Загадочный Храм Трех Взрывов запускает сложный процесс внутренней трансформации юноши.
Ростислав кажется окружающим успешным парнем. Но внутри он совершенно оторван от общества сверстников. Глобальная цель дает ему силы жить, и при этом герою невыносимо не хватает простой человеческой теплоты.
Инопланетный гость Сэнед выглядит необычно. У него какие-то сказочные визуальные черты: «В реальности таких мальчиков не бывает, они водятся только на иллюстрациях к романам про старинные времена».
В целом весь подростковый «коллектив» получился живым, интересным, узнаваемым.
СЮЖЕТ
Роман опирается на принцип одновременного существования множества реальностей. Временные пласты развиваются параллельно, без взаимного исключения. А чтобы узнать, как он это делает, читайте книгу. Пересказывать я не хочу ;)
СТИЛЬ
Хороший, образный литературный язык. Кое-где я спотыкался о какие-то мелочи, но в целом читал с удовольствием.
Понравились всякие забавные находки типа «Посылай всё в ХОЯТ», «На кориум исходить от злости», «Йодная яма ходячая», «Чтоб тебе турбину отвалить» и прочие.
Понравились явные отсылки к советской социальной фантастике. Это проявляется и в описаниях: КГБ и порталы между планетами равноправно существуют внутри Светлояра. Это проявляется и в неуловимом сходстве с текстами Стругацких, Ефремова и Казанцева.
Пока дочитал до Диска 5. Надеюсь, найду время дочитать книгу.
2-14: Чëрный Выброс: подкритическая реактивность
Вдохновения вам и удачи!
Демоны, маги, вампиры, оборотни - флешь рояль городского фэнтези ;) Лайк и забрал в библиотеку.
Какая приятная обложка и интригующая анатация. Лайк и забрал в библиотеку ;)
Интересное начало. Лайк и добавил в библиотеку. Удачи вам!
Лайк и вдохновения вам ;)
Классная у вас озвучка!
Спасибо! И вам
Спасибо. Я боялся, что вторая и третья главы будут слишком скучными для читателей. Героиня лежит в больнице, действия медленно развиваются. Рад, что получилось сохранить напряжение ;)
Написал комментарий к посту Может ли ИИ писать с душой?
Мне кажется, ты путаешь имитацию с голосом автора. Нейронка очень круто имитирует, спутать можно легко!
Можно скормить нейронке «Тихий Дон», «Поднятую целину» и «Донские рассказы» Шолохова. И нейронка будет неплохо имитировать авторский голос Шолохова.
Но Шолохов пишет что-то, потому что каждым абзацем хочет нечто сказать читателю. Или вставляет детали из жизни, опыта, рассказов людей, источников. В его произведениях мы видим отражение того времени через восприятия конкретного писателя.
А нейронка ничего не хочет. Её задача — подобрать вероятностные слова, похожие на Шолохова и формально соответствующие части литературных приёмов. Но по сути — чушь в каждом абзаце.
Встретил я его на лавочке у подъезда — в застиранной футболке, с ноутбуком на коленях, с видом человека, которого жизнь потрепала, но не сломила. Звали его Вася Кулагин, и было ему тридцать восемь лет — возраст, когда мужик уже не молодой, но ещё и не старый, когда самое время либо что-то сделать, либо смириться, что не сделаешь.
Познакомились просто. Я шёл с рыбалки, нёс судачка, завёрнутого в газету, он поднял голову от экрана и сказал:
— Хорошая рыба.
— Хорошая, — согласился я.
Помолчали. Потом он вздохнул — не тяжело, но весомо, как вздыхает человек, у которого что-то не идёт и добавил:
— Я вот тоже пишу. Только не ловится.
Так и познакомились.
Жил Вася в панельной двушке на третьем этаже, один, после развода. Бывшая жена забрала дочку и уехала в Краснодар. Работал он оператором котельной — две смены через двое, — и в те долгие ночные часы, когда котёл гудел ровно и тепло шло по трубам в спящий город, Вася писал.
Писал он на «Автор Тудей» — большой сетевой площадке, где тысячи таких же людей, как он, выкладывали свои книги в надежде, что кто-нибудь прочтёт, — а может, и заплатит рубль-другой за следующую главу.
— Понимаешь, — говорил он мне, покуривая у открытого окна котельной, пока за стеклом мокрый октябрьский снег лип к проводам, — там ведь всё по-честному. Написал и выложил. Прочли и хорошо. Не прочли, ты сам виноват. Никакого редактора, никакого дяди в галстуке, который тебе скажет: «У вас, батенька, не формат».
Я спросил, что он пишет.
Он помолчал. Поглядел на котёл — тот гудел ровно, сыто.
— Про деревню. Про отца своего. Про то, как он умирал, а я не успел приехать.
Он сказал это просто, без надрыва, как говорят о том, что давно перегорело внутри, но след оставило — глубокий, как борозда в суглинке.
Отец его был из тверских мужиков — крепкий, молчаливый, из тех, кто и в мороз ходил без шапки и никогда не жаловался. Умер он в феврале, один в пустом доме, и нашли его только через три дня, когда соседка заметила, что дым из трубы не идёт.
Вася узнал по телефону. Был на смене. Котёл гудел точно так же, как сейчас. И он сидел тут, на этой же железной табуретке, и смотрел в стену, и не плакал — потому что не умел плакать при людях, — а внутри у него что-то сдвинулось, осело, как земля над погребом.
— Вот я и пишу про это, — сказал он. — Чтобы не пропало. Чтобы хоть кто-нибудь знал, что был такой человек — Кулагин Иван Степанович, тысяча девятьсот сорок восьмого года рождения, деревня Мошково, Тверская область.
Я молчал. За окном снег всё лип и лип.
Читателей у него было немного. Три сотни — «фолловеров», как они там называются. Комментарии оставляли редко: «Хорошо написано», «Жду продолжения», «Почему так медленно выкладываете?»
Это последнее его задевало.
— Они думают, я фабрика, — говорил он, не со злостью, но с усталостью. — Им надо каждый день главу. Как на конвейере. А у меня смена, у меня котёл, у меня в голове всё ещё отец лежит неотпетый, понимаешь?
Он выкладывал раз в неделю. Иногда реже. Платных подписчиков было семнадцать. Семнадцать человек платили ему сто девяносто рублей в месяц — это было примерно три тысячи триста рублей, и он знал наизусть каждого из них по нику: «ЧитательМаша», «Дядя_Коля_73», «Vera_iz_Ivanovo»...
— Вера из Иванова мне написала однажды, — сказал он, и впервые за весь разговор в голосе его появилось что-то тёплое, — написала, что читала про отца моего и плакала. Что у неё тоже отец умер недавно. И что она теперь не одна с этим.
Он помолчал.
— Вот ради этого и пишу. Не ради денег. Деньги — они хорошо, конечно, котёл — он не вечно будет гудеть, — но ради этого.
Той ночью, когда я уходил домой, над городом стояла тихая, ватная тьма. Снег перестал. Фонари светили желтовато, сонно. Где-то далеко, за панельными домами, угадывалось поле — чёрное, зимнее, молчаливое.
Я думал о Васе Кулагине, который сидит сейчас в своей котельной и пишет про отца. Про деревню Мошково, которой, может, уже и нет на карте. Про февраль, когда дым не шёл из трубы.
Думал о том, что вот оно, нынешнее время: человек сидит у гудящего котла, один на один с горем и с экраном, и выкладывает душу по главе в неделю — и где-то в Иванове женщина читает и плачет, и они незнакомы, и никогда не встретятся, и всё равно — не одни.
И ещё думал: не так уж оно всё и изменилось. Как писали люди от тоски и от любви и от боли — так и пишут. Только бумагу теперь заменил экран, перо — клавиатура, а вместо одного редактора в Москве — семнадцать читателей по всей России, и один из них — Вера из Иванова, которая не одна.
Это и есть литература.