Корнильцев Константин

Создано с помощью нейросети

Представьте: вы просыпаетесь в теле чужого подростка — с памятью человека, который умер четыреста лет назад. Вокруг — клановая Россия будущего, где нейросети думают за людей, а роды владеют кораблями Древних. Ваш род мёртв. Вы — последний. И за вами уже охотятся.

Савелий Стрежнёв не просил перерождаться. Помещик-авантюрист из царской России, убитый завистниками во сне, он оказался в шкуре юноши, чей род вырезали ради секретного корабля. Официально — Савелий мёртв. Фактически — в его голове живёт нейросеть Приказчик, а в душе — характер хозяина, который привык распоряжаться сам.

Тихая война против клана Штернбергов — это только начало. За кланом стоит Система с именем. И она уже чует наследника.

Четыре акта. Тридцать девять глав. Один человек против мира, где все разучились думать без импланта.

Создано с помощью нейросети

Есть миры, куда галактика веками свозит то, что больше не нужно. Ржавые Ветра — один из таких: континенты мёртвого железа, небо цвета сожжённой меди, люди, что с рождения отличают сталь от алюминия на вкус. Здесь живёт девочка без имени — Шестёрка. Однажды под её ладонью тонна ржавой обшивки рассыпалась в пыль. Она не поняла почему — но услышала, как металл пел.

На другом краю галактики, в мегаполисе-улье Нейрополе, где реальность соткана из кода, растёт мальчик по имени Кай. Он видит мир строками программы. И однажды тронул порванную нить — и разорванное срослось само.

Они не знают друг о друге. Их разделяют тысячи световых лет и две противоположные силы: та, что снимает ложь, и та, что переписывает сущее. Но обе дороги ведут в одно место — к Академии Потока, к сердцу галактики.

Это история о том, как двое учатся слышать — металл, код и собственную боль. И о мире, который давно разучился слушать.

Создано с помощью нейросети

Андрей Петрович Иванов — последний инженер на шесть соток. Пока весь мир перешёл на подписки и нейросети, он чинит старые «Спидолы», варит трубы там, где не видно, и хранит гайку на двенадцать, которая тридцать лет ни к одному болту не подходит.

У него — осциллограф 87-го, Ассистент с прошивкой «пи» и робот-танк Вердер из корпуса магнитофона «Комета». У него — сарай, который построили три поколения пьяных архитекторов, и соседка Людмила, которая каждые три года приносит семь банок варенья.

А ещё у него — шкаф с надписью «АРХИВ», который пока молчит. И лунная база, которая не подаёт признаков жизни.

Это смешная и тёплая история о человеке, который верит: если есть паяльник и правильная гайка — починить можно что угодно. Даже Луну.