Через триста лет после «Великого Схлопывания» человечество живёт в мире Нового Средневековья. Возродившаяся в Новой Москве тоталитарная Империя Царя пытается вернуть былую технологическую мощь предков, насаждая бюрократию, тотальный учёт и опричный террор. В глухой сибирской тайге укрывается община староверов-беловодцев, которые хранят тайный священный текст и исповедуют отрешённость, оберегая покой «Великого Спящего Дракона». Чтобы уничтожить анклав свободы и подчинить дракона себе, Царь...
Константину Голгофскому, а также Гомеру, коего, впрочем, здесь нет. Я сижу у окна. За окном — ни черта, кроме лужи, где элиты полощут свой грязный, неоновый шёлк. На Карибах, я слышал, климат намного лучше, там Эпштейн, если верить тебе, свой приют нашёл. Впрочем, счастье — лишь фикция, выхлоп пустой нирваны, если в тело злодея прыгает вечный дух. Ты приносишь нам осенью (нынче, пардон, весною) этот горький, натужный, буддийский, как кашель, пух. Это даже не проза. Скорее — унылый лекторий...
В двадцать лет, когда плоть тяжелеет, сдавая пост чистой цифре на взвешивании, понимаешь вдруг: все, чем кормится сцена: от лож до пустых гримерных, — это не грация, Лизочка, это тяжелый плуг. И когда из кулис, пахнущих пылью и старым клеем, выползает Аполлон, похожий на парторга в отставке, ты не падаешь ниц, ты думаешь: «Только бы не колени», потому что суставы не верят ни мифу, ни новой ставке. Посланница древних богов. Звучит, согласись, нелепо в коридорах Большого, где каждый второй —...
Здесь дует из углов. Волнение ума, как зуммер телефона, застрявшего в складках пустого пальто. И, если мир, как считает Антон Николаевич, умер, то его не спасёт ни метафора, ни никто. Облачась в псевдо жанр, как покойник в парадный саван, эта вещь притворяется книгой, хотя внутри — лишь условный сюжет, что на живую нитку сляпан, чтобы склеить страницы разваливающейся Твери. Ни героев, ни арок. Один лишь конфуз для самости. Под коробку черепа, тупо чеканя шаг, набегают ежи — порождение...
Вот есть у меня два приличных романа: «Костяной плектр для Терпсихоры» и «Роман № 0», и вроде хвалят, а толку? Никто (за редким исключением) их не читает. Я понимаю, что не формат и т.д., но неужели книги подобного толка совершенно не нужны сегодняшнему читателю? И да, всё было бы проще, если бы я сошёл с ума и считал их великими опусами, а на деле это были бы две пачки листов откровенной чуши, но, судя по немногочисленным отзывам, это не так… Руки опускаются… Пойду, выпью коньяку…
Всем огромное спасибо за поддержку и пожелания здоровья! (Врач тянет с операцией — у него свой взгляд на мою болячку, а мне бы уже положили бы под нож! Ходить с этим дамокловым мечом и не перестающей болью такое себе…) Но я пытаюсь, пытаюсь как-то отвлечься…. Вообще, если, по правде, отвлечься есть чем: младшая дочь сдаёт сейчас ЕГЭ, и мы с женой пьём валерьянку и просчитываем ничтожные шансы на поступление в тот самый вуз, куда она собралась на физико-математический… На физико-математический...
Друзья, я прошу прощения, особенно перед теми немногими, кто меня читает. Всё встало на паузу по причине болезни. Выйду из больницы, пройду реабилитацию (снова смогу сидеть))) и всё будет. Очень на это надеюсь! Всем добра, здоровья и лёгкой руки!
Гнев, богиня, воспой Ахиллеса, Пелеева сына, Грозный, который ахеянам тысячи бедствий соделал: Многие души могучие славных героев низринул В мрачный Аид... Гомер. — Я расскажу тебе, что случится, если не остановить то, что задумают люди: их тела станут бессмертными, как и их разум, но что они будут делать с памятью? Она не была задумана как бесконечный жёсткий диск. Она похожа на холст: чтобы написать новую картину, им придётся закрасить старую. Они начнут сходить с ума, когда поймут,...
в калашный ряд с На днях начну выкладывать. Панамку приготовил. Древнегреческий эпос в антураже киберпанка. Ну и конечно псевдо-философия вагонами. Куда же я без неё, да?
Так, конечно, нельзя, но настолько распирает работать над новым романом, что работа над "Возглашением Каллиопы" пойдёт в параллели. Иллюстрация новой работы, которая по ощущениям и плану будет на 500+ страниц А4. В общем, по уши в писанине… Пы. Сы: "Костяной плектр для Терпсихоры" зажил совершенно самостоятельной жизнью, борется за место под солнцем. Что из этого выйдет, будет понятно в августе. Наблюдаю с интересом, но со стороны и не вмешиваясь.
Честно говоря, я сам не любитель продолжений, тем более что история «Костяного плектра для Терпсихоры» вроде как закончена и спрашивается — какое, к чёрту, продолжение? Всё так, если бы не одно «но». Я никогда не скрывал, что эта книга — моя автобиография, «обёрнутая» в художественную форму романа. Да, в ней, безусловно, есть выдуманные моменты (их там два), а всё остальное — когда-то давно и вправду случилось. Но раз я сейчас пишу эти строки, то несложно догадаться, что у этой истории (той,...
На днях прислали из издательства отредактированный текст романа «Костяной плектр для Терпсихоры». Четыре замечания, не критичные. То, чего я очень боялся, не произошло — роман сохранили практически в первозданном виде и это, безусловно, приятно. Сейчас художники колдуют над обложкой, текст ушел на корректуру, а я с волнением жду рецензию, которая будет размещена в начале книги. И лениво пишу что-то новое. Что-то новое будет иметь вот такую вот обложку
У Аника Морен-Кей https://author.today/u/anika_moren_key/reviews вышла рецензия — https://author.today/review/804815 на "Костяной плектр для Терпсихоры". Я поражен, я удивлен, как все точно было понято. Мое огромное спасибо !!!!!