Станислав Цыбульский

Под постом Викторта Фламмера зацепили Энди Вейера, автора "Марсианина". Я там упомянул, в частности, что автор после не самого радужного приема его второго романа "Артемида" ушел в тень, а потом решил все таки проверить, а прав ли я. И, значит, вот. Новость на МирФе о том, что продюсером экранизации его третьего романа станет Райан Гослинг со товарищи, а сам роман "Аве Мария" выйдет весной 2021-го. И сама новость аж от 28 марта. Так вот иногда бывает полезно заниматься самопроверкой. И...

А на улице почитателей Орфана Кейна праздник: выложен первый кусок второй книги о приключениях славной команды не менее (а то и более!) славного "Волопаса". Продолжил с того момента, в который оставил команду, предоставив ей выбираться из передряги буквально у вас на глазах! Впрочем, разве с ними когда-то бывало иначе? https://author.today/work/71426

А вот и новость для тех, кто ждет продолжение приключений капитана Кейна и его лихой команды! Начинаю работу над второй книгой серии. Вот вам пока обложка, для затравки, ткскзть))

«Принимайте все формы критики, научитесь расти, исходя из нее» - казалось бы, неплохо звучит? Критика, безусловно, важна. Особенно для автора начинающего, когда критический взгляд на свое творчество еще не развит. На начальном этапе все, что выплескивается на бумагу, кажется если не гениальным, то уж точно не хуже, чем у профессионалов, и большинство реагирует на критику очень болезненно. У меня самого до сих пор она вызывает негодование, чего греха таить, но я над этим работаю. Так как...

Закончена первая книга серии Ad Astra о приключениях Орфана Кейна. 7 с половиной авторских, 300 тысяч знаков. Немного, если сравнивать с некоторыми титанами, но, как говорится, что выросло, то выросло. Книга по-прежнему остается и останется в бесплатном доступе, единственное -- подвергнется вычитке и шлифовке, чтобы из черновика, которым она по сути пока что является, стать полноценной книгой. Теперь по планам. через неделю-две приступлю ко второй книге о Кейне, названия, даже рабочего,...

"Ad Astra. Орфан Кейн" перевалил за 150 тысяч знаков. И для меня эта цифра очень значимая, ведь раньше я так быстро писал только черновики, которыми забит стол. Работа идет, текст пишется, и приключения бывшего космодесантника, а теперь - командира небольшой горстки выживших после атаки пиратов только набирают оборот! Аннотация: "Орфан Кейн - космический десантник в отставке, отошедший от дел из-за ранения. Он работает стрелком на крейсере-охотнике за пиратами, но однажды они получают сигнал...

Обычно все происходит так: Я: Не трогай эту книгу. Тоже я: Но ты посмотри только на обложку, на аннотацию! Я: Положи и медленно отойди от стеллажа. Тоже я: Не могу. Я: отойди! Тоже я: А чего ты раскомандовался? Деньги общие, я потрачу свою половину… Я: Ага. Руки, говорю, убери. Пойдем. Тоже я: Ты куда меня тащишь?! Люди, помогите! Я: Вот чего ты орешь? Ты цены у них видел? Давай ни тебе, ни мне: дома закажешь через сайт. У нас там скидка, бонусы… Пойдем, а? Тоже...

Решившись посвятить себя писательству, я перебрал прорву советов от авторов и классических, и вполне себе современных. На то, чтобы разобраться, какая из методик на самом деле работает, ушло много времени, и таки выяснилось, что работают они все… но не у всех одинаково продуктивно. Один говорит, что если не пишется, то и нечего себя мучить. Другой тут же парирует, что если не превратить писательство в работу, то не напишешь ничего, так и проживешь, считая себя писателем, но на деле не...

Нашел интересную короткометражку при ИИ и печальное будущее. Как всегда, все плохо, всем заправляет злобный компьютер, а человека могут просто грохнуть, если он не получит, чего хочет. Мрачно, безысходно, даже "хэппи-энд" не такой уж и хэппи. Но что поделать, именно таким видит будущее большинство творцов, именно такое лучше всего заходит зрителю. Очень качественная работа. Вот ссылка, видео почему-то не вставляется

Наткнулся на ютубе на короткий скетч молодого тогда еще Романа Карцева, написанный Жванецким. Клоунада та еще, но довольно забавно смотреть и осознавать, какая пропасть тогда была между писателями-"народниками", пишущими про целину и комбайны или условных сталеваров, и теми, кто брался за фантастику.

Любой лист населяет объем, Как жильцами набиты многоэтажки. И понятно, что дело в нем, В плоском клочке рваной бумажки. Бродский умер у меня на руках, Сетуя, что не оставил об этом ни строчки. Вместо них - горечь и страх, Да сожаление, что до почки, Что разрушает лист, Не дотянет совсем немного. Путь его был тернист. В зиму ушел другим на подмогу. К тем, кто, как он, ушли За темный край книжных в универмагах. Что они там нашли? Средь кумачовых истлевших флагов?

Потому что прицел карабина Помнит лося. Потому что забыть, что было, Станет нельзя. И останется в теле холодном Сердца треть. Перед тем, как закончить коду, Нужно пересмотреть Все картины ушедшей жизни, Каждый выход и вдох. От того, что случилось позже, Весь мир исдох, И на месте пряника нынче Свищет холода плеть. Потеряв, забываешь, каково это: Что-то иметь.