Мириям Штейман

Интересно, как время текло, пока выкладывался сборник. Всё происходило, словно по нечитанному нами сценарию. Пока не закончился этот период, целую вечность тяжело переваливавшийся с боку на бок, словно огромный монстр по пескам Сахары, всё свершалось с механическим стуком секундной стрелки в груди. Вовремя. Неотъемлемо от ощущения указаний Судьбы и постоянных камней под ногами. И вот... сегодня... Время замерло перед новым рывком - а на сборнике, как по удару башенных часов, появился шильник...

Ничего не понимаю в стихах. Поэтому это для меня не поэзия, наверное. Это шаги, или истории, рассказанные особенным голосом, прочитанные в моей голове кем-то, кто создал целый мир, чтобы поведать путь своей души. Хотите услышать те же гулкие звуки, какие долетали до вашего взволнованного сердца, когда вы впервые сели в удобное кресло под сводчатым потолком театра? Вспомнить это ощущение, когда с трепетом приготовились, замерли в ожидании появления актёров на сцене? Тогда вам сюда. Потому что...

Вот когда хочешь зацепить читателя - копни внутрь, и ты узреешь море. Так и тут. В меня буквально впилось вот это: "Я всегда чувствовал в себе нечто чуждое, будто в моих жилах текла кровь не только моих предков" - вот с этой фразы начинается подростковый период, этой же фразой кончается глубокое детство, когда ты всё же ближе к природе и зверю, чем человеку. Когда ты, года эдак в три, скачешь под столом, даже не осознавая себя, но проигрывая поведение кота или дикого енота, ты тоже ощущаешь...

Я не умею писать рецензии, но тут прям не могу удержаться. Почему? Потому что когда я в детстве читала Говарда Лавкрафта, то надеялась, что его книги никогда не кончатся, а они, заразы, кончились однажды. И вот, спустя каких-то двадцать лет я нахожу эту прекрасную вещь. Честно сказать, это прям то, что надо. Особенно мне нравится задел истории: вот эта вся атмосфера мира и тишины, когда всё только начинается, и история делает свои первые шаги, закручивая время вокруг читателя, а существа,...