Юрий Харитонов

Порой нейросети удивляют, но больше всего у них получаются женщины. Пара примеров:

Слеза скользнула по щеке Зои. На переносицу, с нее — на холодный пластиковый лежак. Девушка постаралась согреться, сжавшись до предела, но это уже не помогало. Сильная дрожь сотрясала тело, но Каплан не обращала на это внимания. Сейчас важнее вспомнить как можно больше из прошлого, ведь, просыпаясь каждый раз, вновь и вновь рождаясь в своем теле, старые воспоминания становились четкими и яркими, будто произошли вчера. Словно кто-то достал из архива старую потрепанную чёрно-белую пленку и не...

Горный истукан взревел, отчего, казалось, затряслись основы мира. Почва под ногами подскакивала на половину роста человека, а те по-пластунски жались к земле. Окружающие горы валились гигантскими глыбами на врага и давили мутяков тысячами. Одна особо титаническая скала не смогла сдержать падение, и от армии Святозара Спасителя осталась половина. Но от войска чернокнижника осталось и того меньше. Арман с ужасом смотрел, как гора, разбрасывая в стороны откалывающиеся камни поменьше, скользит...

— Зои Каплан, Девять-Три-Девять, принадлежность к главному сектору, Атланта. — Механический голос ИИ окутывал сознание, которое билось в страхе глубоко внутри и не хотело задействовать другие чувства. Тело сопротивлялось «рождению»: руки и ноги не желали шевелиться, глаза отказывались открываться, а каждая клеточка девушки чувствовала холод, и ее сотрясала мелкая дрожь. Лишь синтезированный голос внутри монотонно говорил, прорывая тугую глухоту еще не успевших окрепнуть барабанных перепонок....

— Когда — понятие длиною в вечность. (Юрий Харитонов - На краю пропасти)

— Ты кто? — Простой поэт, а ты? — Я смерть, хожу, гуляю, И мысли старые, мечты По миру собираю. — Как странно, а вот у меня Давно не появлялись, — Сказал поэт, на смерть смотря, Потом пожал плечами. — Как рухнул мой любимый мир, Муза ушла куда-то, И нет писать уж больше сил, Ни строченьки без мата. — Тебе легко, поэт, еще, — Вздохнула смерть, согнувшись. — Я ж потеряла вовсе все, — И хмуро улыбнулась. — Людей ведь нет уже давно. Остались только кости. Я, как в плохом...

Вообще... Стыдно бывает за людей. За их озлобленность, неверие, которое в презрение переходит. Ведь именно оно человека и уничтожает. Терзает, подтачивает, сводит с ума... (Юрий Харитонов - На краю пропасти)

Каждый идет по своему краю: с одной стороны, жизнь, с другой — смерть, а ниточка меж ними крайне тонка, и край очень скользкий. (Юрий Харитонов - На краю пропасти)

Хах, не мог пройти мимо)

Асфальт поблескивает сталью В алмазном свете фонаря, Закат течет с небес эмалью Средь ярких красок октября. Стекает влага по осколкам Размякшей, умершей листвы И вдоль стремительного стока Бежит, бежит, смывая швы И артефакты, старь вселенной, Несовершенство бытия, Подготовительного тлена Пред лютой стужей ноября. Я зябко поднимаю ворот, Вдыхаю вспученный асфальт И чувствую зыбучий холод, Зимы белесую вуаль. Стекают краски, плавя осень, Дождь размывает и печаль, Студеным...

— Ядерная война смогла спалить ни в чем не виноватую землю, а отдельного человека, со всем его дерьмом внутри — не смогла. И это печально. Не там война случилась. В наших душах она должна была происходить. В сердце нашем. Но человек, как всегда, ничего не понял. Я тоже себя иногда спрашиваю: для этого ли мира человек? Но ничего не меняется, и нет у меня ответа на этот вопрос. И, думаю, никогда не будет. Ведь если нет мира в сердцах, то и вокруг мира не сотворишь. (Юрий Харитонов - На краю...

Придет очередной невзрачный день, Тоска и грусть раскинут крылья над... На землю ночь опустит свою тень, Глубинный взор оглянется назад... И мысль ни успокоить, ни унять, Печаль охватит сердце один раз, И вроде хочется пойти поспать, Но в голове холодный душ из фраз... (Юрий Харитонов - На краю пропасти)

Пленяет бесконечность откровенной тайной, До боли в скулах будешь вглядываться вдаль, Туда где божество, возможно, темной дланью Во тьме рассеивает истинный грааль. И звезды, зарождаясь, обрастают жизнью, Сначала каменной, потом вполне «живой», А Бог гигантским Оком – незаметной линзой - Для звезд оберегает "звездочный" покой. Когда в последнем взрыве ярко умирают, Сжигая жизнь вокруг, ну и самих себя. Их в небе заново Создатель возрождает, И вновь...

«Я буду там, где мои грезы, В стране, которую найти Возможно только через слезы И без обратного пути...» (Юрий Харитонов - Родственные души)