Книги в жанре Дорама

Незачем уничтожать врага, достаточно лишить его решимости вступить в бой.

Все пути ведут в Фавору. Рано или поздно я должен был здесь оказаться, слава всем богам в этот раз ненадолго.

В игре, где все соблюдают правила, побеждает тот, кто первым решится их нарушить.

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

***

ВАЖНО (говорил и в "Тамагаве"): в Японии автор не жил, не был, страноведение по ней не сдал бы и на двойку

Первый смартфон в этом мире ударит по всем.

Одна из пассажирских историй из цикла "Таксист из Forbes". Жизнь до встречи с Геной и после.

"Тот самый пассажир, что ехал на мост".

Третий закон Ньютона.

Вояж Фудзивары Синдзи на Ближний Восток напоминает посещение американских горок в парке развлечений. Тележка событий несёт его то резко вверх, то стремительно вниз. Наблюдающие за этим у входа друзья и знакомые аплодируют, восхищаясь его смелостью, за шумом аттракциона не слыша вопля: Спасите!

Садясь в тележку, помните - ваши ожидания не обязательно совпадут с вашими ощущениями.

Продолжение истории Макса в теле Гены. Или Гены с душой Макса. Тут уж с какой стороны посмотреть. Новые знакомства, решение старых проблем и поиск способа вернуть своё и себя.

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

***

ВАЖНО (говорил и в "Тамагаве"): в Японии автор не жил, не был, страноведение по ней не сдал бы и на двойку

Заболев и проспав в бреду целый месяц Ли Мин, обычный китайский юноша 21 года от роду осознает что дела его плохи. Его уволили с работы, в дверь стучит хозяйка съемной квартиры требуя оплаты, в холодильнике повесилась мышь, а на его счету почти не осталось денег. Но является ли бредом всё то, что он видел во снах во время болезни? Там он прожил целых три жизни и все они были абсолютно разными. В одной он был известным музыкантов, в другой заурядным актером, а в третьей и вовсе писателем. И как же это поможет ему справиться со сложившейся ситуацией?

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

***

ВАЖНО (говорил и в "Тамагаве"): в Японии автор не жил, не был, страноведение по ней не сдал бы и на двойку

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

***

ВАЖНО (говорил и в "Тамагаве"): в Японии автор не жил, не был, страноведение по ней не сдал бы и на двойку

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

2002 год. Сеул. Вчерашняя провинциалка с Чеджу заставила заговорить о себе: её узнают на улицах, а критики называют одной из самых перспективных молодых актрис. Но за изящным образом всё так же скрывается стальной дух бывшего военного с музыкальным образованием.

Однако суровый шоу-бизнес начала 2000-х не прощает ошибок. Индустрия пытается загнать её в рамки одного амплуа, а совмещать съёмки, выпускной класс школы и жесткий график становится всё сложнее. К тому же её тянет к новой цели — только пробивающей дорогу музыкальной среде, где правила игры ещё жестче, чем в кино.

​Хватит ли армейской выдержки, чтобы сдать экзамены, завоевать главные кинонаграды страны и сделать первые шаги к музыкальному Олимпу?

Спасибо огромное за помощь, поддержку и дополненительные материалы, и картинки моим друзьям Старый и Шиза.

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

***

ВАЖНО (говорил и в "Тамагаве"): в Японии автор не жил, не был, страноведение по ней не сдал бы и на двойку

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

Я думал, что уже познал худшее, что может предложить Жатва душ. Я ошибался.

Брошенный умирать, раненый и окруженный врагами, я оказался между жизнью и смертью, но в самый темный час пришел неожиданный шанс на спасение.

Вторая волна Жатвы набирает обороты. Бездушные мутируют в новые, кошмарные формы, действуя все более организованно. Предатели среди живых строят собственные планы в изменившемся мире…

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, почти весь привычный ему профессиональный арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь

Офис корпорации Йокогама. Самая низкая должность - стажёр, с неё уже несколько лет не может сдвинуться перешагнувший тридцатилетний рубеж Такидзиро. "Древний мамонт" зовут таких в HR, деликатно не добавляя "бесперспективный".

Ровесники в правлении конкурируют за миллионные зарплаты. Девчонки на несколько лет моложе рулят департаментами и рвутся в Наблюдательный Совет (правда, их родителям Йокогама и принадлежит. В том числе).

И невеста ушла к другому. Перед началом рабочего дня. Предупредив, что ни иены с совместного "свадебного" счёта, который пополнял лишь ты, не отдаст.

В вечного стажёра Такидзиро в интересный момент попадает менталист другого мира. К сожалению, привычный проф. арсенал в новом теле недоступен - только кое-какой специфический опыт, знание теории и самодисциплина. Последней в Японии, впрочем, никого не удивишь.

"Дома" попаданец служил в МВД, (департамент криминальной разведки), занимался подготовкой внедрений зарубежом, в некоторых участвовал лично

Деньги решают всё? И не слишком ли много недоброжелательно настроенных персонажей сгрудилось вокруг вороны? Не важно. Эта ворона не отступит, кто бы ни встал у неё на пути. Будь то люди или монстры Системы... Кажется, кто-то пересмотрел дорам со своим участием?

Сознание молодого бандита, погибшего при разборках, перенеслось в тело сверстника, пытавшегося покончить жизнь самоубийством из-за несчастной любви. Так из пришибленного жизнью офисного клерка, словно бабочка из гусеницы появилась совершенно новая личность, не шпана и не ботан, на шее которого ездили все, кому не лень, и который покорно терпел постоянные нагоняи от начальства за проступки и ошибки, которых не совершал.

Теперь Алексей Сергеевич Платов стал совершенно другим человеком, правда, пока и сам не поймёт каким. К знаниям университетского отличника, опыту офисного клерка-работоголика добавился характер мелкого шпаны. А ещё он получил паранормальные способности - эмпатию и ментал.

Конечно же, это сразу позволило совершить ему карьерный рывок. Теперь он не офисный планктон на должности специалиста группы учёта, а аж целый советник директора департамента кредитов и инвестиций. Самое то для его умений. Начало всей истории здесь:

https://author.today/work/517642

Я умер в собственном кабинете, разругавшись из-за «Оскара», а очнулся двадцатитрёхлетним, в октябре 1986-го, в маминой квартире. С мамой.

За плечами — тридцать лет кинопроката и полтора десятка залов. Впереди — завод, стипендия сорок рублей и город на четыреста двадцать тысяч человек, где кино показывают в чужих квартирах: телевизор в углу, звук кашей, переводчик отстал на первой минуте.

А люди всё равно сидят так, будто их держат за грудки.

Мне нужны видеомагнитофон, комната и двадцать восемь стульев. Остальное я умею.