Здесь, в русской глуши, время течёт иначе. Здесь нити вплетаются в кожу, корни прорастают сквозь кости, а вода в омуте никогда не замерзает.
В деревнях, стёртых с карт, старухи всё ещё помнят слова, которые нельзя произносить вслух. В берёзовых рощах, где никогда не стихает ветер, стволы хранят лица тех, кто ушёл и не вернулся. В тёмных омутах, на дне, шевелятся те, кого сбросили с мостков с камнем на шее — но камни давно рассыпались в песок.
Это цикл о крови, которая связывает сильнее любых узлов. О родовой памяти, которая живёт не в альбомах, а под ногтями, в складках кожи, в молоке кормящих матерей. О детях, которые слишком рано узнают, что одиночество можно завязать узлом, а любовь — вырезать ножницами из собственного тела.
Добро пожаловать в мир, где мёртвые не уходят. Они ждут. Они кормятся. Они тянутся к живым сквозь землю, воду и годы. И если ты читаешь эти строки — ты уже внутри.
