Книги #деменция

Прошлое вот-вот растворится в вечности, будущее уже не наступит. Что такое забвение на самом деле? И что находится там, за гранью воспоминаний?
Рассказ-история жизни о человеке, неумолимо теряющем память.

Долгожданная квартира конечно с сюрпризами....

Мысли текут вяло и медленно, словно бы он плавает в море. Изредка из-под тяжелых облаков пробивается лучик солнышка, и он наконец видит берег, куда ему нужно грести. Но потом солнце скрывают темные тучи, и мир Алексея Михайловича снова погружается во тьму.

Алексею Михайловичу восемьдесят два года, и у него деменция.

Когда мы взрослеем? Когда у нас появляются дети или когда мы сами перестаём быть детьми?..
Что такое Дом? Это четыре стены, или люди в нём?..

Это эссе о деменции в форме рассказа, основанного на реальных историях в художественной обработке. Отчасти рассказ автобиографичен.

Память Анны Ивановны уходит медленно — не обвалом, а тонкими нитями, день за днём. Вместе с именами, датами и лицами исчезает её прошлое, но остаётся привычка вязать и бережно держать мир в порядке.

Однажды она обнаруживает, что может создавать пряжу из тишины, звуков и собственных воспоминаний — вплетая в ткань запахи детства, радость материнства и голос давно умершего мужа. Она вяжет шарф для внука, не зная, что каждая тёплая петля забирает у неё частицу памяти навсегда.

«Бабушка, которая вяжет из тишины» — тихая история о любви, жертве и передаче тепла из одного времени в другое; о том, как смысл жизни может сохраниться даже тогда, когда стираются её подробности.

Лирическая притча о памяти, которая умеет исчезать, но не умеет быть напрасной.

Тимофей Петрович живёт среди осколков. Память, рассыпавшаяся на отдельные вспышки — запах сирени, боль вывихнутого плеча, — больше не складывается в жизнь. Он тихо существует в квартире-музее, не помня звука голоса давно умершей жены.

Однажды он получает письмо. В нём — три простых, почти абсурдных задания: купить рогалик, позвонить дочери, съездить на давно проданную дачу. Письмо написано его собственным почерком — тем, что был у него сорок лет назад. Оно подписано инициалами, которые он уже с трудом выводит.

Это не мистика и не игра. Это инструкция от того «я», которое ещё помнило, к тому «я», которое уже почти всё забыло. Чтобы выполнить её, ему придётся не вспоминать, а заново прожить — через стыд, панику и бытовое унижение — несколько ключевых моментов своей жизни. Не ради возвращения прошлого. Ради того, чтобы обрести право на покой в настоящем.

«Письмо себе, которого я не помню» — это не история о болезни. Это история о последней, самой важной работе души: собрать себя.