Найдено 25 книг
Мечта вступить в секту Вольного Неба разбилась вдребезги. Артефакт, измерявший Ци, показал меня бесталанным. Тренировки не помогли — оставалось лишь смириться, но судьба подкинула испытание.
Забравшись в дом мастера секты, я хотел спасти друга, а заслужил казнь. Спасла Великая Техника из древнего склепа, куда меня отправили во искупление.
Одна беда — мне она не предназначалась. Тело не в состоянии выдержать её мощь! И будто этого мало, на меня открыли охоту...
Первый том - https://author.today/work/582467
В мире, где сильный пожирает слабого, Мин родился слабым.
Талант определяет судьбу, и тот, кому не хватило дара, становится прислугой для тех, кому хватило. Мин и есть такая прислуга. Подмастерье, чей резерв ци вызывает жалость у сверстников, и единственное, что он делает хорошо - это водит кистью по бумаге. Но в мире, где кулак весит больше кисти, рисование ничего не стоит.
По крайней мере, так думают все вокруг.
Потому что никто из них ещё не видел, что происходит, когда его кисть касается бумаги.
Всего один безупречный штрих, и законы реальности дают трещину.
Презираемый своей же сектой бездарь готовится бросить вызов небесам. Но хватит ли ему сил начертать собственную судьбу, когда на его пути встанут древние кланы?
В мире, где сильный пожирает слабого, Мин родился слабым.
Талант определяет судьбу, и тот, кому не хватило дара, становится прислугой для тех, кому хватило. Мин и есть такая прислуга. Подмастерье, чей резерв ци вызывает жалость у сверстников, и единственное, что он делает хорошо - это водит кистью по бумаге. Но в мире, где кулак весит больше кисти, рисование ничего не стоит.
По крайней мере, так думают все вокруг.
Потому что никто из них ещё не видел, что происходит, когда его кисть касается бумаги.
Всего один безупречный штрих, и законы реальности дают трещину.
Презираемый своей же сектой бездарь готовится бросить вызов небесам. Но хватит ли ему сил начертать собственную судьбу, когда на его пути встанут древние кланы?
Первый том - https://author.today/work/582467
В мире, где сильный пожирает слабого, Мин родился слабым.
Талант определяет судьбу, и тот, кому не хватило дара, становится прислугой для тех, кому хватило. Мин и есть такая прислуга. Подмастерье, чей резерв ци вызывает жалость у сверстников, и единственное, что он делает хорошо - это водит кистью по бумаге. Но в мире, где кулак весит больше кисти, рисование ничего не стоит.
По крайней мере, так думают все вокруг.
Потому что никто из них ещё не видел, что происходит, когда его кисть касается бумаги.
Всего один безупречный штрих, и законы реальности дают трещину.
Презираемый своей же сектой бездарь готовится бросить вызов небесам. Но хватит ли ему сил начертать собственную судьбу, когда на его пути встанут древние кланы?
В мире, где сильный пожирает слабого, Мин родился слабым.
Талант определяет судьбу, и тот, кому не хватило дара, становится прислугой для тех, кому хватило. Мин и есть такая прислуга. Подмастерье, чей резерв ци вызывает жалость у сверстников, и единственное, что он делает хорошо - это водит кистью по бумаге. Но в мире, где кулак весит больше кисти, рисование ничего не стоит.
По крайней мере, так думают все вокруг.
Потому что никто из них ещё не видел, что происходит, когда его кисть касается бумаги.
Всего один безупречный штрих, и законы реальности дают трещину.
Презираемый своей же сектой бездарь готовится бросить вызов небесам. Но хватит ли ему сил начертать собственную судьбу, когда на его пути встанут древние кланы?
В мире, где сильный пожирает слабого, Мин родился слабым.
Талант определяет судьбу, и тот, кому не хватило дара, становится прислугой для тех, кому хватило. Мин и есть такая прислуга. Подмастерье, чей резерв ци вызывает жалость у сверстников, и единственное, что он делает хорошо - это водит кистью по бумаге. Но в мире, где кулак весит больше кисти, рисование ничего не стоит.
По крайней мере, так думают все вокруг.
Потому что никто из них ещё не видел, что происходит, когда его кисть касается бумаги.
Всего один безупречный штрих, и законы реальности дают трещину.
Презираемый своей же сектой бездарь готовится бросить вызов небесам. Но хватит ли ему сил начертать собственную судьбу, когда на его пути встанут древние кланы?
В мире, где сильный пожирает слабого, Мин родился слабым.
Талант определяет судьбу, и тот, кому не хватило дара, становится прислугой для тех, кому хватило. Мин и есть такая прислуга. Подмастерье, чей резерв ци вызывает жалость у сверстников, и единственное, что он делает хорошо - это водит кистью по бумаге. Но в мире, где кулак весит больше кисти, рисование ничего не стоит.
По крайней мере, так думают все вокруг.
Потому что никто из них ещё не видел, что происходит, когда его кисть касается бумаги.
Всего один безупречный штрих, и законы реальности дают трещину.
Презираемый своей же сектой бездарь готовится бросить вызов небесам. Но хватит ли ему сил начертать собственную судьбу, когда на его пути встанут древние кланы?
В мире, где сильный пожирает слабого, Мин родился слабым.
Талант определяет судьбу, и тот, кому не хватило дара, становится прислугой для тех, кому хватило. Мин и есть такая прислуга. Подмастерье, чей резерв ци вызывает жалость у сверстников, и единственное, что он делает хорошо - это водит кистью по бумаге. Но в мире, где кулак весит больше кисти, рисование ничего не стоит.
По крайней мере, так думают все вокруг.
Потому что никто из них ещё не видел, что происходит, когда его кисть касается бумаги.
Всего один безупречный штрих, и законы реальности дают трещину.
Презираемый своей же сектой бездарь готовится бросить вызов небесам. Но хватит ли ему сил начертать собственную судьбу, когда на его пути встанут древние кланы?
Я очнулся в чужом мире, в котором над облачными морями парят летающие острова и корабли. Здесь в глубинах небесной бездны скрываются ужасающие монстры, что способны пожирать целые города и обращать во прах горы. Само пространство этого мира пропитано мистической энергией Ци. И даже простой смертный при толике удачи может стать равен древним богам и героям.
У меня нет тайных наследий, великих артефактов или безумного таланта. Только знания из иной реальности и невероятное желание наконец-то прикоснуться к настоящей магии.
У Ли Вэя три проблемы: род Чэнь считает его ничтожеством; мачеха считает, что ничтожеству не место среди живых; материнский нефритовый лотос оказался древним артефактом, за которым охотятся Бессмертные.
Вот только свою единственную боевую технику Ли Вэй изучил тайком по старым свиткам, а про Бессмертных слышал лишь из мифов и легенд. Зато в нём есть то, чего нет у его обидчиков — упрямства на десятерых и способность слышать тишину между ударами сердца. И умирать, не разобравшись с собой и с этим миром, он не собирается.
Классическое, неспешное сянься без попаданцев и систем. Это история не о том, как стать богом за три главы, и "покрошить в капусту" врагов в четвёртой. Это тайны, родовые интриги, древний артефакт и долгий Путь, который герой не выбирал.
Ли Вэй — полукровка из мира смертных. Наследник клана, который никогда не видел. Хранитель артефакта, за который готовы убивать.
Всё, что у него есть, — это верные друзья, древний дух-наставник и сила, которую он сам до конца не понимает. Маловато против мира, который желает его смерти. Но умирать, не разобравшись, он по-прежнему не собирается.
Продолжение цикла «Печати Девяти Небес». Классическое сянься без попаданцев и систем. Тайны, родовые интриги, древние артефакты и долгий Путь, который герой не выбирал.
Ли Вэй — полукровка из мира смертных. Наследник клана, которого никогда не видел. Хранитель артефакта, за который готовы убивать.
Всё, что у него есть, — это верные друзья, древний дух-наставник и сила, которую он сам до конца не понимает. Маловато против мира, который желает его смерти. Но умирать, не разобравшись, он по-прежнему не собирается.
Продолжение цикла «Печати Девяти Небес». Классическое сянься без попаданцев и систем. Родовые интриги, древний артефакт и очень долгий Путь, который герой не выбирал.
Создано с помощью нейросети
Ли Шэнь не нашёл древний артефакт, не услышал голос предка и не проснулся непобедимым гением.
На проверке секты с ним случилось кое-что опаснее: меридианный нефрит не смог дать ему простое имя.
В мире культивации это почти приговор. Сильных забирают, слабых оставляют позади, полезных превращают в ресурс, а странных боятся. Ли Шэнь должен был стать строкой в ведомости, но его отклик оказался неправильным: не сильным, не слабым, не пустым — таким, для которого у старших не нашлось точного слова.
Так начинается путь в тёмный мир сект, кланов, долгов, испытаний и тихой жестокости. Здесь талант не спасает от страха, сила не делает человека правым, а доброта без воли может стать другим видом слабости.
Рядом с ним идут те, кто тоже не помещается в ярлыки: друг, которому судьба подмигивает слишком странно; девочка, вынужденная взрослеть раньше срока; наследник клана, запертый в роли избранного.
Это история не о непобедимости, а о цене пути — и о человеке, которого мир не смог назвать.
