Кому-то "Белый Бим" - полная безнадега, а кому-то - повод подобрать собаку с улицы
Автор: Ольга ДенисоваУ меня замечательные друзья на АТ. Мне вообще по жизни везет на хороших людей. Спасибо вам за поддержку, люди! Я вас люблю!
Вчера, пребывая в депрессии и пессимизме, я наткнулась на постАртура Фатыхова и, написав комментарий, подумала вдруг, что и мне он адресован — нечего предаваться пессимизму. И еще один комментарий, уже к моему вчерашнему посту, заставил меня задуматься о боли разрушительной и боли созидательной. О трагических концах в книгах и разном восприятии трагических концов читателями. Мне не раз приходилось слышать, что трагический конец утверждает идею бесполезности борьбы, «будь честным и смелым — и тогда точно проиграешь». Что трагедий хватает в жизни, так пусть хоть в книге победит добро. Ну и «стыдно убивать героев, чтобы растрогать холодных и расшевелить равнодушных».
Я не считаю, что трагический конец в книге лучше хеппи-энда. Я люблю и хорошие концы. Но почему-то именно книги с трагическим концом помнятся мне ярче, оставляют шрамы, заставляют что-то менять — или, по крайней мере, хотеть что-то изменить в лучшую сторону.
По мне — пусть трагедии в книгах сделают немного лучше реальную жизнь. Добро идет через страдание. «Белый Бим» множество людей подтолкнул к тому, чтобы изменить трагический конец книги — и изменить его в реальной жизни. Значит, боль от этой книги — созидательна. «На Западном фронте без перемен», «Семья Тибо» и другие книги о Первой Мировой подтолкнули движение пацифистов, «А зори здесь тихие...» и множество других книг о войне и сейчас должны предупреждать нас о том, как страшен фашизм. Давайте в книгах читать о том, как он страшен, чтобы это не повторилось в жизни. Мрачнейший сериал «Черное зеркало» — это ли не предупреждение нам, чего нельзя допустить в ближайшем будущем?
И снова о «Стоящих свыше». «Будущее изменится, если его изменять», — говорит Зимичу сила, стоящая за его спиной. Вот такая оптимистичная мысль...