Старыя пѣсни о главномъ, или А цвѣточки-то лежатъ...

Недавно оставлялъ я двѣ замѣтки по Долиной и авторамъ текстовъ ея пѣсенъ. А потомъ задумался: можетъ, перегнулъ я палку? Наобвинялъ уважаемыхъ людей почемъ зря? Вотъ товарщъ Таничъ - онъ же не только Заслуженный дѣятель искуствъ и Народный артистъ, онъ же еще и жертва сталинскихъ репрессiй... Ну и рѣшилъ я познакомиться съ его, такъ сказать, сольнымъ творчествомъ - то есть, авторскимъ проектомъ "Лѣсоповалъ".

Въ концѣ-то концовъ, авторъ самъ на лѣсоповалѣ 6 лѣтъ отмоталъ, съ 1947 по 1953 годы. Это при живомъ-то Сталинѣ! А, надо сказать, Усольлагъ сталъ уголовной зоной со строгимъ режимомъ въ 1955 году, а до того туда ссылали всякихъ "политическихъ"... И какiе вѣдь названiя у альбомовъ "Лѣсоповала" были: "Я - оттуда", "101-й километръ", "Амнистiя"... Можетъ, и правда я перегибщикъ какой? И пошелъ знакомиться съ творчествомъ.

Ну, самъ виноватъ.

Начнемъ съ эпичнаго зачина - пѣсни "Воруй, Россiя!" отъ 1992 года.

Да-съ.

Вотъ оно вѣдь какъ бываетъ: Юрiй Клинскихъ съ "Секторомъ Газа", пѣвшiй "Наплевать на колхозъ, тьфу и на заводъ! Девяносто второй выдержать бы годъ!" - это что-то стыдное и мѣстами даже порицаемое. А вотъ товарищъ Таничъ, лирическiй герой котораго въ 1992 году провозглашаетъ "Воруй, воруй, Россiя!" - это уважаемый человѣкъ, Заслуженный дѣятель, Народный артистъ. Вы, кстати, не поленитесь, пѣсенку послушайте - съ какимъ восторгомъ въ припѣвѣ этотъ призывъ звучитъ, съ какой радостью! "Воруй, воруй, Россiя! Всѣго не украдешь!" - восторженно, взахлебъ же просто! А на щаднемъ планѣ звучатъ... колокола.

Это, ребятки, не манифестъ даже, это натурально благовѣстъ. Лирическiй герой товарища Танича понял, что теперь - можно, въ лагеря не засадятъ, и спѣшитъ подѣлиться своимъ откровенiемъ со слушателями.

Въ странѣ, кстати, не первый годъ борьба со всякими А.Б.В.Г.Д.-ейками ведется, мы тутъ нехорошiя идеи осуждаемъ по закону и по совѣсти - но, какъ пѣлось въ другой пѣснѣ, "а цвѣточки-то лежатъ". Борьба съ А.Б.В.Г.Д.-ейками ведется - а авторъ манифеста "Воруй, Россiя!" является Народнымъ артистомъ. И покоится на Ваганьковскомъ кладбищѣ со всѣмъ почетомъ и уваженiемъ.

Единство и борьба противоположностей; холстъ, масло.

Или вотъ другая пѣсня - "Молитва".

Казалось бы - такая жалостливая, душевная пѣсня. Что-то тамъ про молитву, про грѣхи, про прощенiе, а въ концѣ еще про добро и свѣтъ... А попробуйте прочитать текстъ трезво. По сути-то тамъ - что?

Къ молитвѣ лирическiй герой - не ходитъ. Про раскаяниiе, а тѣмъ болѣе покаянiе - ни слова. Но стоитъ ему зайти въ храмъ, встать "гдѣ-то съ краю" и сказать Богу "прости меня, прости..." - и Богъ его не то что прощаетъ, а уже простилъ. На опереженiе, такъ сказать, сработалъ. Вотъ такъ вотъ, ребятки, умѣть надо.

Богохульникъ-то лирическiй герой - "вчерашнiй", а вотъ воръ - можетъ, и дѣйствующiй. Про это тоже не сказано.

И у "Лѣсоповала" пѣсни - черезъ одну такiя.

Вотъ "Воровской законъ" - гдѣ жалостливо такъ лирическiй герой сообщаетъ, что "писаный, неписанный воровской закон; голова-головушка ставится на конъ". Да, из пѣсни ясно, что жить по воровскимъ законамъ тяжело и рисковано - но нигдѣ не сказано, что воровской законъ - это плохо.

Или вотъ "Жена мента" - в которой лирическiй герой сношаетъ означенную жену мента, подложивъ ментовской же плащъ. И приговариваетъ, что ему "не въ чѣмъ каяться". Изъ текста, между прочимъ, неясно - по любви у нихъ тамъ все произходитъ или это изнасилованiе. Догадайтесь сами. Можетъ, жена мента на дискотеку пришла и тамъ съ лирическимъ героемъ познакомилась, да на сеновалъ пошла. А, можетъ, лирическій герой завалилъ мента у него на хатѣ, снялъ съ трупа плащъ и на немъ жену мента теперь сношаетъ. Это свобода интерпретаціи. Просто лирическому герою хорошо и ему не въ чѣмъ каяться.

А между этими шедеврами идетъ суперъ-мега-хитъ "Я куплю тебѣ домъ" - въ которой лирическiй герой честно обещаетъ купить домъ, а деньги на это дѣло получить, смухлевавъ въ лотерею. Настоящiй мужчина же, правда? Бабѣ своей домъ обещаетъ. И даже красть не будетъ по такому случаю, добыча денегъ будетъ совершенно законной.

Или вотъ "Натали" - въ которой лирическiй герой на разные лады обращается къ этой самой Натали съ банальнымъ "прости". Тамъ нѣтъ ни слова про любовь, кстати - перечитайте текстъ. Есть фразочка, что лирическiй герой "потерялъ свою влюбленность" - и все. Ему было тяжело, ему было плохо, онъ передъ Натали безконечно виноватъ - ну, проси его, что ли? И печали - утоли.

Ну и фономъ идутъ иные хиты - "Побѣгъ", "Свиданка", "Шмонъ", "Шалава".

Это образцовый блантякъ.

Годами товарищъ Таничъ лабаетъ вотъ это вотъ - и въ 2003-мъ получаетъ Народнаго артиста. А вовсѣ не пинокъ подъ задъ съ эстрады и волчiй билетъ.

Конечно, еще въ актуальное время товарищу Таничу это все замѣчали - но, какъ сообщаетъ википедiя, онъ отвѣчалъ, что пишетъ не "блатнякъ", а "русскiй шансонъ", и что видитъ въ "уголовной романтикѣ" неотъемлимую часть русской культуры. Онъ-то въ лагеряхъ сидѣлъ - при живомъ еще Сталинѣ! - ему и виднѣе. Какъ онъ самъ писалъ, "Я - оттуда".

Правда, вотъ какая заковыка имѣется: папа товарища Танича во время оно сталъ замначальника Марiупольской Ч.К. (это въ 19-то лѣтъ!), через что доросъ до начальника управленiемъ коммунальнаго хозяйства Таганрога (на той должности его и разстрѣляли), а мама была начальницей плановаго отдѣла газеты "Таганрогская правда". Надѣюсь, вы тутъ понимаете, что на такихъ должностяхъ случайныхъ людей не было, только классово-правильные. Такъ что про русскую культуру опять разсказываетъ породистый сынъ первобольшевиковъ. Съ классовымъ происхожденiемъ товарища Танича все прекрасно, а еще болѣе прекраснѣе станетъ - если помнить, что папа съ мамой у него стали Исакомъ Самойловичемъ и Мариной Борисовной не сразу, а при рожденiи были названы Ицхокъ Шмуйловичъ и Эсфирь-Шифра. Извините за каламбуръ, но изъ пѣсни словъ не выкинешь - охъ ужъ эти русскiе революцiонеры!

Первобольшевики вѣщали про великорусскій шовинизмъ и народъ-эксплуататоръ - а дети и внуки первобольшевиковъ увѣряютъ, что поютъ они не блатнякъ, а русскій шансонъ, ибо криминалъ является неотъемлимой частью русской культуры. Вот такъ-то.

А дiалектика межъ тѣмъ - штука такая. Съ одной стороны "Лѣсоповалъ" товарища Танича является очевиднымъ блатнякомъ и даже Генеральный Прокуроръ Россiи Владимiръ Устиновъ называлъ пѣсни этого жанра "пропагандой преступной субкультуры" - а съ другой стороны товарищъ Таничъ является Заслуженнымъ дѣятелемъ искуствъ и Народнымъ артистомъ Россiи. Со всѣмъ почетомъ и уваженiемъ. Противорѣчiй тутъ нѣтъ - они, по классикѣ, снимаются.

И вся, вся большевистская эстрада примѣрно вотъ такая. А чего стѣсняться-то? Швабода же. И поютъ, и танцуютъ, и ручкаются - все по кайфу.

А вы тутъ про какую-то Долину разсуждаете. Главнѣй всѣго - погодам въ домѣ, усвойте уже. А все, что кроме - не значитъ для совѣтскаго человѣка примѣрно ничего. Что общее - то ничьё.

Страну имъ, кстати, развалили враги. Сами совки ни въ чемъ не виноваты.

Это про товарища Сталина разсказывали байку, будто онъ  былъ уголовникъ и по сентиментальности заказаъ Шаляпину пластинку про то, какъ "съ одесскаго кичмана бѣгутъ два уркагана" - чтобъ вспоминать-де молодость вечерами. Въ этой, безусловно фантастической, байкѣ товарищъ Сталинъ все же слушалъ пластинку самъ для себя, не публично, да и голосъ у Шаляпина былъ великолѣпенъ; у товарища Сталина былъ вкусъ. А вотъ позднесовковая и постсовковая эстрада - это вотъ оно. "Воруй, Россія!" Если тебя поймали - говори, что виноваты иностранные мошенники, а ты ни до чого. Неси добро, выноси добро, если тебя поймали съ добромъ - говори, что добро не твое, что его подкинули, улыбайся, не скалься, и далѣе по тексту. Тащи съ завода каждый гвоздь, ты здѣсь хозяинъ, а не гость. Что общее - то ничье. Вот такая культура. Просто прелесть, а?